[2] названным в честь животного считалось глупым и банальным. – Так перед смертью меня назвала мать.
Рен захотелось пнуть саму себя. Три секунды разговора, а она уже упомянула женщину, из-за которой ее отец отверг тетушку принца.
Глаза принца блестели от сдерживаемого веселья, будто он видел панику, промелькнувшую на ее лице, и находил это забавным.
– Я знаком с вашим отцом, – сказал он ровным голосом, в котором не слышалось упрека. – Он часто посещает столицу. Не уверен, что могу разглядеть фамильное сходство… За исключением глаз, конечно же. – Рен моргнула, не совсем понимая, к чему ведет этот разговор. – Несмотря на все истории, что о нем ходят, он не отличается веселым нравом… – Принц помолчал. – А вы? В вас есть веселость?
Намек на улыбку тронул губы девушки, но она придала своему лицу серьезное выражение.
– Веселости мне не занимать, ваше высочество, иначе я не была бы здесь.
Он просиял от восторга, показав ослепительно-белые зубы. Но из-за улыбки принц наморщил тонкий нос, отчего стал выглядеть менее совершенным и более человечным.
– Могу сказать о себе то же самое, – ответил он, все еще ухмыляясь. Рен почувствовала в этом человеке родственную душу.
Командир Дункан в замешательстве переводил взгляд с девушки на принца, в то время как Гален неодобрительно поджал губы.
Однако теперь, когда принц Леопольд замолчал, командир снова попытался усадить Рен на место.
– Вы подвели глаза, – заметил принц, прежде чем ее успели увести. – Я думал, это необходимо только для того, чтобы приглушить сияние? – Он постучал пальцем по губам, намекая на тот факт, что губы Рен тоже были черными. – А это зачем?
Рен изучала его: осмотрела, как золотистые ресницы обрамляли глаза, как скулы, казалось, светились каким-то невидимым светом, а волосы блестели, как вода на солнце. Элегантно и, конечно, более умело, чем получилось у Рен, но все же не настолько незаметно.
– А какой цели служит ваш макияж, ваше высочество?
Принц ухмыльнулся без тени смущения, отчего на его щеке появилась ямочка.
– Очевидно, макияж помогает мне хорошо выглядеть.
Рен наклонила голову:
– Могу сказать о себе то же самое.
В этот момент прибыла толпа слуг с огромными тарелками на широких подносах, и Рен была вынуждена освободить место перед возвышением. Принц еще раз поймал ее взгляд, когда она занимала свое место, но затем начался пир, и его вниманием завладели слуги.
Рен же сидела в конце стола и улыбалась сама себе.
Возможно, впечатлить принца оказалось не так уж сложно.
В честь приезда важных гостей вынесли бочки с вином. Лучшее подавалось к главному столу, но даже стражникам и «провинившимся» разрешалось выпить по чашке менее удачного урожая. Рен заколебалась, глядя на свой бокал и пытаясь решить, насколько готова искусить судьбу. Открыто флиртовать с принцем на глазах у всей Крепости – это одно, но добавлять во все это еще и алкоголь – совсем другое. Это было чревато опасностью.
Уставившись на насыщенно-красное содержимое своего бокала, девушка заметила, что принц наблюдает за ней с другого конца стола. Он отсалютовал ей бокалом, и Рен подняла свой.
Ну что может случиться от одного стакана?
У нее не было возможности снова поговорить с принцем, но само его присутствие стало светлым пятном во тьме ее жизни… и разрешением выпить столько вина, чтобы щеки раскраснелись, а язык развязался, позволяя смеяться и вести беседы с соседями по столу. Они, казалось, удивлялись ее энергичности, сама же Рен чувствовала себя так, словно за последние пару часов ожила. И винить во всем только алкоголь она не могла. Чувство, охватившее ее впервые за последние недели, было надеждой.
Или, возможно, то было просто отсутствие отчаяния.
Когда пир подошел к концу, принц встал, пожелал всем спокойной ночи и отправился в свои покои.
Смотря ему вслед, Рен гадала, когда еще им выпадет возможность поговорить. Если Одиль продолжит притворяться больной, тогда, возможно, Рен снова окажется в его компании.
С уходом принца остальные обитатели Крепости последовали его примеру – у многих были запланированы ранние патрули или ночные дежурства.
Рен тоже поднялась в свою комнату, которую делила с серебряником Сабиной, прибывшей в Крепость вместе с ней. У них было не так уж много общего, а из-за различных смен и обязанностей они пересекались очень редко.
Даже сейчас, когда Рен села на свою нижнюю койку и начала стаскивать ботинки, Сабина уже спала на верхнем ярусе. Не любительница выпить, она, скорее всего, рано выскользнула из обеденного зала.
Рен как раз отбросила ботинки в сторону, когда неожиданный звук заставил ее вскочить на ноги. Шум исходил от окна.
– Ч-что это было? – пробормотала Сабина, привставая. Ее лицо было скрыто черными волосами.
Рен распахнула ставни, впустив в комнату порыв холодного воздуха. Она осмотрела двор, затем подняла взгляд вверх, на зубчатые стены, прежде чем громкий вдох не побудил ее немедленно опустить голову.
