– Мне известна эта баллада, – не выдержал Риолен. – Да все в Арденне ее знают чуть ли не с колыбели. Но ты же не хочешь сказать, что и впрямь веришь, будто Артан основал столицу в стороне от родных земель лишь из-за того, что там жила его возлюбленная?
– Ну а как же? Он ведь не зря назвал столицу в ее честь. – Виконт Барли как-то умудрялся обгладывать уже вторую с начала разговора гусиную ногу, не забывать прикладываться к кружке с пивом, тоже уже не первой, но при этом ни на миг не затыкаться. – Я знал множество храбрых рыцарей и даже графов с герцогами, что вели себя в обществе гордо и надменно, но дома жены крутили ими как хотели. Хорошо хоть я не из таких. Хоть и люблю свою Арну, да и кто бы не любил такую красавицу, но попробовала бы мне она хоть слово поперек сказать, живо оказалась бы на улице. Вот однажды, помню…
– Верю-верю, – прервал его Риолен. – Ты настоящий хозяин в доме, не то что тряпка-Артан. Прости, что перебиваю, но я вызвался в эту поездку не для того, чтобы и тут слушать про семейные дрязги. Что там насчет Гаэльтрана?
– О, понимаю. С радостью рассказал бы про ратные подвиги, но кто ж виноват, что в такое мирное время живем! Впрочем, в Лиобате с этим небось еще хуже. Здесь, по крайней мере, турниры бывают. А на охоту хоть ездишь? Вот я, помню, собрался как-то на медведя, свиту, конечно, взял, собак. У меня, знаешь, какие собаки!..
Риолен прокашлялся.
– Ну да, да. О чем я говорил-то?
– Что-то про союз Гаэльтрана с Лиобатом.
– Точно! Ну так я и говорю, здесь Илаан есть, древний и уважаемый род, потомки самих гаэльтов, племени Артана. Веками они жаждали справедливости, хотели править страной, как им и полагалось. Часть других родов поддерживала их давно. Не одно поколение потребовалось на то, чтобы подкупить, убедить или постепенно извести остальных. И вот наконец власть перешла к Фатреду[26], а ваш тупица-Виллард этого даже не заметил. Его сынок оказался и того бестолковее, даже лошадников приструнить не смог.
Король сжал кулаки.
– Не забывайся, Барли, – процедил он. – Я-то, в отличие от тебя, верный подданный Риолена, и такие речи побуждают меня взяться за меч.
Эорни перестал жевать. Выглядел он по-прежнему спокойным, но ощутимо напрягся, готовый в любой миг вступить в бой.
– При всем уважении, манейр, – нисколько не смутился собеседник, – если ты на миг отбросишь эмоции, то сам поймешь, что мальчишка на троне Арденны слаб и недальновиден, как и его предшественники. И это никак не изменится, даже если ты в гневе воткнешь в меня клинок. Хотя, если честно, сомневаюсь, что тебе это удастся. Я буквально родился с мечом в руках. Вот, к примеру, на прошлой декане по дороге домой наткнулся на двух грабителей. Один чудом унес ноги лишь потому, что я был пьян. Впрочем, – виконт примирительно поднял руки, – ты мне нравишься, Лард, и я не хочу тебя обижать. Приношу свои извинения, что отозвался о твоем короле грубее, чем следовало, но по сути я ведь все сказал верно. Род Илаан прибирал к рукам власть в Гаэльтране лет этак сотню тому назад, в то время как в Виарене никто даже не смотрел в нашу сторону. А сейчас Риолену и вовсе не до нас, так что самое время заявить о своей независимости.
– Ты говоришь так, будто это уже решенный вопрос. – Каких усилий Риолену стоило удержать голос ровным, знала, наверное, только Кириат, Хозяйка Судеб. Эорни легко прикоснулся к нему под столом – то ли успокаивал, то ли поддерживал.
– Так и есть. Мы уже не принадлежим Арденне. Два сезона не платили ей налоги, и нам ничего за это не было. Осталось лишь объявить об этом вслух, но будет лучше, если при этом нас поддержат еще провинции. Присоединятся к нам, настоящей стране Артана, оставят этот никчемный Ротарен, который без нашей поддержки все равно скоро загнется. Король Гаэльтрана предложил это наместнику Лиобата. Но тот осторожен почти до трусости, сказал, ему надо подумать. Что ж, я полагаю, толпа лошадников у границ напугает его достаточно, чтобы он принял верное решение. От Виарена ведь помощи не дождешься, ему самому бы выстоять в этой войне.
– А Гаэльтрану, значит, остановить лошадников ничего не стоит? – Риолен даже не пытался скрыть издевку.
Виконт снова хохотнул.
– В том нет нужды. Они ведь сражаются с Арденной, так при чем здесь мы? В первую очередь они хотят вернуть свои исконные земли, к которым Гаэльтран никогда не относился. Если это удастся, то могут попытаться дойти до Виарена, обиравшего их не один век. А с нами им делить нечего. Когда они подойдут, наш король заключит с ними договор, пообещает не вмешиваться. Уверен, лошадникам этого хватит. С Арденной им и так будет сладить нелегко, к чему же лишнее кровопролитие? Если у наместника Лиобата осталась хоть капля разума, он присоединится к нам и нашему с Сехавией мирному договору. Вот почему мне бы так хотелось, чтобы лошадники добрались сюда побыстрее. Хоть и жаль немного, что не удастся мечом помахать. Видели бы вы меня на прошлогоднем турнире, я уступил лишь рыцарю Агару, известному на всю страну!..
– Никогда о таком не слышал.
