— Прости меня, Хейли. Я забываю о том, что ты леди, а с некоторых пор и я сама. Мне неведомо, как общаются леди между собой, о чем можно говорить, а что спрашивать не следует. Ваш мир… он устроен иначе. — Пенелопа сжала мою ладонь и посмотрела прямо в глаза. — Я помню о том, что ты из опального рода, и не могу знать наверняка, правильно ли предположила о сердечной привязанности, но если все так, то не мне спрашивать о сокровенном, потому что реально помочь не смогу ничем. Кто его знает, как королевская семья отнесется к подобному союзу…
Мне нечего было сказать, не сейчас, так точно.
— Хейли, я не толкаю тебя в объятия декана. Если он докучает тебе своими… м-м-м… В общем, я на твоей стороне, и если потребуется, то…
— Стоп! — Меня разобрал смех. Неужели Пени решила, что Райан меня домогается? — Во-первых, век магов намного длиннее, чем у обычных людей, а потому такими предрассудками, как отсутствие отношений до брака, одаренные не страдают. Да, принадлежность к аристократическому роду накладывает некоторые обязательства, но между женихом и невестой допустима интимная связь. И, на мой взгляд, лицемерно делать вид, что в светском обществе между двумя леди нельзя затрагивать подобные темы. Согласись, это настоящее ханжество: делать не стыдно, а говорить об этом зазорно?
— Это риторический вопрос? — Пени улыбнулась. — Мы росли в разной среде. Данная тема у нас не была табу, несмотря на то, что нам с детства прививали светские манеры. Но казаться леди и быть ею — две разные вещи.
— Пени, а мне и светских манер не прививали. Иногда могла заниматься вместе с Беллой, чаще изучала самостоятельно по книгам, но… Если быть до конца откровенной, из меня такая же леди, как из гуся корова.
Пенелопа задорно рассмеялась.
— Вот это сравнение! Значит, мы не сильно отличаемся?
— Отличаемся, — вздохнула, — я, например, об интимной жизни пары знаю лишь по слухам. За нашим столом такое не обсуждали.
— Только не говори, что не в курсе, откуда берутся дети! Не поверю. У тебя глаза хитрые, выдают!
— Не трудно догадаться, откуда, но сложно предположить, что такой процесс может доставить удовольствие. Бр-р.
— Дурочка! — Вот теперь Пенелопа смеялась в голос, не боясь потревожить тишину ночи и привлечь внимание Софи и отца.
— Неправда! Ничего плохого в моем страхе нет. Пени, я понимаю, что в этом лишь вопрос доверия к партнеру. Если я буду трусить, то для меня все будет страшным, постыдным и неприятным, верно?
— Хейли, ты целовалась когда-нибудь?
«Опять она про поцелуи!»
— Да.
— Я тоже, неоднократно. Но только от одной мысли, что губы Ривэна прикоснутся к моим, у меня живот узлом завязывается, а в голове появляется звон. И щеки пылают, хоть спичку подноси! А случись это по-настоящему, не в мечтах, да последнее, о чем я стану думать, так это о страхе! Скорее, сама на него наброшусь, — Пени опять рассмеялась, — м-м-м, прикоснуться к рукам, шее, плечам, пройтись по мужественному торсу… Хейли, ты видела, какой он пресс накачал? И не скажешь, что год назад был щуплым, невзрачным…
Я уже не слушала, о чем говорила подруга, мой внутренний взор рисовал другого мужчину. И хотела я того или нет, но сознание раздевало Райана, в мельчайших подробностях воспроизводило все, что я когда-то видела наяву и во сне. Словно вторя последним словам Пенелопы о торсе, я мысленно проводила руками по тугим мышцам Райана, касалась широких плеч, скользила пальцами по спине…
— Хейли! Хейли, ты меня слушаешь?
Пенелопа нависла надо мной, ее сияющее лицо ясно говорило, что надо мной сейчас будут смеяться или подтрунивать.
— Я ей тут про свои фантазии, а она проецирует их на своего любимого! Так нечестно!
— Жизнь вообще несправедлива. — Я ловко оттолкнула Пени, и она перекатилась ко мне под бок.
— Да уж…
— Пени, ты так рассуждаешь, что мне невольно хочется спросить о твоем первом разе, — выпалила я и тут же добавила: — Если не хочешь, можешь не говорить.
— А не было его, — хмыкнула она. — Мама и тетя в отношении нас придерживались строгого правила: никакой близости с мужчиной, потому что девственность — это все, что я могу подарить мужу.
Вот и какой демон меня за язык тянул? Нашла что спрашивать!
— А ты со своим женихом?
— Нет!
— У меня еще не было настоящего поцелуя, — вдруг призналась она. — Такого, чтоб с чувствами, чтобы кружилась голова и не хватало дыхания! Чтобы мир на кусочки распадался, и существовали только он и я.
— Какие твои годы, Пени! Все еще будет!
Мы вздрогнули и, не сговариваясь, мигом натянули на головы одеяло. Кто бы мог подумать, что сюда зайдет матушка! Да еще без стука. Стыдно-то как!
— Трещотки вы мои, — Софи приблизилась к кровати и осторожно присела на край, убрала одеяло, с минуту полюбовалась нашими пунцовыми лицами и вздохнула. — Любовь прекрасна, девочки, не дарите себя без чувств.
Матушка ласково погладила нас обеих по голове, а затем звонко поцеловала каждую в щеку.
