Вопрос был задан явно дежурный. Насколько понял Мазай, в ближайшей округе редко появлялись новички с детскими группами. Об этом говорил и тот факт, что его тут воспринимали, как настоящую диковинку.
– Ну, я, да, – нехотя подтвердил Мазай.
– А как зовут тебя, а то ты даже не представился. Я вот назвал себя. А ты что-то невежливо, – заглядывая в глаза новичку, весело проговорил Сом.
– Мазай…
Громила расхохотался на весь зал. Все повернули голову на короткое время к их столику.
– Это у тебя крёстный с юмором. Красавец! Мазай, ах-ха, насмешил. Ну да ладно. Мужик у меня к тебе деловое предложение.
Мазай поднял бровь, вопросительно смотря на собеседника:
– Какое же?
– Ну, раз это не твои дети, то всё проще. Ты же понимаешь, что ты тут скорее скопытишься? А если и выживешь – в долги влезешь и всё равно не вытянешь. Ты же зелёный ещё.
– Что ты хочешь? – задал логичный вопрос Мазай, желая, чтобы всё это прекратилось как можно скорее.
– О, молодец. Давай к делу. Короче, я с тебя одну проблемку могу снять, – хитро ухмыльнулся Сом, – Деньгами не обидим. Мы тут с парнями не бедные. Собрали много и оперативно. Хотим твою девчонку купить. Сразу говорю, без всяких пошлых мыслей предлагаю...
Мазая как обухом по голове ударили.
– Чего?
– Ну пигалицу продай нам. Ты не думай, мы не извращенцы какие-нибудь. Мы её просто увезём в одно место и продадим дороже. Но там ей жить будет лучше.
– Пансионаты всякие что ли? – Мазай начинал медленно закипать.
– Не, не пансионаты. Получше! Там таких маленьких иммунных девочек воспитывают и учат. Потом, когда они уже становятся совершеннолетними – устраивают их жизнь. За маленькую иммунную они много заплатят. Но ты сам не доедешь – это сто пудов. Зуб даю! А у нас есть все шансы. Соглашайся, мужик. Она нормально жить будет, а ты, если коньки отбросишь, что будет? Ну эти, – лысый кивнул на мальцов, – станут тут на побегушках гонять в стабе, А она что? Пойдёт по рукам, как вырастет? Ты подумай только. Мы тебя от лишней мороки избавляем. Гороха даём много. Тебе столько и за год не настрелять, если ты будешь лотерейщиков класть пачками. Другие столько бабла не дадут. Всё честно. Мы же не беспредельщики и не работорговцы какие. Мы просто тебе платим, а сами обеспечиваем безопасную доставку пигалицы куда надо. Тебе платим за нашу возможность заработать, чтобы не по беспределу. Это подъёмные для тебя и мальцов. А сами получаем награду за доставку девочки в «элитное учебное заведение закрытого типа». Поверь…
Мазай тяжело вздохнул и сжал скулы. Посмотрел на Танюшку. Она затравлено смотрела на лысого. В глазах стояли слезы. Мальцы не шевелясь, открыв рот, смотрели то на рейдера, то на татуированного.
– Нет, – тихо проговорил новичок, стараясь совладать с собой.
– Ну чего ты артачишься? – заторопился громила, – Ты чё, реальную стоимость знаешь? Блин. Ну тогда давай вдвое поднимем цену. Мужик, я тебе говорю – ты столько не заработаешь сам.
Экономист из бугая был никакой. Однако, Мазай понял, что конечная выручка за маленькую иммунную у компании отморозков, в которой тусил этот урод, вышла бы просто запредельная. С соседнего столика он уловил заинтересованный взгляд. Похоже, лысый будет не единственный, кто подкатит к Мазаю с подобным предложением.
– Я сказал – нет. И точка. Она никуда и ни с кем не поедет.
Лысый нагнулся к Мазаю и зло зашептал:
– Слышь, мужик. Ты ж завтра работу побежишь искать. Выйдешь за стаб, отойдёшь на пару кэмэ, и мы тебя привалим ко всем собачьим и привет. А потом купим опекунство и готово. Подпишемся, что повезём её в «интернат» и всё.
Мазай скрипнул зубами и посмотрел в маленькие глазки лысого:
– Пошёл вон!
– Ты чего оборзел? – офигел мужик.
– Я говорю – пошёл вон!
Лысый вдруг резко вскочил на ноги и завопил:
– Ты куда меня послал, зелень? Ты чё? Совсем берега попутал, тварь?
Мазай в последний момент отклонился от удара кулаком в ухо, уходя с линии атаки и выхватывая правой рукой из под себя стул. Он правильно расценил – с таким противником, да при таких габаритах в честный бой лучше и не ввязываться. Деревянный стул с коротким замахом ощутимо ткнулся ножками в живот лысому, и тот на автомате схватился за спинку, стараясь вырвать её из рук Мазая.
Но рейдеру только это и нужно было. Он отпустил импровизированную «палицу» и тут же нанёс с размаху удар носком в пах громиле. Не церемонясь! Маленькие глазки нападающего выпучились так, словно хотели вылезти из орбит. Тело здоровяка обмякло, он выронил стул и потянулся руками между ног. Лицо перекосило от боли. Колени стукнулись о пол. Интересно, половую слабость по причине сильных травм Улей лечит? А с другой стороны зала уже раздался возмущённый рев нескольких пьяных глоток. Оттуда, размахивая стульями, неслись подельники лысого.
– Быстро за стойку! – крикнул Мазай детям, указав на офигевшего Сафьяныча. Андрей без лишних слов сгрёб в охапку мальцов и потолкал в сторону дубовой защиты.
