– Да послушайте, вам опасно туда идти. У Литара с головой не в порядке, и им командует человек, который застрелил Хадда. И он держит Хильди и Йинена в плену. Они вон там, в той комнате с решетками. Посмотрите.
Поскольку вокруг было мало народа, Митт рискнул указать Навису на их окна. Однако тот не соизволил туда посмотреть. Он шел вперед, удивляясь, зачем этот юный убийца пытается навешать ему лапшу на уши, и совершенно не замечая Митта.
– Отец не слушает! – воскликнула Хильди, прижав голову к решетке. – Как это на него похоже!
– Может, он только притворяется, что не слушает, потому что так безопаснее, – с надеждой предположил Йинен.
Митт тоже на это надеялся.
– Меня послали Хильди и Йинен, – объяснил он, уверенный, что уж этим-то убедит Нависа.
Но тот упрямо прошел в главную дверь особняка в большую каменную комнату, так и не услышав Митта. Здесь оказалось полно народа. Митт застыл на пороге, не зная, можно ли ему идти следом. В основном это были островитяне, и в комнате звучали их мелодичные голоса. Митт решил, что там достаточно безопасно, и бросился за Нависом, чтобы сделать еще одну попытку.
– Пожалуйста, выйдите отсюда! – сказал он, подныривая Навису под руку. – Они продадут вас Харлу, чтобы он вас убил. Честно.
Навис посмотрел на кого-то, кто стоял за Миттом, и громко сказал:
– Прошу вас увести этого неприятного ребенка!
Митт ощутил в толпе какое-то движение и приготовился бежать.
– Неужели вы не можете меня выслушать, осел упрямый! – воскликнул он.
– Закрой свой поганый рот! – закричал Навис. – Стража! Уберите его, немедленно!
Митт повернулся и бросился бежать. Однако стража оказалась ближе, чем он думал. Два рослых здоровяка немедленно схватили его. Тут Митт вышел из себя. Он лягался, вырывался и адресовал Навису немало слов, выученных на берегу.
– О, опять он тут! – сказал Ал за спиной у Митта. – Не беспокойтесь, сударь. Я им займусь.
Наверху, в зарешеченной детской, Хильди и Йинен мучительно ждали. Долгое время они были уверены, что, как бы ни закончилась встреча Митта с их отцом, мальчик вот-вот вернется и отопрет детскую. Они глубоко верили в его находчивость. Но когда пришедшие островитянки принесли им обед на двоих, даже Йинен потерял надежду.
– По-моему, Митт и не пытался ничего объяснить отцу, – гневно заявила Хильди. – А теперь он просто о нас забыл. Люди все одинаковые!
– Я не думаю, чтобы он мог о нас забыть, – возразил Йинен.
– Нет, мог! Ему представилась прекрасная возможность убежать одному, и он ею воспользовался! – сказала Хильди.
– Мне казалось, он считает, что должен… – неловко начал Йинен.
– Ничего подобного он не считает! – бросила Хильди. – Единственное, о чем он думает, – это будто мы задолжали ему за то, что его жизнь в Холанде была такая гадкая.
Это было так похоже на то, что говорил сам Митт, что Йинен больше не мог спорить.
Спустя долгие часы они пытались играть в «угадай, что я вижу». Хильди была настолько расстроена, что даже не могла сосредоточиться.
– Я сдаюсь, – сказала она. – В этой комнате нет ничего, что начинается с «о».
– Окно, – уныло отозвался Йинен.
В эту минуту открылась дверь и в детскую шаркающей походкой вошел Литар. Хильди этого не заметила.
– Откуда мне было знать, что ты задумал такое тупое слово! – огрызнулась она, не сдерживая раздражения.
Потрясенный Литар воззрился на нее.
– Хм, по-моему, я не хочу на тебе жениться, – заметил он.
– А я тоже! – парировала Хильди. – Мне даже смотреть на вас противно!
Литар обиженно повернулся к Алу, который вошел следом. Позади Ала шли два рослых охранника, удерживавшие Нависа.
– Ну, Ал, – прохныкал Литар, – мне ведь необязательно на ней жениться, правда? Она не женственная.
Ал со смехом похлопал его по плечу.
– Ну вот, Хильдрида. Ты только что выслушала первый комплимент, – заметил Навис. – Возможно, и последний.
– Где Митт? – спросил Йинен у Ала.
Тот со смехом пожал плечами.
– Вы ведь знаете, да? – не успокаивался мальчик. – Вы его убили?
Ал продолжал смеяться.
– Поздоровайтесь с папой, как хороший мальчик.
– Не стану, пока не скажу тебе, какое ты гадкое животное! – воскликнул Йинен.
– Он тоже плохой! – пожаловался Литар. – Давай уйдем.
– После вас, – отозвался Ал, и все снова ушли из детской, оставив Нависа стоять у запертой двери.
Хильди с Йиненом посмотрели на отца. Он был усталый, грязный и подавленный. Хильди стало его жаль. Она была почти уверена в том, что рада его видеть. Девочка двинулась было к отцу, чтобы сказать ему об этом, но все-таки не решилась и остановилась. А потом как-то так получилось, что она бездумно бросилась к нему и повисла у него на шее. В первое мгновение Навис растерялся. Хильди вдруг почувствовала, что ее обнимают, отрывают от пола и кружат, а отец выглядит одновременно радостнее и печальнее, чем когда бы то ни было. К Навису робко подошел Йинен, и тот обнял и его тоже, так что они втроем прижались друг к другу.
