Особой нашей радостью был газон. Под газон мы отвели площадь для игр на улице, всю землю занятую садовыми деревьями и расположенную вокруг беседки. Ещё когда мы делали разбивку будущих клумб, мы решили, что таким образом мы создадим своеобразную рамку для цветущих клумб. Для этого газона мы тщательно выбирали семена, и готовили почву для их посадки тоже сами. Мы снимали верхний слой почвы в саду на два штыка лопаты. Делали двухслойную подушку из мелкого гравия и песка. Плодородный слой мы смешивали из перегноя и торфа и рассыпали сами.
Семенную смесь высыпали на подготовленную и увлажнённую почву, потом засеянную землю прогребали граблями-лапами, накрывали одеялом из тонкого слоя плодородной земли. И включали мелкодисперсионные разбрызгиватели, чтобы именно напитать землю влагой, а не просто залить водой. Первую неделю мы каждый раз на ночь закрывали будущий газон пленкой, а утром открывали. И совершенно по-детски радовались первым всходам.
Сейчас же наш газон радовал нас ярким изумрудным цветом и мягкостью. Мы специально затянули с первой стрижкой, давая траве время укрепиться корнями. На ветках фруктовых деревьев уже вовсю шелестела листва и скоро уже должны были развернуться лепестки нежных бутонов. Я раскладывала качалку, которую поставили специально под абрикосовое дерево. Ставила на воспроизведение тихую музыку с сопровождением шума морских волн. Низкая громкость позволяла музыке сливаться с шумом ветра в листве. Из-за этого она совершенно не раздражала. А Арлан под это звучание и лёгкое покачивание быстро засыпал. Всё-таки не зря ещё в советских детских садах был сон на свежем воздухе. И если после возвращения из больницы мальчик чуть ли не силком заливал в себя немного супа-пюре, то просыпаясь после такого сна, ощущал отличное желание покушать. — Доктор, кстати, тоже рекомендовал после окончания лечения рекомендовал именно море. — Вспомнил Амиран Аланович, когда спросил что за шум у нас рядом с качалкой всё время. — Обязательно съездим. Отменю все дела и отвезу сына. В дни, когда у нас был перерыв от лечения, чаще всего у нас были гости. Родственники Арлана по очереди или всей компанией. Наблюдая за играющими детьми, я заглянула в телефон.
Куча пропущенных и сообщений. Бывший муж уговаривал встретиться. Находил сотни причин для разговора при встрече. И если честно, я просто не знала как прекратить эти атаки на мой телефон. Я дважды блокировала номера, с которых Сергей забрасывал меня знаками своего внимания. Но передышка длилась максимум пару дней. Вот и сейчас очередные уговоры. — "Хорошо, мы встретимся, и надеюсь, что это уже, наконец, расставит все необходимые точки. Скоро мой воспитанник уедет на море, тогда и согласуем день". — Отправила я ответ и отложила телефон. Сегодня Арлан делился с братьями-друзьями новостью, что едет на море. Между мальчишками шло бурное обсуждение предстоящей поездки. В какой-то момент Арлан отошёл к что-то читающему в телефоне отцу. Видно новости были неприятными или опять какие-то трудности на строительстве курорта, потому что Амиран Аланович заметно хмурился. Выслушав сына, он почему-то посмотрел на мальчиков, меня и, взяв Арлана за руку, отошёл к остальным взрослым. Через несколько минут прибежал сияющий Арлан. — Мы едем вместе! Все едем, папа вас отпросил с нами, под его ответственность! — сообщил он братьям. Ответом прозвучал настоящий боевой клич индейцев. Мальчишки прыгали и кричали, глаза горели предвкушением праздника и приключений. Даже следующие несколько поездок на лечение не смогли ухудшить настроение Арлана. Возвращаясь с последней процедуры, мы громко смеялись, потому что наконец-то этот кошмар закончился. Больше не надо ездить на болезненное лечение, больше не нужно терпеть все эти процедуры.