Мазай от души врезал кулаком в челюсть громилы, стоящего перед ним на коленях. Иметь рядом пусть даже половину соперника – не хотелось. Незаконченные дела надо завершать на месте. Лысый повалился на пол. Мазай подхватил стул и встал в угрожающую стойку, подготовив замах. Первого урода он встретил ударом наотмашь, сломав ножку стула о плечо нападающего. И его снесли несколько человек. Рот заполонил вкус крови. Мазай лишь вертелся между атакующими, стараясь наваливаться то на одного, то на другого и не давать бить всем вместе. Он редко отнимал руки от тела и лица, раздавая короткие и ощутимые тычки, рыча от боли и побоев. Главное не упасть под ноги. Просто разобьют голову.
В какой-то момент над всем этим балаганом прозвучал жёсткий и резкий знакомый голос:
– Стоять! Всем разойтись!
Мазай лишь успел увидеть, что это Мерлин. Новичок кинулся к безопаснику, как к спасительному острову. Где-то на периферии зрения он заметил размазанный в воздухе кулак, но даже не успел удивиться странному явлению. Рейдер просто нырнул вперёд и вниз, надеясь, что по нему не попадут. Удар был нанесён с такой скоростью, что всё равно догнал Мазая вскользь, добавив ускорения. Скула разорвалась болью, а мозг – фейерверками. Он просто рухнул на пол. А рядом почему-то упал ментат. Сознание потухло…
– Это не просто залёт, Бурый. Это просто… – и дальше усатый мужик в полувоенной форме с нашивками жёстко выругался.
– А чё я? Вон того мужика я бил, каюсь, – палец долговязого парня в партаках ткнул в сторону пришедшего в себя Мазая, – А он дёрнулся в сторону. И всё – я и попал по Мерлину.
По всему было видно, что татуированый принадлежал к компании Сома.
– О, очнулся! – усатый посмотрел на Мазая с прищуром.
– Вот этот урод и напал на Сома!
Усатый посмотрел на Мазая и представился:
– Меня зовут Локи. Я здесь главный. Отвечаю за безопасность Перевала. Говорят, что ты драку затеял тут.
– Это не дядя Мазай! – вдруг раздался голос Андрея откуда-то позади новичка.
– Ша, мелочь! Тебе слово пока не давали, – отмахнулся от него усатый.
– Это не он, он увернулся от этого мужика лысого. Он его первый ударить хотел. Они хотели Танюшку купить у нас! – всё равно затараторил малец, покраснев от возмущения.
Локи цепко уставился на Сома:
– Это правда?
– Да чё ты шелупони какой-то мелкой веришь? Ты че, обалдел, Локи? Что за порядки? Кто так с уважаемыми сталкерами разговаривает?
– Рот закрой, хохлома! – оборвал Сома усатый, – Какой ты уважаемый? Все знают, чем ты за пределами Перевала занимаешься.
Глава повернулся к Мазаю:
– Ты новичок?
– Да, – кивнул рейдер, прижимая лёд к скуле, заботливо поданный Андреем.
– Получается и правда это не шутки, что кто-то целый выводок ребятни приволок сюда. Эти отморозки хотели втюхнуть тебе горох за девочку?
– Да.
– Ну что ж, мне вся картина ясна.
– Да чё ясна? Ты чего, Локи! – снова завозмущался Бурый.
Рядом с ним стоял Сафьяныч, сжимая в руках дробовик.
Мазай осмотрел бар. В нём остался только он, затем какой-то мужик с нашивкой креста, по-видимому, доктор, несколько человек из компании Сома, Сафьяныч и четыре человека в масках, уверенно стоящих вокруг сидящих полукругом на стульях товарищей Бурого и Сома. Похоже, личная гвардия Локи. Из детей был только Андрей.
– Где дети? – спросил Мазай.
– В подсобке. Незачем им это видеть, – пробурчал глава безопасности стаба и отошёл в сторону. Позади него на полу лежал Мерлин. Нос его был сломан в нескольких местах и представлял себе месиво. Голова как-то странно посинела. Только сейчас Мазай увидел, что Бурый придерживает повреждённую руку, и поразился – это какой же силы должен был быть удар?
– Он с помощью Дара Улья на ускорении хотел тебе вмазать по касательной. А попал прямо в Мерлина. Напрямую со всей дури. Комедия, блин… Тьфу. Тут кровоизлияние и мгновенная смерть. Никакая регенерация Улья не спасает от такого. Ладно. На Мазае вины я не вижу. Некоторые свидетели анонимно подтвердили, что Сом первый напал. А то, что Вы Мазая вчетвером лупили – тоже факт. Так что тут всё ясно. Ты Бурый, оставил Перевал без единственного ментата. Где мне теперь нового искать в такой глуши? Ну и ты знаешь, что у нас полагается за убийство.
– Ты чего, Локи? Да я же нечаянно, – вытаращил глаза Бурый.
– Закон есть закон. Даже если неписаный. Так что по законам Перевала, приговариваю тебя в высшей мере наказания. Барт, сделай.
– Понял.
Долговязый, взбесившись, дёрнулся было вперед со стула, но сзади ему по голове ударили прикладом автомата, после чего расписной упал на пол безвольной куклой. Боец в маске, который сделал это, подозвал напарника, и они оба потащили вырубленного дебошира к выходу.
– Только не на улице кончайте его, – бросил вслед Локи.
– Не беспокойся, шеф, всё будет красиво и без грязи, – снова проговорил зычный голос Барта из-под маски.