– Вы имеете в виду своего предка? – спросила Пенелопа.
Корделия посмотрела на нее с подозрением.
– Брендан представился мне, и я подумала, что здесь есть связь. Я прошу прощения за то, что должна сказать, но Кристофф ненавидел Уолкера. Если он появлялся возле дома, то мы должны были немедленно сообщать в полицию. Разве он не какой-то врач-шарлатан?
– Он был нашим прапрапрадедушкой, – сказала Корделия, – и на самом деле мы бы не хотели больше слушать гадости о нем.
– Но что насчет… – начала было Элеонора, но на сей раз ее прервал Уилл:
– Доктор Уолкер был мошенником, который выписывал пациентам рецепты со всякими нелепыми предписаниями и тониками, но мы должны забыть прошлые…
– Замолчите! – внезапно крикнула Элеонора. – Вы все меня постоянно перебиваете, а я хочу сказать что-то важное! Не имеет значения, ненавидел ли Кристофф Уолкера или Уолкер Кристоффа! Что важно, так это найти наших родителей и вернуться домой! Вам все это уже без разницы?
Все сидели тихо, пока маленькая Элеонора переводила дыхание после своей отповеди.
– Ну, конечно, – сказала Корделия, – но мы все пытаемся разгадать тайну…
– Вашу тайну! Моя тайна – когда я смогу снова есть китайскую еду вместе с мамой и папой! Или гулять в парке Голден Гейт! Или увидеться с друзьями! Может, мне следует самой отправиться за этой дурацкой книгой из пещеры?
Элеонора побежала к дыре в полу чердака и прыгнула вниз.
– Нелл! Стой! – крикнули ей вслед брат и сестра, и когда они подбежали к дыре, то увидели, что Элеонора уже пересекает холл.
– Мы должны остановить ее, – сказала Уиллу Корделия. – Она не в себе.
Она стояла, ожидая какой-нибудь реакции от пилота, но он не пошелохнулся.
– Ты идешь? Вероятно, мы должны держаться вместе.
– Ох… – произнес Уилл и, взглянув на Пенелопу, тихо спросил: – Ты хочешь пойти вместе с Уолкерами?
Пенелопа отрицательно покачала головой.
– Я останусь здесь и буду защищать Пенелопу, – объявил Уилл.
– Да вы что, вдвоем повторяете друг за другом? – спросила Корделия. – Чего вы боитесь?
– Мистер Кристофф может оказаться внизу, – объяснила Пенелопа. – Если он увидит, что я жива, то может попытаться убить меня снова.
– Кристофф мертв! – встрял Брендан.
– И я тоже была мертва.
– В ее словах есть здравый смысл, – сказал Уилл, улыбнувшись Пенелопе. – Этот мерзавец Кристофф может вернуться за ней, и если он это сделает, я бы хотел поговорить с ним как мужчина с мужчиной, кем бы он себя ни называл, Королем Бури или королем Франции. У нас есть незаконченное дело.
– Вы знали Кристоффа? – спросила Пенелопа.
– Не совсем, – объяснил Уилл. – Но он знал меня. Забил мне голову якобы правильным и нужным, но когда я обнаружил, что являюсь всего лишь одним из его созданий, это заставило меня о многом задуматься.
– Что вы имеете в виду под «одним из его созданий»? – спросила Пенелопа.
– Я был персонажем одного из его романов, – сказал Уилл. – Позвольте мне рассказать вам об этом. Я летел, выполняя свою миссию…
Корделия усмехнулась и спрыгнула через дыру в коридор, Брендан последовал за ней. Когда они добрались до винтовой лестницы, пытаясь дозваться Элеонору, Корделия наконец сказала:
– Я не могу ему доверять. «Защищать», да как же. У него на уме только одно. Я заметила этот его блеск в глазах, старание подключить свое британское очарование…
– Не переживай, – подбодрил сестру Брендан. – У него и зубы тоже британские…
Корделия рассмеялась и обняла брата. Иногда она по-настоящему ценила его.
«Да кому вообще нужен этот Уилл?» – подумала она.
Они побежали вниз по лестнице и с удивлением обнаружили, что плачущая Элеонора сидит на нижней ступеньке рядом с банкой недоеденной кукурузы. Корделия подошла к ней, чтобы успокоить…
И в этот момент за окнами раздался взрыв.
Уолкеры уже слышали раньше грохот взрыва по телевизору и в кино. Они подняли головы на шум и не скоро осознали, что стену проломило выстрелом пушечного ядра.
44
Железное ядро, чуть меньше шара для боулинга, пробило стену и со свистом пролетело в кухню, ударившись о печь, которая издала звон, похожий на звук гонга. Панель печи смялась так, словно была сделана из бумаги. Дети, раскрыв рот, наблюдали за тем, как ядро выкатилось с кухни и плюхнулось в воду, покрывавшую сейчас пол на полдюйма. Вода заполняла через пробоины дом, медленно идущий ко дну.
– Пожалуйста, только не говорите мне, что все это действительно произошло, – сказала Корделия.
Но Брендан с Элеонорой не отвечали, пораженные случившимся, они бросились наперегонки к образовавшейся в стене дыре, чтобы посмотреть на то, что послужило причиной этой неожиданности. По краям дыры торчали щепки и порванные провода. Чтобы выглянуть в дыру, маленькой Элеоноре пришлось встать на цыпочки.
Снаружи на воде покачивался самый настоящий пиратский корабль.