А главное, перед следующим курсом нам нужно было сдать анализы, потому что наш лечащий врач обнадеживающе сообщил, что если анализы подтвердят его прогнозы, то следующий курс станет последним. И это очень обнадеживало. — Арлан, давай ты сейчас отправишься принимать душ. Смоем с себя больничный запах. А я передам Баянат, чтобы накрывали обед в саду, и поднимусь к тебе. Хорошо? — мы с Арланом словно сговорились, но душ после посещения больницы у нас стал уже своеобразным правилом. — Нет не хорошо. — Довольные и счастливые мы не заметили, что у нашего разговора есть свидетель, точнее свидетельница. — Ты кто такая? Кем себя возомнила, чтобы распоряжаться в этом доме? С дивана в гостиной поднялась сильно рассерженная и очень молоденькая девушка. На ней не было вычурных украшений и нарочито узнаваемых знаков на одежде, но даже на вид было понятно, что девушка из обеспеченной семьи. Да и внешне она была красива, все портила только злая гримаса, искривившая черты лица. — А ты с чего решила, что можешь разговаривать с кем-то в таком тоне в этом доме? — встал передо мной Арлан и резко ответил девушке. — Арлан, ты ребёнок. Вот и поднимайся в свою комнату и сиди там, пока взрослые тебя не позовут. Вот когда сам станешь взрослым, тогда и будешь разбираться с прислугой. — Поджала губы девушка. — Когда я стану взрослым, ты и близко к этому дому не подойдешь! — только однажды я видела Арлана таким злым, в тот разговор на кухне. — А у тебя и подавно нет никакого права в этом доме. Ты здесь никто! — Что? — возмутилась незнакомка. — Вот именно, что здесь происходит? — в гостиную стремительным шагом прошёл хозяин дома, Амиран Аланович. Так как рабочий день у него был не предсказуем, то и заранее знать, когда он вернётся домой, кроме тех дней, когда он сам предупреждал, было не возможно. Он мог и появиться посреди дня, и приехать поздно вечером. Сегодня видимо решил вернуться пораньше, с другой стороны, сегодня мы закончили очередной курс лечения. А при том отношении к сыну, что было у Амирана Алановича, он просто не мог не приехать пораньше. Уверена, он уже и в больницу заехал, и с врачом поговорил. — Амиран, — я с удивлением посмотрела на девушку, настолько сильно изменился тон и голос гостьи. — Я приехала навестить тебя и племянника, но столкнулась с вопиющим хамством вашей прислуги. Эта женщина позволяет себе отдавать распоряжения Баянат, нарушает правила воспитания. Я вообще не понимаю, на каком основании она живёт в доме, если комнат для прислуги здесь никогда не было? Более того, она заняла комнату в части дома отведённой для семьи хозяев. Да она живёт в комнате матери ребёнка! А Арлана совершенно распустила и разбаловала, он огрызается, грубит и повышает голос на взрослых! И… — Эльмира! — перебил её Амиран Аланович. — Арлан хозяин в этом доме. И я никогда не поверю, что мой сын настолько дурно воспитан, чтобы грубить и закатывать истерики. Я попросил Милану принять место воспитателя для него. И я каждый день вижу результат её работы. И доволен тем, что я вижу. Милана делает всё для удобства моего сына, и я лично дал ей право распоряжаться прислугой в этом доме. Если нужно убрать комнату пять раз в день, значит, она скажет и всё уберут. Если она прикажет Баянат что-то сделать, то та сделает. Такова моя воля в этом доме! И самое главное, Милана не прислуга. Она близкий к моей семье человек, которому я доверяю. Иначе бы просто не позволил заниматься воспитанием сына. — Но как же… — растерялась от такой отповеди девушка. — Тебя вообще это никак ни касается. — Строго произнёс Амиран Аланович. — Я не хотела никого рассердить. — Мгновенно поменялась красавица, руки сцеплены в замок и опущены, глазки в пол, плечики поникли. — Просто приехала погостить несколько дней и, наверное, неправильно поняла увиденное. — Ты же всегда предупреждала о приезде. И твой отец спрашивал, можешь ли ты остановиться у нас. А в этот раз почему не так? — поинтересовался Арлан. — Решила, какой