– Неудивительно, ведь ты не из Гаэльтрана. Я говорю про известность в моей стране, а не в Арденне. Так вот, уверен, я и с ним бы справился, не окажись я прямо против солнца. Я удар пропустил, когда оно сверкнуло мне в глаза, внезапно выйдя из-за туч. А уж лошадников бы я точно проучил. Раз и навсегда зареклись бы сюда соваться. Вы уж, манейры, не откажите в просьбе, поезжайте обратно тем же путем и, как будете снова здесь, расскажите, как там дела на границе.
– Обещать не буду, но постараюсь. – Король дожевал последний кусок мяса, взглянул на давно пустую тарелку тейнара и поднялся. – Нам пора, виконт Барли.
– Ну что вы! Куда так рано! Вы ж не рассказали еще, как там жизнь в Лиобате. Умоляю, еще хоть по кружечке пива. Вы мои гости, я угощаю!
– Прошу простить, но мы и впрямь спешим. Приятно было побеседовать.
Риолен коротко кивнул, тейнар мгновеньем спустя повторил этот жест, и оба стремительно покинули общий зал.
Риолен почти вбежал в комнату, запнулся о кровать, но устоял, вцепившись в спинку. Так и замер, сжимая дерево до скрипа.
– Выдохни пока, – сказал за спиной Эорни. – Ты сделал все правильно, ничем себя не выдал, но сейчас тебе нужна холодная голова и крепкие крылья.
– Какой кошмар! – пробормотал Риолен. Он с трудом отпустил деревяшку и присел на кровать – ноги не держали.
– Подобного стоило ожидать, – пожал плечами Эорни, садясь напротив. – На этот счет я уже все сказал.
– Хорошо хоть мне хватило ума не соваться в ратушу. Они сняли герб Арденны со стены, он должен быть над гербом провинции. И то же самое с флагом: я увидел только гаэльтранский, ну сразу и почувствовал, что-то не то. С виконтом этим опять же повезло, хоть я никогда и не думал, что буду рад пообщаться со столь неприятным типом.
– И что теперь?
– Ну а что тут можно сделать? Найдем любую повозку, что собирается в нужную нам сторону, как ты и предлагал, чем проще и незаметнее, тем лучше. Доберемся хотя бы до ближайшего города. Там, вероятно, поступим так же.
– А что со здешним самозваным королем?
– Давай сначала до Виарена доберемся, а там уже решу.
– Звучит разумно.
– Тогда в дорогу.
До Ротарена добрались благополучно. Дорога заняла достаточно времени, пусть Риолен и Эорни спешили как могли. Денег на лошадей у них не было – все оставшееся уходило на еду, потому пристраивались к обозам, напрашивались в попутчики к селянам с телегами или небогатым горожанам. Едва они пересекли границу Ротарена, Риолен был и вовсе готов забыть про отдых и сон, лишь бы поскорее добраться до столицы. Еще наследным принцем он объездил всю провинцию и мелкие городки и лесочки помнил не потому, что «здесь делают лучшую глиняную посуду на северо-западе страны» или «в этом лесу произрастают особо ценные породы деревьев», а как «место, куда на каждый праздник Смены Сезонов приезжают цирковые артисты» или «тут на опушке мы загнали отличного оленя». Эорни снисходительно выслушал все это и уже на подходе к городу хладнокровно проговорил:
– А про даэнов истории у тебя есть?
– При чем тут даэны? – растерялся Риолен. – Ну… да, вообще-то, я долго уговаривал горожан принять их и разрешить им беспрепятственно посещать Виарен для торговли.
– Тогда, думаю, все получилось, – тейнар показал вперед.
Уже хорошо видимый отсюда Виарен кольцом опоясывала каменная полоса, вокруг которой суетились невысокие фигурки. Чем ближе подходили Риолен и Эорни, тем яснее становилось, что даэны заняты строительством толстой, почти монолитной стены. Под их умелыми руками она быстро росла ввысь и вширь; у предназначенных для ворот проемов лежали заготовленные тяжелые доски и брусья.
«Что за стена, зачем она? – недоумевал Риолен. – По чьему распоряжению, Ирмалены или Измиера? Они так уверены, что это поможет при атаке сехавийцев?»
Стражник у городских ворот заступил им дорогу, мазнул взглядом по лицам, явно не всматриваясь.
– Зачем пожаловали в Виарен?
Риолен присмотрелся: городская стража, форма не потрепанная, значит, из новеньких, вряд ли знает его в лицо.
– Позови своего старшего, – потребовал он. И что-то, видно, было в его голосе или лице такое, что скучающее выражение сползло с лица стражника, и он, подхватившись, побежал в наспех сооруженную караулку.
Вскоре появился начальник караула с ворчливым:
– Кого там демоны принесли?
– Ослеп, что ли? Не видишь, кто я?
Караульщик побледнел, отшатнулся, споткнувшись, едва устоял на ногах, но тут же вытянулся по струнке.
– Мой король! Но ты же…
– Очень долго сюда добирался и не имею желания с тобой объясняться. Уйди с дороги! И не смей докладывать о моем появлении, сам разберусь!
Стражник мелко закивал, расширенными от потрясения глазами провожая путников. Риолен с Эорни прошли мимо не оглядываясь.
Дорогу по городу до самого замка король не запомнил. Стража у дверей, едва разглядев его лицо, вытянулась по струнке и, кажется, дышать не осмеливалась, не то что задержать. За дверями же Риолена окутал знакомый запах пыли, старого дерева и уюта. Он был дома. Стоило бы помыться, поесть, а после рухнуть в постель и забыться сном. А лучше стоило бы спросить у первого же слуги, где Ирмалена, и убедиться, что с ней все хорошо. Но все это подождет. Пока хватает решимости, нужно показать всем, что он уже не юнец в игрушечной короне, каким его, похоже, все тут считали, пока он мнил себя истинным королем. А в первую очередь…