Заметив подмигивания, генерал разъярился и резко выкинул в мою сторону руку.
— Держи. Переместитель многоразовый с расширенным списком миров, при поступлении в академию вернёшь мне.
Джинн в полёте поймал артефакт, не успей он на миг, и мой лоб украшала бы большая шишка. Я зло сверкнула глазами.
— Да кем она себя возомнила, разрушительница доморощенная, я всё слышал, она не умеет контролировать свои силы. Да её нужно запереть под магический замок и не выпускать, пока не научится выполнять приказы. А лучше всего прилюдно выпороть за оскорбление правящего дома. Куда родители смотрят? Выпустили в мир недомага, с них бы тоже стоило спросить, — всё сильнее краснел возмущающийся недалёкий огр.
— Ой, а я что-то резко передумала возвращаться домой, наверное, тут и проведём первую показательную порку. Неправда ли, профессор, как всё хорошо складывается?
Полы моей туники распахнулись, капюшон упал на плечи, волосы потянулись в сторону вояк. Магия потихоньку начала покидать маленький отряд. Те поняли, что происходит странное и схватились за оружие.
— На даму, и с палашами. И ведь не стыдно. И плёточку тоже брось, — всё оружие без исключения попадало из рук военных.
— Профессор, если хватит сил поднять плётку и ударить меня, я извинюсь перед вами, что влезла не в своё дело, ринулась спасать мир. Хотя, если посмотреть на ситуацию, с другой стороны, я тут жертва похищения. Почему-то все сразу забыли, зачем сюда прибыли.
Придавленный профессор изо всех сил пытался подняться.
— Прославленный генерал, а не может справиться с недомагом. В вашем возрасте не стоит так перенапрягаться, вон и венка на лбу сейчас от натуги лопнет, — гнев за оскорбление семьи застилал глаза, и я ещё сильнее придавила генерала к земле.
В этот момент начался переполох и хаос. Все, кого я не затронула своей магией, бросились ко мне с криками о пощаде для генерала и его отряда. Маркус пытался меня обхватить своими ручищами, но потерпел поражение и отлетел как щепка в сторону леса. Сафир, говоривший, что ленточки это девчачье, превращал свои рога как раз в верёвочки, пытаясь ими меня спеленать. Интересно, их (рога) можно будет починить? Чёрный туман ещё пытался меня держать, но я видела, что и он теряет свои силы. И в этот момент я почувствовала, как меня укусили за ухо.
— Извини, богиня, но мой мир мне дорог, я послал сигнал в Технический узел, через пять минут тут будут кудесники плетения мироздания, — ворвался в мой мозг голос радужной крысы.
Его слова словно холодный водопад привели меня в чувства.
— Так, игры закончены, мне пора отбыть и оставить вас на попечение кудесников. Я нижайше прошу меня извинить, все травмы и потери вылечит и возместит моя семья, которая прибудет сюда минуты через четыре. Все вопросы, касающиеся моего воспитания, можете задать лично прибывшему главе дома Чистосвет, — с вызовом посмотрела на еле шевелящегося профессора. — И лучше вам принести ему свои извинения за пробелы, допущенные в вашем воспитании вашими же родителями, — вернула острую шпильку обратно генералу. — Василевс Максимус III, глава рода Чистосвет, так легко не простит обид, нанесённых единственной внучке. Так что, советую правильно подобрать слова. И да, ещё хотела сказать, я не знаю, кто такие разрушители, и почему вы меня к ним причисляете. Я не разрушаю, я несу жизнь, здоровье и радость всем живым существам. А то, что произошло сегодня здесь… Это просто защита мира.
Народ ещё не успел обратно сузить глаза после новости, что я принадлежу к дому последних кудесников плетения мироздания. И тут я выдаю им новую порцию расширяющих пилюль. Оказывается, я лекарь…
Смех сквозь стоны лежащего у опушки огра не услышал только глухой.
— Бабушка сказала, что я могу быть, кем захочу, — тихо произнесла, надевая капюшон.
Народ зашептал:
— Прибудут кудесники плетения мироздания… Неужели они живы? Мы думали, что их всех перебили.
— Перебить всех не могли. Помните слова богини: «Как только погибнет последний кудесник, погибнут и все миры»? Их сейчас берегут в мире Технического узла, — уже не таясь, заговорили магики.
Глава 25. Отдыхать, так вместе, воевать — так скопом
— Вкусная была трапеза, — подошла и потрепала по голове первую попавшуюся зубастую тварь, та от испуга прикрыла лапами голову. — Вам придётся проследовать в карантинную зону до выяснения обстоятельств вашего прибытия и бесчинств в этом мире. И я обязательно найду тех чёрных душой людишек или магиков… а, неважно кого, хоть слизь болотную. Они ответят за свои злодеяния. Сколько у меня осталось времени до прибытия кудесников?
— Ещё минут пять-шесть, технический узел сообщил, что кудесники в другом мире исправляют последствия мирового потопа, скоро прибудут. Я не могу отменить запрос, извини, спасительница.
Джиниус принял свой обычный облик и присел около дерева, обнимая пространственную сумку.
— Джинни, достань, пожалуйста, магический поводок, мы возьмём одну тварь с собой, и меняющий личину порошок тоже достань, не будем пугать народ зубастой пастью.
Мой друг вздохнул и порылся в сумке. Я медленно подошла к забастильёнцам, так я их окрестила, не зная точного научного названия тварей.