смысл предупреждать, не в чужой же дом еду. — С заметным усилием спрятала раздражение за улыбкой красавица. — Всегда нужно предупреждать и спрашивать. — Ответил Амиран Аланович. — Арлан только окончил лечение. — А он болел? — удивилась Эльмира. — Не важно. Он выздоровел. К тому же через несколько дней мы уезжаем на море. И эти дни будут заняты сборами, поэтому оказать тебе своё гостеприимство в этот раз мы не сможем. — Ответил ей хозяин дома. — Море? Это же чудесно! Я так давно хочу съездить на море! И тебе помогу присмотреть за Арланом. У меня, правда, нет с собой вещей, но можно же купить необходимое. — Обрадовалась девушка. — Если хочешь, то в чëм проблема? Скажи об этом отцу и он отвезёт тебя или отправит с надёжными людьми. — Пожал плечами Амиран Аланович. — Спасибо за предложение помощи, но мы едем с сыном не одни. С нами ещё несколько детей наших родственников. А присмотреть мне поможет Милана, все дети к ней очень хорошо относятся и давно нашли общий язык. — Она едет с вами? Ещё какие-то дети, кроме Арлана? — гримаса раздражения всё-таки снова проявилась на красивом личике. — Я же сказал, что Милана близкий к семье человек. Родители детей ей доверяют, как и я. — Раздражаться начал и Амиран Аланович, как я заметила, он не любил объяснять одно и то же по несколько раз. Сама я хоть и удивилась тому, что оказывается еду на море, ведь я была уверена, что на это время буду в городе, но виду решила не подавать. Задам вопросы без лишних свидетелей. — Амиран Аланович, — решила напомнить о своём присутствии я. — Мы только что вернулись из больницы. Можно мы поднимемся и приведём себя в порядок перед обедом? — Конечно, Милана. Сразу после того, как Эльмира, младшая сестра моей покойной жены и соответственно тетя Арлана, извинится за несправедливые обвинения и безобразную сцену. — Пристально посмотрел в сторону задохнувшейся от возмущения девушки отец Арлана. — Я же сказала, что возможно не так поняла… — тихо произнесла она. — Эльмира, никто в этом доме не смеет кричать и оскорблять няню моего сына. Никому не позволено прогонять моего сына в его комнату и ограничивать его свободу в этом доме. — Прозвучало всё это строго и холодно. — Я жду, Эльмира. — Я прошу извинения за своё поведение. — Через силу произнесла Эльмира. — Ну… Если я вам так мешаю, я, наверное, пойду? — Да, Эльмира, в другой раз. — Кивнул ей Амиран Аланович. К вопросу о предстоящей поездке мы вернулись уже за столом, где обедали в саду. — Я немного не поняла, разве я тоже еду с вами? — переспросила я. — Да, конечно. — Спокойно улыбался Амиран Аланович. — Я думал, это само собой разумеется. Иначе не рискнул бы пригласить с собой ещё и остальных мальчишек. При тебе-то подрастающее поколение все такие вежливые, воспитанные и вообще джентльмены. — Но поездка к морю, это такие затраты… — начала я. — Серьёзно? — насмешливо посмотрел на меня будущий владелец собственного курорта. — Милана, я понимаю, что это несколько неожиданно. И нагрузка для тебя, всё-таки вместо одного ребёнка сразу четыре. Но я прошу мне помочь и очень рассчитываю на твою поддержку в этой поездке. — Нагрузка это громко сказано. — Мальчики действительно не напрягали и вообще были очень воспитанными детьми. — Хорошо, Амиран Аланович. У меня как раз накопились деньги с зарплаты. Сколько нужно заплатить за жильё и питание? — Милана, ну что ты такое говоришь? Какое ещё заплатить? — удивлённо приподнял бровь Амиран Аланович. — Давай вместе разберём, да? Моему сыну для поправки его здоровья необходимо съездить на море. Это рекомендация врача. Здоровье моего сына, чья забота? — Моя. Я же няня. — Не задумываясь, ответила я. — Да? Ну, я человек необразованный, в ваших новомодных педагогических тенденциях не разбираюсь. Я по старинке считаю, что за здоровье детей отвечают родители. — Немного поехидничал Амиран Аланович. — Милана, ты же понимаешь, что я веду речь не о том, что ребёнок под твоим присмотром насморк подхватил? Ты выполняе