— Спасибо. Езжай на работу. И так уже из-за нас задержался. — Слабо улыбнулась.
Он согласно кивнул и обеспокоенно посмотрел на меня.
— Если что-то случится, сразу звони мне. Пока Дарина спит, ложись отдыхать сама, иначе при таком графике просто не выдержишь. — Наставительно порекомендовал он.
Я кивнула, не желая спорить и задерживать его еще больше. Кажется, он это понял, но ничего не сказал.
Я успела сварить суп, вымыть пол и сбегать в душ, когда Дарина вновь проснулась, на этот раз без температуры. Но дочь была вялой и капризничала. Я дала ей все нужные лекарства и покормила, но Дарька сегодня явно не была настроена на лишние телодвижения и уснула.
Я пропустила тот момент, когда в доме появился гость. Венька приветственно кивнул, когда я увидела его на кухне, заваривающего травки в заварнике. Я так удивилась, что даже забыла спросить, что он здесь делает.
— Вместо воды давай ребенку. — Он кивнул на чайничек.
Я могла бы и сама догадаться, если бы отмела панику. Стало стыдно. Пока растерянно стояла посреди кухни, Вениамин налил нам чаю и достал из холодильника варенье.
— Ты как? — Спросил он.
— Нормально. — Отмахнулась.
— Гек давит? — Понимающе усмехнулся он.
— Есть немного. — Согласилась.
— Ты тоже дави. — Вдруг посоветовал он.
— Что? — Округлила глаза.
— Тоже дави. Его точка зрения не всегда тебе подходит. Отстаивай свою. — Вдруг выдал он длинную фразу.
— Зачем? — Удивилась я.
Кулаев нахмурился. Ну да, непонятливая я сегодня.
— Ему надо посмотреть с другой стороны. — Венька попытался сформулировать.
Я скептически фыркнула. Нострадамус нашелся, загадками разговаривать.
— На что посмотреть? — Ну почему всю информацию по крупицам приходится вытаскивать?
Вениамин улыбнулся, внимательно посмотрел на мою скептически скривленную физиономию и пояснил.
— На тебя.
И что бы это значило?
Глава 10
Геннадий
— Где тебя носит? У нас уже все телефоны оборвали! — Ко мне еще на парковке подбежал Толик Гарин.
Я закрыл машину и быстрым шагом пошел к двери.
— У дочки ночью температура поднялась. — Пояснил, быстро входя в контору.
Гарин даже с шага сбился.
— У дочки? Гек, ты нормальный вообще? Какая дочка? У нас проекты до миллиметра выверены, а теперь поставка на полтора часа запоздает. Бригада простоит. Еще около тридцати человек захотели в семь утра понедельника дома заказать. — Зачастил он, поясняя мне ситуацию.
Я резко развернулся.
— У меня заболел ребенок. — Прошипел. — Я имею право опоздать по уважительной причине. — Открыл дверь в кабинет. — Что-то не нравится — увольняй.
— Чего сразу: увольняй-то? — Анатолий явно не хотел сдаваться так просто. — Ты бы хоть предупредил.
— Догилевы в курсе. — Отрезал, включая ноутбук.
Гарин недовольно засопел. Оно и понятно, все знают о ситуации, кроме того, кто о ней реально знать должен.
— А откуда дочь? — Наконец, нашел он до чего докопаться.
— Из роддома. — Признался честно.
Продолжить расспросы ему не позволил зазвонивший телефон. Я вздохнул и принялся за работу. Если хочу сегодня все успеть, придется вкалывать. Сердце защемило, так хотелось вернуться домой к Кире и Дарине. Я понимал, что тревога не обоснована ничем, но подсознание аж трясло от того, что мне сейчас приходится быть не с ними. Напомнил себе, что нужно будет позвонить своему психологу по этому вопросу. В обед этим и займусь.
Через пару часов ко мне заглянула Лика, которая все больше и больше начинала напоминать весьма упитанную барышню, нежели доселе знакомую мне девочку с огненными волосами.
— Поговорили? — Она тяжело опустилась на стул.
— Да, — кивнул, отправляя смету заказчику.
— И как? Не выгнала? — Анжелика вперила в меня свой взгляд.
— Нет. Договорились, что я держу свои отцовские чувства к Дарьке в узде, а она пока не выселяет меня. — Сознался.
Подруга только головой покачала.
— А ты не хочешь от них переезжать?
— Нет. Мне с ними хорошо. — Нахмурился, не понимая, зачем Тереза меня допрашивает.
— Угу. — Лика задумалась. — А им с тобой хорошо? — Вдруг спросила она.
Я замер и поднял на нее взгляд. Хорошо ли им со мной? Я не знал ответа на этот вопрос. Я был лишь уверен в том, что Кире и Дарине здесь лучше, чем было бы рядом с ее бывшим мужем. Но не факт, что остановись Кира у какой-нибудь пожилой женщины, то жила бы сейчас хуже.
— Не знаю. — Ответил деревянным голосом.
Анжелика только усмехнулась.
— Гек, очень советую тебе перестать бегать от собственных эмоций и начать их анализировать. Мне кажется, что ты дальше собственного носа не видишь и видеть не желаешь. — Она поднялась со стула и поковыляла на выход.
А я принялся думать. Что подруга имела ввиду, говоря все это? Да, согласен, что непроизвольно зарываюсь, когда меня что-то задевает за живое. Но что-то мне подсказывает, что дело не в этом. А в чем?
