Он добавил, что ей необязательно ехать: она может пожить у Темарис, подождать его пару декан, но Айнери ни за что не оставила бы его теперь, так что границу пересекли оба. И, седлая лошадь этим утром, девушка обнаружила, что все ее вещи аккуратно разложены по вьюкам, хотя сама она намеревалась взять с собой лишь одну сумку, а прочее оставить у Темарис. «Мы что, уезжаем насовсем?» – хотела спросить она… и не спросила, хотя свои вещи Йорэн тоже явно уложил, да и матери, кажется, не сказал, куда собрался. Словом, отъезд уж очень походил на бегство, но Айнери решила не торопить события и принимать то, что посылает новый день. «Сначала Хаммар, теперь Сехавия, так и весь мир объеду, – размышляла она. – Если Йорэн все же решит последовать совету матери, надо предложить ему уехать в Бьёрлунд. Хотя в Хаммаре теплее и безопаснее, туда война точно не доберется».
Местность вокруг мало чем отличалась от той, что они проезжали в Арденне под Фреденом. Те же луга, кусты, небольшие рощи. Пару раз попадались и болота, а вот лесов не было и в помине. Открытая, просторная, непривычная страна. «Неужели им тут и правда тесно?» – задумалась Айнери. Как бы там ни было, а Дан точно пребывал в полном собачьем восторге: новая земля, новые запахи, столько всего нужно осмотреть и обнюхать! Большую часть пути он носился где-то вдалеке, мелькая красным всполохом на бурой, едва присыпанной снегом земле, и лишь изредка возвращался к хозяевам. Они уже дважды ночевали в трактирах: необычно оказалось встретить их посреди степи, да и особо роскошными их точно не назовешь, но горячий ужин и ночлег в холодную пору дорогого стоили.
– Нам повезло, Айдер сейчас в Хинае, всего в нескольких днях пути от Фредена, – заговорил Йорэн. – В другое время пришлось бы ехать через полстраны или еще дальше.
– Твой двоюродный брат? Почему? Он у кого-то гостит? – заинтересовалась Айнери.
– Большинство сехавийцев не живут на одном месте. Сухая земля степей быстро истощается. Приходится поочередно использовать поля под пашню и пастбища. Когда-то не у всех хватало земли на то и другое одновременно, кроме того, кто-то предпочитал заниматься только скотоводством, а кто-то был хорош в земледелии, вот и стали кочевать. Почти каждый дом в Сехавии принадлежит нескольким семьям, и они пользуются ими по очереди, переезжая каждые два года по определенным маршрутам.
– Как так? А мебель и прочая утварь тоже общая? Не все же с собой возить. А если другая семья что-то сломает или вообще дом спалит?
– Сломает – значит, починит. Они ведь не просто гости, это и их дом тоже, отчасти это их вещи. Ты тоже можешь разбить тарелку, купленную братом, да и дом случайно поджечь, доставив неприятностей всей семье; ссоры, конечно, бывают, но все решаемо. Когда живешь так с самого детства, это не кажется странным. Большинство кочевников не любят роскошь. Вещи нужны для дела, а не для красоты, они должны быть простыми, чтобы в твое отсутствие никто их не украл, а если сломают, было бы легко заменить. Конечно, никто не хочет оставлять хрустальный кубок в пользование другим людям на несколько лет, потому местные такой себе и не купят. А если купят, то один, чтобы возить с собой. Даже у зажиточных сехавийцев немного дорогих вещей, а украшений ровно столько, чтобы можно было носить одновременно, или чуть больше. Конечно, в большинстве домов у каждой семьи под личные вещи есть отдельный сундук, который закрывают от остальных, иногда и не один, но много туда не поместится. Под замок кладут лишь самое любимое и ценное, и в итоге здесь вещи целой семьи занимают столько же места, сколько вещи одного человека в Виарене.
Ошеломленная Айнери не нашлась с ответом. Йорэн лукаво прищурился, явно забавляясь ее изумлением, и продолжил:
– Впрочем, не все сехавийцы земледельцы и скотоводы, есть и ремесленники, и торговцы, им переезжать особо ни к чему. Так что кочуют жители деревень, а в городах живут примерно как в Виарене. Только городов в Сехавии куда меньше. Вот и моя родня из кочующих.
– То есть ты виделся с ними нечасто? Сколько времени они в Хинае проводят?
– На их маршруте четыре поселения. Два года они тут, а шесть – нет. Это еще повезло, на других маршрутах поселений больше, на самом длинном аж восемь.
– Так ты же их почти не знаешь! – изумилась Айнери. – Сколько тебе было, когда ты уехал в Виарен? За это время твоя родня поблизости от Фредена была всего-то года четыре, и я не думаю, что ты часто у них гостил.
– Ты права, дядю и деда с бабкой по линии матери я редко видел, а вот с Айдером другая история. Всех сехавийцев-кочевников с десяти лет отправляют в особые отряды, эшлары, где взрослые воины под присмотром учат их выживать самостоятельно. Охотиться, костры разводить, спать в походных шатрах, лошадей объезжать… впрочем, на лошадь местные садятся куда раньше. А позже и военному делу обучают. Маневры, поединки, скачки. Отец решил, что мне это полезно, мать и устроила это через свою родню. Айдер, как тут и принято, в этом отряде провел восемь лет, ну а я только четыре года: отец решил, что мне хватит, остальному сам научит. Но подружиться мы успели.