Ближайший ко мне ушастик так и держал лапы на голове, вот его я и выбрала. Накинула ошейник, посыпала на голову порошок, и через секунду передо мной стояло милое чудо: маленькое, пушистое, сиреневое, с огромными ушами и аккуратными зубами.
— Неизвестный науке зверь, — констатировал факт джинн. — Бурная у тебя фантазия, Аника Констанция. Знающие люди сразу поймут, что животное под личиной, и ещё полезут выяснять, кто это, почему, зачем.
Я отмахнулась. У меня оставалось от силы минуты три.
Опьянение от переизбытка магии отступило, на его место пришли усталость, сонливость и желание поскорее отсюда убраться.
«Так, взяла себя в руки, у нас ещё неоконченные дела и три минуты времени», — мысленно встряхнула себя.
Собрав волю в кулак, побежала к опушке, где постанывал Маркус, около него суетился сафир, рога которого были повреждены и кровоточили. Да, наделала я дел. Пришло горькое сожаление и страх, что друзья отвернутся от меня.
— Только не обижайтесь, я очень перед вами виновата, не умею до конца контролировать свою силу, но вы не беспокойтесь, через три минуты прибудет мой дедушка, он всё исправит: и рога, и рёбра. Я бы и сама попробовала помочь, но у меня совершенно нет времени. И если вы больше не захотите меня знать… — слёзы застилали глаза. — Джинниус, активируй перемещение. Хочу отдохнуть, давай на денёк в какой-нибудь курортный мир, где нет горя и несчастья. Выспимся и пойдём искать хозяев тех тварей.
Лежащий на боку огр схватил мою лодыжку своей лапищей.
— Только со мной, зря я что ли пострадал от рук самого могущественного лекаря мироздания, — засмеялся, постанывая, Маркус. — Будешь лечить меня, и вместе отомстим тем тёмным, что сотворили такое с этим миром.
— Я с вами. Отдыхать, так вместе, воевать — так скопом, — Сафир приподнял огра. — Мы готовы, джинн, перемещай. Надеюсь, в этот раз не раскидает… Точно, нужно взяться за руки. — И ухватил меня, за ладонь.
Я улыбнулась и, соглашаясь, кивнула.
Глава 26. Меня пытается убить перина
Меня окружала непроглядная темень. Размахивая руками перед собой, попыталась найти вихрастую голову.
— Джинни, а Джинниусик, куда ты нас закинул? Почему такая тьма вселенская? Хоть бы звёздочку на небе увидеть, — сделала шаг, споткнулась и упала на мягкую перину. Воздушную такую, шелковистую. — А, так нас сразу в номер отеля закинуло, как мило. Только надо найти, где включается свет. Сейчас сползу с перинки и добуду освещение. А вдруг в этом мире свечи? Ты чего молчишь? — я зевнула.
И тут раздалось тихое посапывание.
— Умаялся, мой защитник. Ну, спи, не буду включать свет.
Взбила край перины, соорудив бугорок, подушку не нащупала, так и рухнула, раскинув руки, словно звезда.
— Всё, всем спать хотя бы часик, а потом лечить Маркуса. А потом опять спать, — мой голос становился всё тише, пока резко не выключился.
Жарко, как же жарко, всё тело ломит, пальцы онемели и не двигаются, и ноги не слушаются. Проснулась в панике, пытаясь освободить себя. Солнце нещадно светило над головой, еще немного и я приготовлюсь в этом коконе словно жаркое в печи.
«Почему я на улице? Где мягкая перина? Что происходит? Да что с этим солнцем?» — мысли метались в голове, пытаясь не поджариться.
— Джини, Джинни-и-и! — закричала я. — Меня пытается убить перина. Да где же все?
Изображая гусеницу, я оттолкнулась ногами от земли и перевернулась на живот.
— Ура, я вернулась в земной вид. Только что это за вид? — мои белые кудрявые локоны превратились в мокрые сосульки. Волосы прилипли к лицу, пот струился по шее, заливаясь под воротник.
Приподняв голову, невдалеке увидела ещё три кокона.
— Я вас нашла, как хорошо, что вы недалеко! — ползла, словно улитоусик необыкновенный, только у него скорость передвижения была метр в секунду. — Сейчас, мои родненькие, доберусь до сумки и всех освобожу. Как это понимать? Я изо всех сил несусь к ним словно магогусеница, перепрыгивая кустики, без рук, без ног, если кто заметил. А они дрыхнут как ни в чём не бывало. Джинни, подъём! — закричала не своим голосом.
Джиниус распахнул глаза и резко подскочил вверх, а так как его тоже спеленали, то тут же и рухнул вниз головой и, ударившись, высказал всё и о своей любимой богине разрушения, и о перинах, что завлекли своей мягкостью.
Я слушала, открыв рот, джинн никогда при мне не выражался, а тут… Мой смех разнёсся по округе. И огр с сафиром поддержали меня, выразив свое восхищение переливистым храпом.
— Джинни, сделай что-нибудь, я сейчас сварюсь заживо.
— Эй вы кто? Как вы забрались на поле воздушных перин? Что вы делаете? Малыши ещё не окрепли, они не умеют контролировать свои силы, они же вас задушат.
«Прямо как я», — и моё лицо озарила улыбка. Сейчас нас спасут. Сейчас меня вытащат из этой парилки.