Громадный, пятьдесят ярдов в длину, с шумно хлопающими парусами, нещадно терзаемыми ветром, корабль всем своим видом вселял ужас. У судна было три мачты, на той, что находилась в центре, развевался черный флаг с изображением скелета, держащего песочные часы. До ватерлинии корпус был сделан из светлого дерева, погруженная же в воду часть была обита медными листами, поблескивала и сверкала. По всей длине корпуса располагались двенадцать квадратных окошек, из которых выглядывали пушки, одна из них курилась дымом. Нос большого корабля украшало деревянное копье с резными серыми змеями, обвивавшимися вокруг него.
– Это «Морэй»! – воскликнула Элеонора.
– Кто?
– «Морэй»! Пиратский корабль из «Сердца и шлема».
– Что это?
– Книга, которую я читала! Она была о пиратах! – Элеонора выглядела более оживленной, чем минуту до того.
– Я думала, ты только листала книги, – сказала Корделия.
– Я пролистала до пятидесятой страницы! Этого было достаточно, чтобы знать, как выглядит нос корабля! И на нем такой ужасный капитан, капитан Сэнгрэй, у которого жуткий смех и который любит совершать эти страшные эксперименты…
– Должно быть, это третья книга, в мир которой мы попали, – сказала Брендану Корделия. – Помнишь? Три книги, которые зависли перед тобой: «Дикие воители» с Убиеном и гигантами, «Отважный летчик» с Уиллом и теперь «Сердце и шлем».
– Ребята! – крикнула Элеонора. – Посмотрите на них! Они все разглядывают наш дом.
Элеонора показала на собирающихся на палубе пиратов. Солнце выжгло их кожу, отчего она стала темно-коричневого цвета. На них всех были разнообразные фетровые шляпы, шарфы и банданы, а в ушах красовались причудливые серьги; большие шрамы, следы жестоких боев, пересекали лица пиратов, на месте потерянных зубов виднелись вставные золотые, и только один беззубо улыбался своей полусумасшедшей нездоровой улыбкой. В руках пираты держали сабли и топорики, и у каждого на перевязи болтались пистоли.
– Как странно, – сказала Корделия. – Ни один из них совсем не похож на Джонни Деппа.
Подплывая к дому, пираты плевались и покрикивали, каждое слово, которое долетало до ушей детей, было нецензурным и в своем роде уникальным.
– Эй! А это кто? – Пират, стоящий на палубе, показал на дыру, пробитую ядром. Хотя он носил повязку на глазу, это не мешало ему быть самым зорким. – Вы там, я вас вижу!
Брендан оттащил Корделию от дыры в стене, но теперь, когда они были замечены, он решил поговорить с нежданными гостями открыто.
– Мы дети, и нам нужна помощь! – крикнул он в ответ. – Мы тонем.
Одноглазый пират ухмыльнулся и кивнул кому-то в сторону носовой части корабля.
Прогремел еще один пушечный выстрел.
Дети вбежали по лестнице на второй этаж, чтобы избежать встречи с очередным ядром, пробившим стены кухни насквозь с обеих сторон. В страшном испуге Брендан посмотрел вниз.
– Обитатели плавучего дома! – донесся голос с судна. Голос явно принадлежал не одноглазому пирату, поскольку был более раскатистым и напыщенным. – Вы были замечены моим первым помощником Транкебаром! Вы заплыли на мою территорию! Готовьтесь к абордажу!
В доме потемнело, когда корабль вплотную подошел к нему.
– О нет! – вырвалось у Элеоноры. – Они здесь!
Сверху происходило какое-то движением и скрип, закончившийся победными возгласами и рычащими проклятиями главаря, затем застучали тяжелые ботинки.
– Они на крыше! – воскликнул Брендан. – Сейчас обнаружат Уилла с Пенелопой!
Дети рванули на помощь через холл верхнего этажа, самой первой у двери на чердак оказалась Корделия. Она уже готова была ворваться на чердак, когда раздался звон разбивающегося окна и Брендан увлек сестер в самую маленькую спальню на этаже.
– Они уже в доме! Иди сюда!
– Нет! Мы не можем оставить там Уилла и Пенелопу!
– У нас нет выбора! У Уилла есть револьвер, он сможет защищаться!
Брендан затаился с сестрами в комнатке, и в этот момент он услышал, как раздались выстрелы, последовавшие за криком Пенелопы и удивленными возгласами Уилла:
– Отпустите ее! Не трогайте меня! Кто вы, черт дери, такие?
– Не двигаться, – прервал Уилла громовой голос, который дети уже слышали. – Брось свой пистоль, коротышка! Только попробуй что-нибудь выкинуть, и я разрублю твою леди на куски и брошу их на съедение акулам, кроме тех, которые оставлю себе!
Говорящий визгливо расхохотался, неожиданно захватив верхнюю октаву.
– Это капитан Сэнгрэй, – сказала Элеонора.
– И это ты называешь жутким смехом? – удивился Брендан. – Да он звучит как четырехлетний малец, вдохнувший гелия из воздушного шарика!
Что-то с лязгом ударилось о пол чердака.
– «Уэбли» Уилла, – не веря в происходящее, произнесла Корделия.
Они все были уверены, что Уилл ни за что не даст себя обезоружить.
– Мы должны подняться туда! – прошептала Элеонора.
– Слишком поздно, – ответила Корделия на призыв сестры. – Они уже окружены.
– Но капитан Сэнгрэй будет проводить над ними эксперименты! Ты не понимаешь, в книге он хотел стать врачом, но был изгнан из медицинского училища за убийство профессора! Так что, став капитаном пиратского судна, он изучает анатомию человека, препарируя живых людей!