— Кстати о мастерах. Ты договорился? Заделают нам дыру?
— Заделают, — подтвердил Серхио. — И относительно недорого. Даже меньше вышло, чем я собирался заплатить. Я ж хотел еще на уборку нанять, а вы только первый этаж и подвал оставили. Ну и работенку вы провернули. Никогда бы не подумал, что столько успеете.
— Подвал тоже чистый, — кашлянул я. — Только первый этаж остался.
Серхио тут же вызвался разобрать и его, а я внезапно понял, что физические силы восстановились, а с башней стоит закончить сегодня. Да и злость после общения с «коллегой» хотелось выместить хоть на что-то. На удивление, есть не хотелось. Виной всему наверняка был тошнотворный запах горящих десмондов, не имеющий ничего общего с пленительным запахом жареного мяса. Вот ведь пакость, никак они не догорали. Ничего сейчас добавим хлама, не сгорят, так хоть видны не будут.
Под завалами первого этажа внезапно обнаружился колодец, прикрытый деревянным щитом. Щит, разумеется, за это время превратился в непонятно что и развалился при первом же прикосновении. Оставалось загадкой, почему кто-то из нас не ухнул вниз, потому что хлам валялся почти вровень с каменным колодезным бортиком.
— Что за дурь делать колодец в доме? — возмутился я вслух.
Поскольку при этом я наклонился к колодцу, голос отразился эхом от его стен и не скоро замолк.
— Это не дом, это башня, которая рассчитана на осаду, — пояснил Серхио. — В этом случае собственный источник воды — дело выживания. А здесь до него врагам не добраться — не перекрыть и не отравить.
Вода в колодце плескалась, но чтобы ее использовать, придется черпать и черпать, выливая затхлую стоячую воду. И лучше не своими силами, а приделать какой-нибудь моторчик на чародейской тяге и вообще устроить водопровод. Я огляделся. А почему бы и не всунуть куда-нибудь сюда душ? И вообще стоит заняться устройством собственного быта, создав хотя бы минимальные удобства. Окна застеклить — а то все, что я выдул и выдую, вдуется обратно при первом же ветре. И дверь входную тоже нужно ставить в ближайшее время.
На кухне из обстановки сохранилась только плита и то потому, что она была сложена из кирпичей и была неотделима от пола. Все остальное или развалилось от времени или, что более вероятно, было растащено в стародавние времена.
Глава 19
К моменту окончания выдувания пыли с первого этажа из меня окончательно выдулись собственные силы, так что я сел на пороге и принялся смотреть, как Серхио мастеровито ладил плетеный забор вокруг того места, где мы наметили чародейский огород. Шарик успел порадовать, что и вскапывать землю, и высаживать все придется мне лично, потому что чародейским огородом должен заниматься только сам чародей, иначе силы в травках не будет. Я уже сто раз проклял свое согласие на эти ящики с рассадой, потому что дел хватало и без них.
Правда, конкретно сейчас хотелось спать, есть и помыться, но сил не было даже на то, чтобы встать с порога. Шарик тоже не горел желанием бегать. Он сидел у меня на плече и нес обычную характерную для него дичь, когда внезапно меня словно потянуло к земле, а ками застыл и начал впиваться когтями в мое плечо.
— Шарик?.. — испугался я. Причем не столько за себя испугался, сколько за него.
— Не мешай, — проскрипел он. — Потом все.
Он раздулся и словно закаменел. Я сидел и боялся дернуться лишний раз, понимая, что все это неспроста. На нас с ним точно что-то действовало, я это чувствовал, пусть и куда более слабой степени, чем ками. Наконец это что-то начало отпускать. Шарик встряхнулся, отчего с него полетели грязные тяжелые брызги. Несколько капель попало на меня, ками их деловито счистил и сказал:
— Кажется, все.
— В каком смысле все? Собирать вещи и драпать? Это же нас поиск накрыл?
— Мыслишь в правильном направлении, — важно ответил Шарик. — Но поиск нас не накрыл. Я же говорил, что прикрою в случае чего.
— Само то, что поиск был, уже плохо, — мрачно сказал я, прикидывая, что делать дальше. — Это значит, что известно то, что мы выжили.
Вот ведь, только, можно сказать, попытался где-то начать обживаться и опять надо драпать. Стало ужасно жалко затраченных сил на чистку башни.
— Не, это отклик общей крови, — спокойно ответил Шарик, помахал передо мной лапой и заявил: — Дай чего-нибудь пожрать, а то у меня такое чувство, что из меня весь воздух вышел.
Выглядел он действительно сдувшимся и замученным, поэтому я пошарил в кошеле на поясе, нашарил пару пластин вяленого мяса, которое Шарик распихивал где только мог, называя это стратегическим запасом, и протянул ками.
— Так что там с откликом общей крови?
— Ритуал, который отправляет расширяющееся спиралью заклинание, — важно пояснил Шарик, не забывая при этом обрабатывать мясо. Уменьшались куски только так. На связность речи это никак не влияло, потому что разговаривал он не через рот. — При нахождении близкого родственника посылает возвратный импульс. В нашем случае я не дал ему вернуться, хотя тяжеловато было, конечно.