– Кто вас предупредил, что нужно бежать? – спросил Навис. – И как вы справились во время того жуткого шторма?
– Никто. Это вышло случайно. И нам помогали Митт, и Либби Бражка, и Старина Аммет, – ответили они и начали рассказывать о своих приключениях на «Дороге ветров».
Вскоре Навис отпустил их и сел слушать, прижимая к уголкам глаз пальцы, словно у него болела голова. Они заметили, что он хмурится и прижимает пальцы крепче всякий раз, когда они упоминали об Але и Митте.
– Почему ты сюда пришел? – наконец опомнился Йинен. – Ал… работал на тебя? Я видел, как ты разговаривал с ним в Холанде.
Навис с удивлением посмотрел на Йинена.
– Разумеется, нет. Наверное, ты видел его тогда, когда он пришел с предложением открыть мне – за большие деньги, конечно, – заговор против графа. Ты не представляешь себе, как часто мне такое предлагали, – добавил Навис уныло. – Я нашел Ала крайне неприятным типом. Но я упомянул об этом в разговоре с Харчадом, а Харчад по иронии судьбы рассказал мне, что он отправил на Святые острова агента, чтобы тот держал Литара в руках – на случай нападения Севера. Если бы я знал, что это тот самый Ал, я бы здесь не появился. Но тут есть корабли. Я был готов хорошо заплатить за то, чтобы меня доставили на Север. А еще я надеялся узнать что-нибудь о вас двоих. Но похоже, Ал решил, что Харл заплатит за нас больше, чем я – за корабль. Конечно, он не просчитался. Поэтому нас продают Холанду.
Наступило мучительное молчание.
– А дядя Харл не отпустит нас, если мы все дадим подписку, что не хотим быть графами? – спросила Хильди.
Навис покачал головой, с силой зажав переносицу.
– Он мне не доверяет. Никогда не доверял. И потом, я пнул его в живот, когда он пришел меня арестовать. Это так его разозлило, что он лично отправился в охоту за мной на Флейт, несмотря на то что была буря. Он чуть не наступил на меня, когда я прятался в канаве.
Йинен рассмеялся, хоть и понимал, что отец не шутит.
– Но разве Митт не пытался тебя предостеречь?
Навис наморщил лоб.
– Если Митт – это тот мальчишка, который хотел устроить взрыв во время Морского фестиваля, то да, пытался. Я подумал, что он лжет и позвал стражников, чтобы его увели. Это еще одна моя ошибка?
– Да, – подтвердил Йинен.
– Ты же не знал, – утешила его Хильди. – Я тоже не доверяю Митту. У него в голове страшная путаница. Но если Ал его убил, то я попрошу Старину Аммета и Либби Бражку отомстить этому гадкому человеку.
– Искренне надеюсь, что они услышат тебя, – сказал Навис.
Но когда примерно за час до заката Ал пришел в детскую в сопровождении нескольких самых рослых стражников, он был таким же здоровым и беззаботным, как раньше, и еще более довольным собой.
– Ну, поднимайтесь, сударь, – велел он. – И вы, хозяин. Бенс выполнил то маленькое поручение, которое я ему дал. Старый «Пшеничный сноп» готов, отлив вот-вот начнется – и мы опять отправляемся в плавание.
Навис медленно поднялся на ноги.
– Вы хотите сказать, что везете нас обратно в Холанд?
– Быстро же он соображает, ваш папка, – усмехнулся Ал, обращаясь к Хильди. – Это так, сударь. Мы везем вас и мальчика, а девочку оставляем здесь.
– Почему вы оставляете мою дочь? – спросил Навис.
Ал посмотрел на Хильди. Той захотелось ударить его, завизжать и устроить как можно больше шума, но ей казалось, что она не должна это делать, раз отец держится так спокойно.
– Будьте же благоразумны, сударь, – заметил Ал. – Она помолвлена с Литаром. У нас есть о чем поторговаться. Сумма, которую предлагает Харл, должна увеличиться, и намного, как раз из-за вашей дочери. А если он не предложит нам достаточно много, то может получиться так, что мы вернемся с вами сюда через денек-другой. Так что надейтесь на лучшее.
– О, так тут есть лучшее? – удивился Навис.
– Для некоторых из нас, – жизнерадостно подтвердил Ал. – А теперь потрудитесь пройти с нами.
Они напряженно попрощались. Никому из них не хотелось в присутствии Ала говорить о чем-то важном. Нависа и Йинена увели стражники. Хильди осталась стоять в центре комнаты, сжав руки в бесполезные кулаки и глядя, как за ними закрывается дверь. Она была твердо намерена не плакать, пока не останется одна.
Дверь снова открылась, и в нее заглянул Ал.
– Кстати, дамочка, – бросил он, – что-то говорит мне, что в пути с Литаром может случиться небольшая неприятность. Он ведь поплывет с нами, знаете ли. Тогда на Святых островах появится новый лорд, за которого вам можно будет выйти замуж.
Хильди посмотрела на ухмыляющееся лицо в двери и так разозлилась, что ее затрясло.
– Если вы имеете в виду себя, – прорычала она, – то готова биться об заклад – у вас уже есть не меньше двух жен.
С лица Ала сбежало всякое выражение.
– Кто-то рассказал тебе обо мне, да?
– Нет, – ответила Хильди. – Я просто знаю.