Я послушалась Лютика. Приятель дело предложил.
У нас на руках было четыре эпизода. Во всех случаях грабители открывали двери своими ключами, жертва жила одна, если она оказывалась дома, ее связывали и затыкали рот, а затем обыскивали квартиру. Судя по почерку, действовали одни и те же подонки. Объединили эти дела в милиции или нет, я даже не представляла. Но к бабушке зашла с трепетом.
Бабуля, листавшая один из томов Ленина, подняла на меня глаза.
– Добрый вечер. Что случилось?
М-да. И ведь не скажешь: «хотела видеть, соскучилась…» Не было между нами особой приязни. Бабуля могла и святого достать своей теорией коммунизма. Я прекращала всякое общение с ней ровно через десять минут. Отец начинал орать на двенадцатой минуте. Мама могла выдержать до двух часов. Гошка же вообще оказался самым мудрым. Он наклеил на дверь своей комнаты свастику, а над кроватью повесил портрет Гитлера. Несколько таких демаршей – и возмущенная бабушка объявила, что у нее только одна внучка. Брат был навечно избавлен от ее нотаций.
Пришлось рубить сплеча:
– Бабуль, посмотри на эти имена. Тебе кто из них знаком?
Я протянула список. Последнюю пострадавшую мы туда не внесли. Но и без того бабуля задумалась – и ткнула пальцем в два имени:
– Вот эти женщины.
Я бросила взгляд. Елизавета Андреевна Свидригайло и Татьяна Николаевна Большанская.
– Бабуль, ты их хорошо знаешь?
– Нет. Так, шапочно…
– А откуда?
– А тебе это зачем?
– А ты не знаешь, что их тоже ограбили?!
В этот раз обошлось без обмороков и кризов. И то радует.
– Н-нет… я знаю, что они перестали ходить…
– Куда?! – встрепенулась я. – Вы все вместе ходили – куда?!
– Тебя это не касается, – огрызнулась бабушка. Но меня уже было не остановить. Ноздри прямо-таки залепило запахом следа. Я ощущала себя как гончая на тропе.
– Бабуля, куда вы все вместе ходили?! Колись! Ведь и другие могут пострадать!!!
Это оказалось решающим аргументом.
– Понимаешь, у нас своего рода клуб. Называется «Красное знамя».
Очень оригинально… Но вслух я этого не сказала. Жить хотелось.
– Это для тех, кому за пятьдесят. Лучше даже для ветеранов. В нашем распоряжении верхний этаж дома культуры «Лепесток». И для нас там ведут кружки, от певческих до макраме, показывают фильмы, проходят собрания…
– И кто спонсор? – тут же уточнила я.
– Несколько банков. «АгроХолдингБанк», «ИтекоБанк», еще компания «Эрот» и «СтройИнвестМаркет». Есть кто-то еще, но я их не знаю…
– А зачем им это? – искренне удивилась я. Уйти от налогов в нашей стране можно и дешевле и проще. Факт!
– Дело в том, что у владельцев этих компаний тоже есть бабушки, – съязвила бабуля. – И им намного приятнее, когда те не сидят дома или там на лавочке у подъезда, а общаются со сверстницами. У нас в клубе даже врач есть. И неплохой. Мануальный терапевт.
– А у этих двоих родственники богатые есть?
– По-моему, у Лизы, – задумалась бабушка. – То ли сын, то ли внук… не помню. Мы с ней почти не общались.
Я задумчиво кивнула.
Один и тот же клуб для пожилых людей. Ага. Надо проверить еще двух – не являются ли они тоже посетителями этой шарашки. И тогда искать придется – там. Внутри.
– Ты о чем думаешь? Что там у нас кто-то… – прочла мои мысли бабушка. Я замотала головой.
– Бабуль, не знаю. Сделай милость, пока никому ни слова, хорошо?
– Пока – что?
– Пока я к вам не приду посмотреть на окружающую обстановку. Мы с Тёрном…
– Этот твой капиталист…
– Бабуль, ну не виноват он, что наши коммунисты до Англии не добрались. У них вся семья такая вот уже тысячу лет! – Сто пятьдесят тысяч с хвостиком… – А на самом деле он у меня хороший и умный. Только чуть не от мира сего. Англия, что ты хочешь!
– А нормального парня здесь найти было нельзя?
Я проказливо улыбнулась.
– Бабуль, любовь зла. Чем и пользуются козлы.
– Это точно. А твой к какой разновидности козлов относится?
– Горных и гордых. Почти шотландских, – хихикнула я. – Очень редкая и культивируемая порода.
– Что редкая – это точно. Хорош, как картинка. Юля, ты уверена, что не совершаешь ошибку?
Я на миг задумалась. Чтобы не отвечать сразу. А потом улыбнулась.
– Бабуль, он ведь мог и плюнуть на все. И уехать. А он хочет идти со мной в вашу богадельню. Наши парни так к старикам не относятся, как он. И подарки вам с мамой тоже он выбирал, кстати…
Бабушка чуть смягчилась.
– Если что – развод у нас разрешен.
– Это точно.
Ага, как же! Никакого развода! Где я еще себе найду такого супруга, который будет терпеть меня со всеми моими заскоками?!
Когда я принесла вести, в комнате на миг повисла тишина. А потом перебранка вспыхнула с новой силой. Не участвовали в ней только мы с Тёрном. Мы тихо целовались за занавеской в уголке. А вот остальные отрывались от души.
– Это точно кто-то в клубе!