Там, уцепившись в ее подоконник, висел принц Леопольд.
– Могильщик тебя хорони, – выругалась Рен и схватила наследника королевской семьи за запястье, чтобы помочь тому подняться. Технически ее комната находилась на втором этаже, но учитывая неровный грунт, она была расположена намного выше. Подобный трюк не грозил смертельным падением, но и мягким приземлением тоже. Как бы то ни было, она не хотела испытывать судьбу, еще и после скольких бокалов, что принц выпил за ужином.
– Что за… – начала Сабина, прежде чем Рен успела перетащить принца через выступ на холодный каменный пол.
– Уф, а ты довольно сильная, – пробормотал он, лежа на полу и улыбаясь Рен. Принц оказался гораздо пьянее, чем Рен предполагала, а золотая фляжка, которую он вытащил из нагрудного кармана, доказывала, что пир продолжался даже после того, как он покинул обеденный зал.
– Целители и врачеватели, – пробормотала Сабина. – Это что, принц? – Она бросила на Рен подозрительный взгляд своих серебристых глаз. – Ты пригласила его сюда?
Жаль, что ей не пришла в голову такая идея, но все же она не приглашала Леопольда к себе в комнату.
– Нет, – ответила Рен в тот же самый момент, когда он сказал:
– Более или менее.
– Прошу прощения? – бросила Рен, глядя на него сверху вниз и скрестив руки на груди. Принц поднял ладони вверх в знак капитуляции, расплескав при этом содержимое своей фляжки. Рен пришлось выхватить золотую вещицу. Она принюхалась, едва подавила рвотный позыв, но все равно решила сделать глоток. Хмель от вина, выпитого за ужином, давным-давно прошел.
– Я здесь не для этого, – заверил их принц, хотя Рен в любом случае не думала, что в таком состоянии он способен сделать что-то даже отдаленно похожее на это. – Я просто хотел немного поразвлечься и знал, что ты довольно забавный парень. – Он икнул. – То есть девушка.
– Только не убивай его, – сказала Сабина, переворачиваясь на другой бок и накрывая голову подушкой.
Принц довольно вяло потянулся за своей фляжкой, но в итоге привалился к стене.
– Можно мне, пожалуйста, получить свой напиток обратно? – спросил Леопольд, состроив щенячьи глазки. – У меня пересохло в горле.
Рен сделала еще глоток, держа фляжку так, чтобы принц не смог до нее дотянуться.
– У вас же полдюжины слуг и личная охрана… Как вам удалось улизнуть, ваше высочество?
Принц угрюмо пожал плечами:
– Пожалуйста, давай без любезностей. Сейчас нерабочее время, и я в твоей спальне. Зови меня просто Лео. Что касается моего почетного караула, то они заперли меня в моей комнате – в последнее время, к сожалению, они находят это необходимым. Так что я вылез из окна.
– Очень предприимчиво с вашей стороны. И что теперь? Наверняка вас будут искать, а когда не найдут, неприятности будут у меня.
Он вздохнул, провел рукой по лицу, размазав золотистую краску и взъерошив волосы.
– Охранники меня любят… они не станут беспокоить меня до самого утра. Он вот, наоборот… – Принц повернул голову и, прищурившись, посмотрел на все еще открытое окно. Рен проследила за его взглядом и увидела вдалеке командирскую башню и ярко светящийся в темноте зал совета. – Зайдет проверить, как только закончит.
Он явно имел в виду не командира Дункана.
– О ком ты?
– Мой дрессировщик, Гален. Неутомимый карьерист, дальний родственник и самонадеянный петух.
Рен фыркнула и протянула принцу фляжку, которую тот с благодарностью принял. Пока он пил, Рен выглянула в окно.
– Если командир Дункан ищет, чью задницу поцеловать, то ради этого выложится по полной. Он засиживается за работой, даже когда один, но в компании того, на кого нужно произвести впечатление, да еще и с вином, что льется рекой… – Девушка посмотрела на принца и ухмыльнулась: – У тебя в запасе как минимум пара часов.
Принц оживился и поиграл бровями:
– Пара часов, говоришь. И чем мы займемся?
– Даже не думайте, – заявила Сабина из-под подушки.
Рен протянула руку и помогла принцу подняться на ноги. Он держался на удивление уверенно, хотя и оказался ниже, чем она ожидала. Рен была выше Леопольда на дюйм или около того.
– Пойдем, – сказала она, направляясь к двери. – У меня есть идея.
Глава10
Они держались в тени, чтобы избежать встречи со стражниками, и взобрались на крепостные стены, с которых открывался широкий обзор местности. Но у нее на уме было кое-что получше. Поскольку принц уже продемонстрировал свои способности в скалолазании, Рен отвела его на самую высокую башню Крепости. Там они поднялись по шаткой лестнице, перелезли через зубчатые стены и оказались на маленькой круглой платформе рядом с флагштоками, где на ветру развевался вымпел Крепости.
Зубчатые стены делали холод более терпимым и открывали потрясающий вид на многие мили во всех направлениях. К тому же отсюда можно было наблюдать за башней командира Дункана.