Сработать могло только одно. Вложив один из мечей в ножны, девушка схватила другой обеими руками и подняла над головой.
Она швырнула лезвие изо всех сил, как метательный топор. Магия, что осталась у Рен, направляла меч, побуждая его вращаться все быстрее и быстрее, пока он не вонзился в призрака, разрубив его пополам.
Раздался еще один крик, надрывный и слабый. Существо будто пыталось заговорить, сформировать слова своим колеблющимся ртом, но в следующий миг растворилось в облаке дыма.
Сгустилась тьма, оставив Рен и Джулиана в компании их прерывистого дыхания, костей и мертвых тел.
Глава15
Рен, слишком уставшая, чтобы призывать клинок, пошла подбирать его сама. Джулиан не сдвинулся с места, пристально смотря на бандита, который пал от смертельной инфекции. По крайней мере, Рен думала, что именно от этого он и умер. Когда она подошла ближе, то поняла, что рядом с бандитом лежало второе тело, пронзенное одним из клинков Джулиана. Вот на кого смотрел кузнец, на человека, которого убил, несмотря на все усилия этого не делать.
– Он ушел? – хрипло спросил Джулиан, зажмурившись и поморщившись. Он определенно имел в виду призрака.
Трудно было сказать наверняка. Они находились далеко от Пограничной стены, и Рен не понимала порядков, которые здесь царили. Она никогда не слышала, чтобы призрак кричал, не говоря уже о том, чтобы пытаться заговорить. Ему потребуется время, чтобы восстановить силы и снова принять форму, но она понятия не имела, сколько на это уйдет.
– На данный момент, – ответила Рен. – Но нам лучше шевелиться, и побыстрее.
Что-то в ее словах, казалось, разозлило Джулиана. Его плечи напряглись, когда он посмотрел на нее.
– Хочешь сказать, что просто оставишь их здесь охотиться на других путешественников? Разве ты не?.. Разве не нужно исполнить погребальные обряды? Разве ты не можешь помочь? – Джулиан махнул в ее направлении рукой. Он не был уверен, о какой помощи говорит, но все равно задавал вопросы.
– На случай, если ты забыл, мы в самом разгаре спасательной операции, – заметила Рен. – У нас нет времени копать могилы. Да и какой смысл, когда по эту сторону Стены нет жнецов, способных закончить работу. Умерший от инфекции уже не вернется, но дух другого рано или поздно воспрянет, и мы ничего не сможем с этим поделать.
Джулиан оглядел ее с головы до ног, и Рен поняла, что, скорее всего, он не видит, чем она отличается от жнеца. Тем не менее он не стал задавать вопросов.
– Есть такие вещи, как уважение и достоинство.
– Так ты хочешь позаботиться об уважении и достоинстве людей, которые пытались нас убить? – усмехнулась Рен.
Он повернулся к ней.
– Думаешь, они сами выбрали подобную жизнь? – спросил кузнец, и его слова прозвучали на удивление резко. – Они не пытались бы нас убить, если бы ты позволила мне вести переговоры…
– Переговоры о твоем спасении, пока я стояла и ждала казни? – холодно рассмеялась Рен. – Никто по эту сторону Стены не станет платить за мою жизнь, Джулиан, друг так называемого регента.
По другую сторону желающих тоже не было, но она предпочитала об этом не упоминать.
– Кроме того, ты проигрывал.
– Поэтому ты решила воскресить чертовых мертвецов?
– Я не воскрешала мертвых, – раздраженно поправила Рен.
– Хочешь сказать, эти кости сами по себе начали вылезать из земли? Что ты за костолом такой?
Рен указала на кости:
– В большинстве даже нет духов. К таким я и стремилась, потому что к другим моя магия прикоснуться не может. Но, откапывая их, я случайно потревожила кости, которые все еще были связаны с призраком. Вероятно, их здесь много, учитывая, что этот указательный столб когда-то был виселицей. Вот почему нам нужно убираться отсюда.
– Теперь нам их не догнать, – сказал Джулиан, тяжело вздохнув. Он ослабил хватку на своем посохе, а когда лезвия втянулись, убрал его в ножны за спиной. Уперев руки в бока, кузнец уставился куда-то вдаль, прежде чем окинуть Рен оценивающим взглядом. – Если только…
Выражение его лица пробудило в девушке интерес.
– Если только что?
– Несмотря на то что в нашей задержке виновата ты… – начал он, и Рен тут же прервала:
– Я виновата? Да эти бандиты…
– Поставили ловушку, в которую ты угодила, даже не раскинув мозгами. Затем ты помешала мне решить все мирным путем, а когда я попросил тебя оставаться на месте, чтобы держать линию защиты, ты бросилась прочь и вызвала призрака. – Рен возмущенно ахнула, но Джулиан просто продолжил: – Но, несмотря на это, ты очень даже неплохо расправилась с ним. Твое мастерство в обращении с костями может принести некоторую пользу…
– Некоторую пользу? – Каков наглец. – О чем ты говоришь?
– Я говорю о способе догнать принца. О способе, который позволит нам получить преимущество и совершить задуманное. Я говорю о том, чтобы пересечь Одержимые земли.