— Спите, милые, спите!
Райан Валруа
— Хейли! Хейли!
— Мы будем сражаться!
— Ты это слышал?! — Дракон высунул наглую морду из-под плаща и тут же был запихан мной обратно.
— Я пока еще не глухой. Впрочем, такими темпами скоро оглохну.
— Богиня Сияющая осенила своей милостью дочь рода Сизери! Ее устами глаголет истина! — глашатай его величества подбадривал толпу на площади. — Слушайте же все! Слушайте!
— Райан, ты прости меня, конечно, но твой отец сдурел. — Дракон пробрался к моей шее и оставил языком мокрую дорожку на коже. Меня передернуло от отвращения. — Он пытается сделать из Хейли народное достояние.
— И у него отлично получается. — Мне приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы заглушить стихию, возмущавшуюся вместе со мной. — Пошли отсюда. Очередной город, очередное послание, в котором не меняется ни строчки. Король призывает воевать и захватывать соседние государства под знаменем рода Сизери и якобы с благословения богини.
— Меня больше порадовала новость о том, что Хейли стала нареченной Мэтта, — фыркнул Коша. — Пойдем, нам еще нужно подготовить проникновение в академию. Сегодня будет удачный момент.
— Асгар?
— Верно. Ночью на Хейли нападут. Ректор лично будет курировать бой, в то время пока остальные деканы перенесутся к Софи. Правда, останется декан Ронг, но он не помеха.
— Помеха — это леди Меган, — хмыкнул я, ныряя в портал и перемещая нас в Четвертое Королевство.
Вот уже месяц мы находимся здесь, готовясь к свадебной церемонии Риалы Лонтерли и лже-Элдрона.
За это время я выяснил слишком многое, чтобы даровать королю Первого Королевства прощение и жизнь. Человек, отчаянно желающий власти над всем миром, силы Утратившего и жертвующий счастьем своих детей, не может рассчитывать ни на что, кроме легкой смерти. Впрочем, пока он мне необходим.
— Фух, наконец-то дома. — Наглый дракон спрыгнул с рук и поспешил к своей лежанке. Я уже здесь прятался в неприметной комнате в бедном квартале, когда планировал спасение принцессы и возлюбленной брата.
Забавно, во время штурма дворца сильнее пострадали именно кварталы зажиточных горожан и аристократов.
— И как у тебя язык поворачивается назвать это место домом?
— Не язви, мне нужно подумать, дай лучше мяса.
— Обжора!
— И сам поешь!
— Да, мамочка!
У нас был небольшой запас вяленого мяса и воды. И пусть я ворчал на Кошу, но в том, что он незаменимый помощник, убедился уже неоднократно. Пока дракон глотал куски мяса, я пил воду. Увы, что касается провизии, я не был хозяйственным. Всегда находились дела, которые требовалось выполнить. К тому же наши упражнения с Кошей принесли неожиданные плоды. Я мог направить рвущуюся наружу стихию на восполнение необходимых организму веществ и более трех суток не питаться ничем, кроме воды. И пусть Дрейк возмущался по этому поводу, но для него у меня всегда была еда.
Дрейк Рассветный… Коша… Я привязался к этому чуду и сам боялся себе в этом признаться. Потому что он — не мой страж. Потому что я — не тот, с кем можно водить дружбу. Каждый день Велиар и жрецы совершают нападки на мое сознание, силясь то ли подчинить, то ли приручить. Пока подыгрываю им, отдавая те приказы, которые им необходимы, чтобы усыпить бдительность, чтобы заставить поверить, что я так же слаб, как и предыдущие, однако…
Скоро, очень скоро в Четвертое стекутся все приспешники Безымянного. Прибудут и те, кого отец сделал жрецами и жрицами. Вот для чего вербуется народ. И помешать, увы, я пока не в силах.
— Прекрати!
— Что?
— Прекрати думать об этом. Ты изводишь себя. Если не ты, то это бремя возьмет Хейли.
Я вздрогнул и прикрыл веки.
Не такой участи я бы пожелал той, что единолично владеет моими мыслями и сердцем.
— Альгар поставил защиту «Пять Звезд», сделав привязкой свои жизненные силы.
— Чтоб его! — выругался я.
Любое вторжение в его альма-матер он заметит сразу, где бы ни находился. А каждый удар, что я нанесу, отнимет у него часть жизни или убьет.
— Не паникуй. Мы найдем брешь, чтобы не навредить твоему наставнику. — Коша состроил умильную мордочку. — Выход есть, Рай, и мы его найдем.
— Предлагаешь воспользоваться личиной Айна?
— Нельзя, — покачал головой дракон, — ни личину, ни прямое вторжение. Хитростью и уловкой, так, чтобы не сразу заметили пропажу.
— Нам нужна брешь. — Я опустился на кровать. — Это или преподаватель, который вдруг решит ночью прогуляться за пределы академии, или…
— Или древний артефакт. — Асгар проявился рядом с Кошей. — Клинок рода Сизери.
— Поясни, пожалуйста.
— Трое суток артефакт, оставленный в академии, мерцает. Ты должен понимать, что это означает.
— Он принял хозяйку. Сегодня в бою, при условии усталого состояния Хейли, а, следовательно, и ее нестабильности в эмоциональном фоне, он проявится в ее руках!
— Верно. Альгар снимет защиту. Артефакту потребуется две телепортации — за ворота академии и уже непосредственно к Хейли.