– Но ведь тогда выходит, что все сехавийцы – воины. Восемь лет в обучении с самого детства! Как же с ними сражаться? Что Арденна противопоставит этому? – Айнери стало неуютно. Выходит, и Винде с пусть и недолгим, но обучением в Академии Воинского Искусства против местных мало чего стоит. А сам Йорэн? Опыта и умений у него вроде как хватает, но выдержит ли он, случись война?
Йорэн, видимо, уловил ее растерянность, так как придержал коня и успокаивающе погладил по руке.
– Ну, допустим, воины тут не все, только кочевники. Горожане детей в отряды отправляют только по собственному желанию, и это случается нечасто. Еще в Арденне в целом жителей больше, и это уже сокращает разрыв. Да и дело ведь совсем не в количестве. Ты же сама видишь, начинать войну сехавийцы не спешат. Это в грабежах и набегах на беззащитные деревни они хороши. Еще неплохи в защите, на сехавийцев нападать на их земле – все равно что за ветром гоняться, даже каменные свои города они при необходимости оставят, рассеются повсюду и нигде. Но вот к серьезному нападению на Арденну они вряд ли готовы. Пусть у нас воинов меньше, но они лучше обучены и лучше вооружены, да и дисциплина куда крепче. Среди арденнского войска есть рыцари в тяжелых доспехах, как пешие, так и конные, и не сехавийским легким всадникам с ними тягаться. Ядовитые стрелы бессильны против стальных лат. Но главное, многие арденнские города – мощные крепости, их не взять числом и даже умением, нужны осадные орудия, а у Сехавии подобного никогда не было. Ну а на долгую осаду им терпения не хватит. Значительная часть их воинов, особенно те, кто так жаждет войны, – горячие юнцы, им нужна быстрая победа, скорый успех. Они хотят все и сразу. Сезонами штаны просиживать вокруг города не станут, бросятся на стены, там и полягут. Поверь, Арденна сможет за себя постоять, сейчас главное, чтобы на престоле Виарена был порядок. Пока идет борьба за власть – не до сехавийцев, вот те и чувствуют себя безнаказанными.
Он говорил хорошо, убедительно, вот только Айнери не покидало ощущение, что убедить он пытается прежде всего не ее, а себя.
Уже на третий день пути луга сменились возделанными полями, появились и жилые дома – глиняные постройки в один-два этажа, на приличном расстоянии друг от друга. Ближайшие дома стояли почти у дороги, остальные были беспорядочно разбросаны до самого горизонта.
– Это и есть Хинай, – пояснил Йорэн. – Не удивляйся, почти вся земля в Сехавии обрабатывается, так что поселения порой тянутся на огромные расстояния. До родного дома моей матери еще пара дней пути, но мы уже в ее деревне, а ведь она вовсе не самая большая.
– Разве это деревня? – поразилась Айнери. – Каждый что, строил дом где хотел? Разве так делают?
– Это не Арденна, привыкай. Другая страна, другие обычаи. Но и там, и здесь живут люди, а с людьми возможно договориться. Во всяком случае, в это хочется верить, – чуть тише добавил он и тяжело вздохнул.
В тот день трактиров на пути не попалось, так что ближе к ночи они постучались в один из домов у дороги. Хозяева пустили их, что неудивительно – Йорэн предложил щедрую оплату, – но Айнери не могла отделаться от чувства, что ей здесь не очень рады.
Ужин тем не менее был сытным и вкусным, одежда хозяев добротной и даже красивой. А вот мебель привела Айнери в полное недоумение: плетеные стулья, соломенные тюфяки вместо кроватей (застеленные, правда, пушистыми шкурами и цветными лоскутными одеялами), а стол – кусок толстой выделанной кожи, натянутой на легкий каркас, с брусками-ножками. Сначала Айнери решила – это потому, что мебель принадлежит нескольким семьям, но даже в этом случае можно было сделать ее прочнее и надежнее. И лишь позже она сообразила: неважно, какой у этой семьи достаток, покупают ли они вещь лишь для себя или не только. Просто в Сехавии слишком мало деревьев, и древесина слишком ценна, чтобы делать из нее мебель для каждого дома. Подходящих для строительства камней, видимо, тоже не так много, раз дома строят из глины.
На следующий день, ближе к вечеру, Йорэн съехал с основного тракта и указал на один из домов вдали – туда, мол.
На стук вышел молодой сехавиец, на вид примерно ровесник Йорэна, чуть ниже ростом, но не менее крепкий, с длинными, убранными в замысловатую прическу черными волосами. На его лице отразилось удивление, тут же сменившееся широкой улыбкой.
Из дома его окликнули на сехавийском, парень, не оборачиваясь, что-то ответил, но тут же без особых усилий перешел на арденнский, обращаясь уже к Йорэну:
– Прямой дороги тебе, братишка! Вот неожиданность! С чего вдруг решил нагрянуть?
Он в один шаг соскочил с крыльца, крепко схватил протянутую ладонь и хлопнул гостя по плечу.
– Привет и тебе, Айдер. Заезжал к отцу, решил и вас проведать, – улыбнулся Йорэн, отвечая на рукопожатие.
– Ну раз так, идем!
Руку он не убрал, ведя гостя к двери, но тут же резко толкнул его назад, подставив ногу под сгиб колена. Йорэн упал, но не рухнул мешком, а опустился, утянув Айдера за собой, и, как-то незаметно переместившись, оказался сверху. Впрочем, противник в долгу не остался и, ловко вывернувшись, оказался у Йорэна за спиной, крепко захватив его шею. Айнери нахмурилась, удерживая Дана за ошейник, не понимая, игра это или нет. Да, эти двое – родня, но не стоит забывать, что это другая страна, которая, вполне возможно, готовится напасть на Арденну уже всерьез.