Сердце Рен заколотилось. Все, что находилось к востоку от Стены, считалось Землями Пролома – логовом предателей и ужасной нежити, полем битвы, где велись войны как против живых, так и против мертвых. Земли Пролома – величайшее бедствие, которое когда-либо случалось во Владениях.
Отправиться куда-либо к востоку от Стены уже считалось смелым шагом, даже для нее, но пересечь Одержимые земли? Именно там располагался сам Пролом – пропасть длиной в двадцать миль и, кто знает, какой глубины. Вокруг Пролома лежали опасные земли – места, полные нежити. Одержимые земли. Как указала Одиль на своей карте, выходцы из Пролома, благодаря горам и реке, были заблокированы с двух сторон. Казалось, им не нравилось отходить далеко от глубокой ямы, из которой они поднялись.
Насколько Рен знала, там не ступала нога живого. По крайней мере, с тех пор, как туда с войском отправился Локк, и только Вэнсу, Одиль и еще горстке солдат удалось вернуться.
Что, если и она сумеет пройти по этой земле и выжить? Даже лучше, что, если она вернется живой и с Золотым принцем? Все будут вынуждены проявить к ней заслуженное уважение и признать, что она не была такой никчемной, как все думали. О ней будут говорить так же, как о дяде Локке – с благоговением и почтением.
– Это опасно, – сказал Джулиан, отвлекая Рен от мечтаний о славе. – Само путешествие будет нелегкой задачей, не говоря уже о том, кто может встретиться нам на пути. В последнее время ходит много слухов… – Он бросил тревожный взгляд в ее сторону.
– Слухи?
Джулиан пожал плечами:
– В основном местные сплетни. Будто видели странную женщину, чье лицо покрыто вуалью. Так называемую Королеву трупов.
Королеву трупов? Довольно громкое звание, но что же оно действительно означало?
– Ты о ходячем трупе? Похоже на любого другого ревенанта пятого уровня.
Кузнец ответил не сразу:
– Возможно. По большей части эти слухи напоминают истории о некромантах, на которых я вырос. Злые некроманты, порабощающие нежить. Пропадающие без вести тела. Призраки, марширующие посреди ночи. И все в этом духе. Мой дедушка всегда говорил: «Возвращайся до наступления темноты, или попадешься в руки грабителям».
Рен была поражена. Он вырос на историях о некромантах? Когда ее собственный дом даже не хотел о них говорить?
– Подожди… грабителям?
– Да, я о некромантах. Они грабили могилы.
Рен об этом знала, но никогда раньше не слышала, чтобы об этом говорили таким образом.
Некроманты считались запретной темой в Доме Костей. Естественно, из-за этого Рен интересовалась ими еще больше, но все познания она почерпнула из сплетен прислуги и сказок, которые рассказывали на ночь старые нянечки.
И все, что ей удалось разузнать, было восхитительно ужасающим. В то время как костоломы могли чувствовать мертвые кости и контролировать их, некроманты могли чувствовать и контролировать дух нежити. Самого призрака. Давным-давно некроманты и костоломы работали в паре, как теперь жнец и валькирия. Некромант успокаивал призрака, контролировал его, в то время как костолом находил привязанную кость и перерезал духовные нити.
Валькирий тогда не существовало, потому что в них попросту не было необходимости.
Но некроманты начали злоупотреблять своей властью. Они использовали нежить, заставляли души служить себе, лишали их вечного покоя. Повар рассказал Рен, что в дополнение к разграблению могил они даже начали убивать людей, чтобы заполучить власть над свежими трупами.
Понятие «расхититель могил» звучало похоже на «могильщик»…
Рен предполагала, что именно поэтому ее семья запретила обсуждать эту тему. Между ними имелось слишком много сходств, которые могли быть неверно истолкованы. Поскольку и магия костоломов, и магия некромантов была связана с мертвыми, многие во Владениях с опаской относились к костоломам, подозревая, что те тоже могут выйти из-под контроля.
– Думаешь, эта королева на самом деле некромант? – спросила Рен.
Веками никто не видел и не слышал о живом некроманте. Поэтому Рен была одновременно и взволнована, и встревожена этой мыслью.
Джулиан покачал головой:
– Это всего лишь слухи, причем совсем не новые. Как я уже сказал, так обычно говорил мой дед, а до него – его прадед.
Рен, задумавшись, наклонила голову:
– Может, некроманты все время обитали здесь.
Он с сомнением посмотрел на нее:
– Забудь о королеве. Вот нежить точно встретится нам на пути. Ты раньше сталкивалась с настоящими ревенантами?
– Технически нет, – ответила Рен. – Ревенантов можно найти только здесь, возле Пролома. Но я целых десять лет тренировалась, чтобы сражаться с ними. Так что справлюсь.
В катакомбах Мэрроу-Холла она сражалась с бесчисленным количеством призраков, которых держали там под тщательной охраной, чтобы ученики могли попрактиковаться. К тому же она часами спарринговала с Инарой, изучая лучшие приемы и маневры для противостояния всему, что могло двигаться.
А если это не сработает, она последует совету Одиль и доверится своему чутью.