С этими словами Мрак подошел к панорамному экрану и провел две параллельные линии. На обе нанес временные метки, после чего начал разными цветами проводить линии, перескакивая с одной прямой на другую. Артем, склонив голову, посмотрел на это «произведение искусства» и робко спросил:
— Паа, а что это? Наши прыжки?
— Правильно, сын, — ответил Мрак. — Зеленая и салатовая — Вредины, — он ткнул пальцем в две наиболее «прыгучие» линии, — синяя и желтая — Мири и Мири, красная — Гром, розовая (ткнул пальцем в линию, которая сделала несколько петель) — Лобасти. Ну и так далее…
— И зачем нам это?
— Если кто-то из нас был после «похищения труда Бромберга» и видел хоть какое-то упоминание о том, что труд там и остался — придется как-то возвращать…
— А если нет?
— А если нет, то кольцо причинности цело, и нас это не коснется!
— А меня? А моего мира? — возмутился Гром.
— А ты эту книжку видел в будущем? — задал встречный вопрос Мрак.
— Я сейчас в будущем и ее вижу!
— Неа! Сейчас ты в нашем настоящем! Поэтому, можно сказать, что не считается! Правда, ты знаешь, что Мири и Мири о ней от тебя узнали, значит, когда доживешь до этого момента, должен будешь их познакомить с Бромбергом!
— Ну, теперь я знаю, чем закончится это знакомство и не познакомлю, вот ваше кольцо и восстановится!
— Не выйдет! — Мрак покачал головой. — Ты уже знаешь, что их познакомил именно ты, и если это не произойдет, то кольцо причинности точно порвется! Причем, в наихудшем варианте, затрагивающем оба континуума!
— Бромберга только жалко… — протянула одна из Мири. Вторая тоже грустно кивнула.
— Отчего он умер? — поинтересовался Мрак.
— Видимо, от старости, — грустно предположил Гром. — В девяносто четвертом ему ровно сто пятьдесят должно было исполниться.
— Гммм… Интерестно… Живой очевидец ох, как пригодился бы! — пробормотал Мрак. — Не уверен, что сможем омоложение произвести, да и труп не фальсифицируешь… Но… Интерестно, а он от драконьего тела не откажется?
— Стоп! Муж, ты ничего не забыл? Инкубатории закрыли!
— Не все. Один остался.
— Я своего сына в инкубатор не отдам!!!
— Варианты всегда есть… Кто-нибудь уходит в прошлое лет на двенадцать, и там создает оригинальный геном дракона, так же, как Джафар для себя и первородных. После чего выращиваем, и имеем к настоящему моменту тело дракона, готовое к записи! Проблема в другом. В согласии Бромберга на перепись памяти.
— Мрак, ты хорошо подумал? — поинтересовалась Мириам-киборг.
— Нет. Я чего-то не знаю?
— Именно. Я скачала из БВИ всю открытую информацию об Айзеке Бромберге. Его интересовала только запретная наука. Те программы или ветви науки, которые были запрещены или свернуты. Массачусетская машина, например. Он считал, что в науке не должно быть тайн. А в нашем континууме тайны есть. Теория проницаемости Ариана, машина времени, твои разработки… Отец будет очень недоволен, если Бромберг-дракон раскроет всем тайну машины времени.
Мрак насупился и глубоко задумался.
Geser
— … И вообще, это женщины во всем виноваты. Женщина сорвала запретный плод с дерева познания! — злился Гром.
— Ну извини, — потупилась Мириван.
Не простить ее стало невозможно…
Shumil
— Они на самом деле киборги? — поинтересовался Камилл, издали, с крыльца наблюдавший за этой сценой.
— Киборги, — вздохнула Шейла и уселась на ступеньку. — И мои родные тетки вдобавок. В них переписана человеческая память, и на этой почве у них жуткие комплексы. Перепись памяти, кстати, была их идеей. Вот моя мама живет с собственной благоприобретенной памятью, и никаких комплексов.
— Совсем никаких?
— У мамы другая беда. Эта беда — я.
— Шейла, что из того, что рассказал Гром — правда? Этот вопрос не из чистого любопытства. Последнее время я наблюдаю на Земле активизацию непонятных сил…
— Странников, что ли? Слышала от деда. Мы — не Странники. Дед на самом деле пришел в наш мир из вашего, так что я, можно сказать, вернулась на историческую родину. — Шейла запрокинула голову и прищурилась на вечернее солнце.
— А драконы?
— Ну да, дед стал драконом. Создал новый разумный вид своими руками. Даже два вида. Но этих, — кивнула на сестренок, — по ошибке.
— Значит, вы изобрели и используете машину времени.
— Да, мы используем машину времени, мы отдаем себе отчет, насколько это опасно, и вообще, люди о ней не знают… не должны знать, во всяком случае. Но дед изучает границы применимости машины времени, и поэтому мы здесь…
— А зачем вам наша история?
— Лучше не спрашивай, все равно не поймешь… Хотя нет, ты как раз поймешь… Гром тебе о динозаврах рассказывал?
— Упоминал, что какому-то папе-динозавру нечаянно хвост отдавил. Это важно?
— Важен сам факт существования разумных ящеров. Эта цивилизация искусственная и уникальная. Создавая ее, мы погрузились в прошлое на два с лишним миллиарда лет и изменили собственное прошлое. Я имею в виду ваше настоящее. Дед хочет выяснить, насколько сильно, и чем это может грозить.