— Ты вообще молодчина, — на всякий случай похвалил я его. — И что теперь?
— Теперь к королю вернутся все импульсы, он уверится, что их количество совпадает с количеством известных ему детей, и успокоится. Если бы искали конкретно тебя, поиск был бы совсем другой, на две крови: отцовскую и материнскую. А тут просто на ту, которая сильней.
— Но если по проверке дошли до меня, то и Серхио могут искать? — встревожился я.
— Навряд ли, — ответил ками. — Не такая он шишка, чтобы его спецом искать. Это ж сначала надо родственников выявить, причем не абы кого, а близких. Скорее, последняя надежда сдохшего принца зацепить. Его же официально пока умершим не признали?
Только тут я вспомнил про привезенные Серхио новостные листки и стал их просматривать. Шарик оказался прав: поиски принца продолжались, погибшим его пока не объявляли. А вот поиски падре Хавьера прекратились. От его ордена обнаружилось высокопарное сообщение, что падре считается пропавшим без вести и что нового главу выберут строго в оговоренный срок, если падре не появится. И сдается мне, тот, кто отправлял объявление в газету был уверен, что падре не появится, и переживал разве что за медальон. Медальон мне руки не жег и карман не оттягивал, поскольку для себя я решил в церковные игры не лезть. Серхио мое решение принял и больше не пытался меня убедить добраться до тайника.
— Так что можешь спокойно тут устраиваться и даже мастерить свой ватерклозет, отсутствие которого тебя так тяготит, — с насмешкой заключил Шарик, когда мы закончили изучать новости. — Или больше не тяготит?
— Тяготит, — согласился я. — И отсутствие нормального помывочного места тяготит. Но все упирается в канализацию.
— Во что?
— В то, куда все это будет сливаться, — пояснил я. — В идеале куда-нибудь в речку, до которой тут далеко. Разве что подземный ход использовать.
— Какой подземный ход? — заинтересовался Шарик. — Нет здесь никакого подземного хода. А если бы был, то только такой балбес, как ты решил бы его заливать собственным дерьмом. Нормальные маги подземный ход используют исключительно для того, чтобы удирать от неприятностей.
— Это не помешает часть хода использовать под слив.
— Зачем?
— Если делать наверху что-то типа помывочной, то я примерно знаю, как туда нагнетать воду, но ее же оттуда нужно будет куда-то спускать. Вот я и говорю, что если есть подземный ход, то это практически начало местной канализации. А потом докопать до реки и чем-то укрепить остаток. То есть все меньше работы. Посоветуешь чего-нибудь магического для копки? Чтобы пройти изнутри, а не копать снаружи и закладывать трубы.
На мой взгляд, говорил я логично, поэтому не ожидал, что Шарик начнет гнусно хихикать, даже не пытаясь скрыть своего отношения к моим идеям. Хихикал он по-своему, по-камийному, то есть скрежетал, но ошибиться было невозможно, поскольку он слишком уж характерно хлопал лапами.
— Ну ты и балбес, Хандро. Ты чародей, такую задачу нужно решать с позиции чародейства, — сказал он, отсмеявшись. — Вообще все: и нагнетание воды и создание этой твоей канализации.
— А зачем?
— Что зачем?
— Зачем мне делать с помощью чародейства то, что можно сделать без него?
Он завис, но ненадолго.
— Как зачем? Затем, что это для чародея куда проще.
— Мне проще насос сделать и бойлер для нагревания воды, — возразил я. — Чарами я это делать не умею, а руками — могу.
И я даже не лукавил, потому что простейший бойлер соорудить можно было почти на коленке. Главное — заполучить бак и трубки. А уж сварить я их, так и быть, могу и чарами.
— Нужно не проще, нужно так как нужно, — возмутился Шарик. — Нам не надо привлекать к тебе лишнего внимания, поэтому никаких знаний из того мира.
— Почему? Неужели никто не перетаскивал хоть что-то? — удивился я. — Если Бельмонте шлялись по мирам как к себе домой?
— С чего бы как к себе домой? — вытаращился на меня своими бусинками Шарик. — Они строго по делу, ибо если слишком долго в чужом мире пробудешь, силы на возвращение не останется, застрять можно. Знаешь, сколько чародейской энергии уходит на то, чтобы перейти в другой мир?
— Откуда?
— Вот то-то, — невпопад ответил Шарик, рассчитывающий на совсем другой ответ. — Пока ткань мироздания рыхлая, назад можно вернуться почти на халяву, да еще и что-то с собой прихватить. Так что Бельмонте туда строго по делу ходили. Да и что хорошего можно принести из мира, стоящего настолько ниже в плане развития?
— Я бы поспорил с тем, кто стоит ниже.
— Те, кто не умеет в чародейство, — отрезал Шарик, — другого правильного ответа нет. Спорщик нашелся. Так и хочешь свою отсталую технологию пропихнуть.
— Может, с точки зрения чародейства, у нас и были отсталые технологии, зато с точки зрения человека образованного, у вас сейчас типичные наши Средние века. Никаких удобств, никаких средств коммуникации, кроме писем.
Я задумался, есть ли здесь что-то наподобие мобильной связи. Мне не встречалась, но если есть телепорты, логично было придумать и чародейский разговорник.