– Это и барану понятно.
– Сам ты баран, да?!
– А ну, цыц! Насмотрелись тут, умники!
Лерг и Керрон на миг пристыженно опустили глаза, и в паузу тут же вклинился Реллон:
– Надо туда сходить! Кого командируем?!
– Не тебя же!
– А почему бы и не меня?! Вдруг у меня есть одинокая бабушка?
– Пожалей вора. Лучше пошлем Эвина…
– Ага, на поводке и в наморднике. Чтобы вора сразу не загрыз!
– Невелика потеря…
– А вдруг у него сообщники будут?
– Наверняка! Вор там работать не станет! Разве что «светлячок»…[1]
– И как ты его вычислишь? На вкус?
– Еще не хватало всякую пакость в рот тянуть!
– Так что ты предлагаешь?
– Командировать хотя бы четверых…
Тёрн еще раз поцеловал меня и вынырнул из-за занавески.
– Пойдем я, Реллон, Лерг и Эвин. Последний – на четырех лапах. Ясно? Обсуждение закончено. Все свободны.
И волшебники и элвары воззрились на него с искренним возмущением. Тёрн покачал головой.
– Господа, не расстраивайтесь! У вас еще будет шанс разобраться с мерзавцами! Не забывайте – это только первый шаг.
Но вместо Лерга идти пришлось Лютику.
С раннего утра у меня зазвонил телефон.
– Да?! – недовольно рявкнула я в трубку. Я вообще-то спала, и мне снилось что-то хорошее. И неудивительно, когда в качестве грелки выступает симпатичный элвар…
– Здравствуйте, – робко раздалось в трубке. – Это Катя…
Катя?! Какая Катя?!
Чем отличается боевой маг от обычного раздолбая?
Тем, что его мозг всегда работает как часы. Даже в самую трудную минуту. Не прошло и пяти секунд, как я вспомнила, где слышала это имя.
– Так ваша сестра все-таки решилась?
Голос в трубке стал еще более неуверенным.
– Мы поговорили с ней и…
Я посмотрела на Тёрна.
– Назначь встречу с магом на то же время в больничном парке…
Почему бы нет?
– Если она согласна… мы будем ждать ее в больничном парке в то же время, на том же месте. Но прийти она должна одна. По своей воле. Ясно?
– Д-да. А…
– Остальное узнает только она. Всего хорошего.
В трубке пискнули, но я уже нажала кнопку отбоя.
– Все-таки сотовый телефон – это аналог колокольчика на шее у коровы. Хоть куда залезь – все равно звенеть будет.
– Ничего. Нам все равно пора вставать. И пока встали только мы… иди ко мне… я ужасно хочу попробовать кое-что из просмотренного…
Я чуть покраснела, вспомнив о домашнем киносеансе порнографии, но…
Иду я, иду…
Через два часа, вылезая из душа, мы были довольны и счастливы…
– Я пойду в центр, – решил Тёрн. – Но с Лютиком. А Лерга отправим с тобой. И остальные тоже пойдут с тобой.
– А нас не многовато будет?
– Не думаю. Вам ведь придется ее держать, чтобы не выдиралась и не орала…
– Да. И надо сказать Лергу о снадобье…
– Думаешь, у него нет заначки?
Я пожала плечами. Не знаю. Мог и прихватить. Лерг из нашей компании самый запасливый. Но если что – не пропадем. У меня тоже есть необходимые компоненты. Двух часов хватит, чтобы составить эликсир.
– И кто из вас двоих запасливее?
– Он. Я просто лучше знаю, с чем можно здесь столкнуться. Будьте там осторожнее, ладно?
– Обещаю. Где встретимся?
– Может, в парке? Мы вас будем ждать…
– Договорились. Давай позавтракаем – и будем собирать команды.
И мы пошли.
Эликсир все-таки оказался у Лерга в сумке. Так что готовить ничего не пришлось. И то радость. А спустя еще четыре часа мы ждали Таню в парке.
Мы – это я, Лерг, Керрон и Винер. Сидели, играли в карты. Жульничали. Мы за счет магии, элвары за счет реакции. И когда на полянку вышла девушка, даже не сразу обратили на нее внимание. Только потом присмотрелись. И охнули.
В мире магии такую бы лечили сразу и все. Высокая, худая до скелетообразности, почти кости, обтянутые кожей. Рыжеватые волосы, симпатичное личико, карие глаза и лихорадочный румянец на щеках. Когда-то она была красавицей. До наркотиков. Сейчас же…
Татьяна едва шла. Она часто останавливалась, держалась за стволы деревьев, переводила дух – и продолжала двигаться. На лбу ее блестели крупные капли пота.
После очередного шага она таки оступилась – и упала бы, не подхвати ее Керрон.
– Цела?
– Относительно.
– Ты и есть Татьяна?
– Да. Сестра сказала, меня здесь будут ждать…
– А мы тебя и ждали, – «успокоила» я.
– Но…
Я понимала ее удивление. Еще бы. Она ждала волшебника или хотя бы врача, а тут сидит компания шалопаев и в картишки режется. И ведь не расскажешь ей, что двое из «шалопаев» старше ее раз в десять, а еще двое столько раз ходили под смертью, сколько она и под кайфом не бывала!
– А что ты ожидала? Грома? Молний? Голоса с небес?
Татьяна задумалась.
– Если этого не было, когда ты первый раз укололась, значит, и сейчас не будет, – ухмыльнулась я.