— Тогда зачем вы создали ящеров?
— Ящеров вообще-то создали сами ящеры. Мы им только помогли с транспортом в прошлое. А иначе поступить не могли, потому что кто-то же их создал… Все временные петли должны быть замкнуты, иначе будущее расслоится на сотни тысяч вариантов. Деталей я не понимаю, но дед гундел, что временная петля — это сущность с дробным числом временных измерений. И еще что-то про устойчивость аттрактора… — Шейла замолчала, не докончив фразы, потому что у Камилла пошел мыслительный процесс. За считанные секунды он сопоставил новую информацию со старой и получил десяток теорий, каждая из которых объясняла часть фактов и нуждалась в проверке.
Но тут другое событие отвлекло ее внимание. Когда-то тетки поделились с мамой схемами и протоколами своего секретного канала связи. Надеялись, что мама бросит папу и присоединится к их табуну. Вместо этого мама вмонтировала комплект аппаратуры в шлем дочери. Не телепатия, конечно, но что-то близкое. Общение без слов. И теперь Шейла услышала, что Вредины на полном серьезе обсуждают план размножения Грома посредством дубликатора Трепеда. Мило кокетничая с мужиком, они скрупулезно взвешивают плюсы и минусы каждого из вариантов: Один Гром, два Грома, три Грома… В каждом варианте множились подварианты. Где жить? Тут, или там? Или то тут, то там? Сказать Грому до, или после размножения? А что сказать папе? Правду, или ничего, пока сам не догадается?
Шейла сжала кулаки и подключилась к секретному каналу:
— «Вы что, по фазе сдвинулись?! Опорной частоты лишились?! И думать забудьте, иначе Гром все узнает!»
— «Ой! Кто это?» — обе подпрыгнули и завращали головками. — «Шейла, ты?»
— «Нет, призрак Белого Дракона! Тень отца Гамлета!»
— «Малышка, ты что, юмора не понимаешь?» — не на шутку испугались обе. — «А что ты о Камилле узнала?»
— «Он киборг, довольны?»
— «Как мы?»
— «Совсем наоборот, железные головы. У него-то мозги в порядке, у него брюшко железное.»
— «Милые дамы, в культурном обществе присутствующих обсуждать не принято,» — вклинился в беседу еще один участник. На этот раз вздрогнули все трое.
— Камилл? — подала голос Мириту.
Камилл растянул губы в улыбке, поднял руку и приветственно пошевелил пальцами.
— «Теперь, когда мы лучше узнали друг друга, может, перейдем к делу? Что вы хотите от БВИ?»
— Теперь мы будем общаться исключительно словами, — отрезала Шейла.
— Я что-то пропустил? — подал голос Гром.
— Самое интересное, — подтвердила Шейла. — Камилл раскусил протоколы связи теток и вклинился в их междусобойчик. Кстати, обсуждали они, не согласишься ли ты клонироваться. Чтоб каждой досталось по мужику.
— Шейла! Предательница, длинный язык, как ты могла?! — возмутились обе.
— Это меня — как маму Артема? — поинтересовался Гром, внутренне довольный. — А жить где будем? У нас, или у вас?
— Разумеется, у нас! Нас больше, а папа говорит, два против одного — это демократия.
— Но если меня тоже будет двое?..
— И так с ними все время, — поделилась Шейла с Камиллом. — Лучше начать без них.
— Как это — без нас? — слух у сестренок оказался на редкость острым. — Кирилл, так всегда! В самый ответственный момент все насмарку, работать надо… Ну, мы потом все обсудим.
Камилл сел за терминал, связался с дежурным информистом БВИ.
— Дайна, здравствуй. Амет-хана дай пожалуйста.
— Сейчас!
— Камилл? Сколько лет, сколько зим!
— Здравствуйте, Амет. Я собираюсь в полную силу поиграть на вашей шарманке. Моего уровня доступа может не хватить.
— Камилл, у вас доступ КомКона А-С. То есть, ко всему, кроме личных файлов.
— Вот именно.
— Но к личным файлам ни один человек не имеет права…
— Амет-хан, вы меня давно знаете. Разве я человек?
— Всегда подозревал, что спорить с вами бесполезно. Будет вам допуск. Но только на чтение.
— Спасибо, Амет. Другого мне и не надо, — Камилл отключил связь и повернулся к сестренкам. — Приступайте.
— Уже, — откликнулась Мириван. — Неплохой комп для своего времени. Что у нас с локальной сетью? Ага, коммунальное хозяйство, свет, тепло, водопровод… Ух ты! Персональная кабина нуль-т в подвале. Почему в подвале?
— А это — пароли и коды доступа… — поддержала тему Мириту. — Как интересно! Камилл, сколько у вас виртуальных личностей в сети! А вот допуск в БВИ… Тестируем внешнюю сеть… Связь с БВИ… Неплохой канал, очень неплохой… для своего времени!
Девушки уселись по-турецки на пол, друг против друга, глаза в глаза и замерли. Камилл покосился на них и поднял бровь.
— Однажды они просидели так двое суток, — сообщила Шейла. — Пытались выпотрошить комп Болана.
— Мой они выпотрошили за секунды, — хмыкнул Камилл.