Бросил взгляд на часы и взял в руки телефон. Я приоритетный пациент, если что.
— Здравствуйте, центр….
— Дель, это Геннадий Корсаров. — Перебил я женщину.
На другом конце трубки повисла недолгая тишина.
— Геннадий Борисович? — Недоверчиво спросил голос.
Я понимал недоумение Аделаиды, ведь я орал, что больше ноги моей не будет в ее кабинете, и звонить я ей не собираюсь.
— Да, это я. Дель, мне очень нужно с тобой поговорить.
— Что-то случилось? — Она тут же свернула в профессиональную колею.
— Да. У меня есть несколько вопросов. И давай на «ты». Я понимаю, что ты обиделась в прошлый раз….
— Твоя мама меня убьет, если услышит, что я с пациентом так разговариваю. — Прошипела она в трубку. — Так, подожди! Ты можешь через пару минут организовать видеозвонок? Мне нужно будет видеть твою реакцию.
Я послушно набрал ее адрес на клавиатуре ноутбука и позвонил.
— Ты снова перекрасилась. — Простонал я, увидев фиолетовые пряди, торчащие во все стороны. Для пятидесятилетней женщины это было смело.
— Это не мешает работе, и твоей маме пришлось смириться. — Она воровато оглянулась и показала язык. — Давай, в темпе рассказывай, что там у тебя случилось.
Я вздохнул и потер переносицу.
— Я живу с женщиной, которая сбежала от мужа и тайно с ним развелась. А еще у нее грудной ребенок, которого я записал на себя. — Коротко сформулировал.
Цвет кожи Аделаиды слился с ее волосами, когда я понял, что дело плохо.
— Что ты сделал? — Выпучила она глаза.
— В графе «отец» поставил свое имя. Теперь у меня есть дочь, которая носит мою фамилию. И отчество тоже. — Похвастался.
— Дочь? — Пискнула Деля. — Корсаров, ты охренел?!? Что ж ты делаешь-то? Подожди. — Она замерла. — Ты не сказал, что женился на матери ребенка.
— Я на ней и не женился. Мы просто соседи по дому….
— Твою мать, Гек! — Взвыла она, дергая себя за фиолетовую прядь. — Вся…. Вся терапия насмарку. Я тебе что говорила? А ты что наделал? Нельзя ведь так….
— Дель, ты мне объясни, что не так. — Спокойно попросил, потому что истерика на экране заставляла меня чувствовать себя виноватым.
— Да все не так, Корсаров! — Она набрала воздуха в грудь, но орать передумала. Лишь спросила. — Как ты относишься к матери девочки?
Я задумался.
— Она очень молодая. Независимая. Гордая.
— Я не спрашивала, какая она. Я спросила о твоем отношении к ней. — Перебила меня всезнающая женщина.
Тряхнул головой, сбрасывая кольнувшее раздражение.
— Я к ней отношусь… хорошо.
— Очень конкретно сказано. — Съерничала Деля.
— Я пытаюсь сформулировать. — Нахмурился. — Мне хочется о ней заботиться. Кажется, что она пытается быть сильной, но остается абсолютно беззащитной, чтобы, ни делала. Хочется дать ей то, чего ей не хватает. Хочется, чтобы она улыбалась. Она очень редко это делает. Только когда с Дариной возится.
— Отлично. — Похвалила меня она. — А как девушка к тебе относится?
Я вновь завис. А как она ко мне относится?
— Она меня, если не боится, то точно опасается. Она не любит, если я для них с Дарей что-то делаю. Спорит со мной все время. Она очень зажата, и ее хочется обнять, чтобы расслабилась. Но от меня она ничего такого не примет. — В последнем я был более чем уверен.
Деля вдумчиво сверлила меня взглядом с экрана компьютера.
— А как ты относишься к ребенку?
Я широко улыбнулся.
— Она еще очень маленькая. Когда я беру ее на руки, мне не хочется выпускать ее из рук. Она пахнет молоком и детским мылом. Я люблю дочь и считаю ее своей. — Сознался.
Взгляд с экрана стал строго-разочарованным.
— Ты сравниваешь ее с …?
— Нет! — Перебил. — Она другая. Я это прекрасно осознаю.
— Гек, успокойся. Я пытаюсь помочь. Помнишь? — Я кивнул. — Если ты мне позвонил, то у тебя есть вопросы. Задавай.
Я тут же оживился.
— Как сделать так, чтобы им было хорошо со мной?
Я решил, что Аделаида меня сейчас через экран прибьет.
— Да вы — махровый эгоист, батенька. — Вдруг выдала она.
— Почему это? Я же хочу, чтобы им хорошо было. — Удивился.
Деля тут же сделала мстительно-хищное лицо.
— Гек, помнишь, я тебе тоже хорошо хотела сделать, когда терапию проводила. Тебе понравилось? Тем более, эта девушка и ребенок не нуждаются в такого рода вмешательстве. А сейчас ты, я так понимаю, активно занимаешься психологическим насилием над этой беззащитной женщиной, считая, что поступаешь так из лучших побуждений. — Припечатала она меня.
Я даже рот открыл, чтобы опровергнуть этот бред и… не смог. Потихоньку принявшись анализировать свое поведение, начал задыхаться от нахлынувшего ужаса. Что я натворил?
— Гек, вдох-выдох. Вдох-выдох. Не расслабляйся. Дыхание, помнишь? Один вдох, один выдох. — Спокойный голос лился с монитора.