Мраморные ступени привели их в зал Совета. В эту долю он обычно пустовал, но настали другие времена. Почти все места за столом занимали министры, чиновники и маги. Кто-то взволнованно говорил о войне в полный голос – кажется, министр торговли Ярвин; остальные, забыв о приличиях, взволнованно перешептывались. Риолен толкнул двери – створки с глухим стуком ударились о стену, и шум тут же смолк. Все лица разом повернулись к входу, но Риолена интересовало лишь одно.
Как всегда, он стоял рядом с троном, только почему-то по левую руку, а не по правую, как обычно. Впервые на лице Измиера мелькнула растерянность. Правда, он быстро взял себя в руки, но Риолен не ошибся: на миг привычную надменную улыбку смыло с его лица.
– Манейры, – произнес король как можно увереннее, – прошу вас покинуть этот зал. Понимаю, как важно обсуждение, мы непременно продолжим его, но мне срочно необходимо побеседовать с Верховным магом.
Повисла тишина. Затем все стали вставать и кланяться ему – первым Ярвин и Лутар, потом и остальные. Ярвин и Лутар первыми же направились к выходу, подавая другим пример. Риолен шел мимо них, небрежно кивая в ответ и глядя только вперед. С трона ему навстречу поднялась Ирмалена. Эорни говорил, что она выглядела усталой, когда он видел ее тогда, на суде, но такого Риолен не ожидал. Его супруга была изможденной, бледной, осунувшейся, она двигалась нервными рывками. Но это была его Ирмалена, он так скучал по ней… Она пошатнулась, но устояла, потянулась к нему.
– Риолен! Ленни, любимый! Скажи, что я не безумна, что это вправду ты! – ее голос дрожал и срывался.
Ее округлившийся живот был хорошо заметен даже под просторным платьем. До появления ребенка оставалось не больше сезона. Риолену так хотелось ее обнять, успокоить, убедить, что теперь все будет в порядке, – и плевать, что сам он так не думал… Однако он не мог проявлять слабость. Только не при Измиере. И он сказал лишь:
– Это я, все позади. Но прошу, иди со всеми, я поговорю с тобой чуть позже.
Ирмалену поддержал под руку юноша, что все это время стоял справа от трона, что, видимо, и вынудило Измиера разместиться с другой стороны. Примерно ровесник Риолена, светловолосый, с такими же светлыми глазами. Лишь через пару мгновений до короля дошло – это же Тимлен Дальгрен, второй брат Ирмалены! Последний раз они виделись на свадьбе сестры. Что он здесь делает? Когда Ирмалена попыталась броситься Риолену на шею, брат обнял ее за талию и увлек к выходу, что-то нашептывая на ухо. Это было большой удачей, сейчас не следовало отвлекаться.
Вскоре в зале остались лишь Риолен, Эорни и Измиер. Король уселся на трон, показал тейнару жестом встать справа. Прикрыл глаза, стараясь успокоиться, сжал пальцами подлокотники: это придало уверенности. Трон давал ощущение власти. Риолен глубоко вдохнул и, вперив взгляд в мага, заговорил:
– Верховный маг Измиер, я обвиняю тебя в государственной измене. Два года назад ты самовольно казнил принца тейнаров, что стало причиной вражды между нашими народами. После этого ты целый год скрывался от правосудия. Когда тейнары обвинили во всем меня, твои люди объявили меня погибшим, хотя знали, что это не так. Чуть позже ты появился, заняв свое прежнее место, хотя я не давал на то дозволения. И наконец, по сути находясь у власти, ты ничего не сделал, чтобы освободить меня из плена тейнаров. За такое положено лишь одно наказание, но и оно для тебя слишком мягкое. Стоило бы казнить тебя трижды, но это, увы, невозможно. Я приказал бы пытать тебя в течение нескольких декан, прежде чем убить, но закон не позволяет делать это с людьми твоего звания, поэтому ты просто умрешь.
Риолен надеялся, что твердо смотрит магу в глаза, но по спине тек холодный пот. Человек перед ним мог сжечь его заживо одним движением пальцев, и, вполне возможно, что подобное сойдет ему с рук, как до сих пор сходило все.
– Ты сможешь доказать свои обвинения, мой король? – Измиер глядел на него скорее с любопытством, чем со страхом или гневом.
– Я знаю, что ты виновен, этого достаточно. Если мне не удастся найти свидетелей, я приведу людей, которые за пару монет готовы рассказать что угодно. В красках распишут, как ты при них убил родную мать или поедал живьем младенцев. Ты что же, думал, что только сам умеешь устраивать суд подобным образом? Я могу приказать вырвать тебе язык, и ты не сможешь ничего сказать в свое оправдание! Думаешь, я тебя боюсь? Меня обвинили в твоем преступлении, по твоей вине я был осужден на казнь. Я уже простился с жизнью, мне терять нечего! Но мне даже не придется ничего устраивать самому: достаточно выдать тебя тейнарам. Быть может, у них ты не умрешь так легко!
– Ты ничего такого не сделаешь, иначе я был бы уже в цепях, – хладнокровно возразил Измиер.
– Будешь! Для начала я хочу видеть тебя на коленях!
– Или что?
Риолен поднялся. Трон стоял на небольшом возвышении, поэтому молодой человек возвышался над магом.
– Измиер Мар-Алерд, я лишаю тебя всех званий и привилегий, теперь ты то же ничтожество, каким явился сюда впервые!
– Я нужен тебе в этой войне. Никто не сможет организовать магов так…
– Да мне плевать! – король повысил тон, отметив, что голос остался сильным, не сорвался. – Немедленно встань на колени перед своим королем, или, клянусь Тремя, до суда ты не доживешь!
С этими словами он посмотрел на Эорни, как смотрят на оружие, угрожая кому-то. По крайней мере, он надеялся, что это выглядит так. Он не сомневался, что вечно выступающий против нечеловеческих народов Измиер сразу понял, что перед ним тейнар. В закрытом помещении способности тейнаров не так сильны, как на открытом пространстве, но один на один с магом без амулетов они потягаться могут, а в зал Совета брать амулеты магам запрещено. С учетом, что и Эорни, и сам Риолен еще и при мечах, Измиеру есть чего бояться. Вот только он не из пугливых, и ожидать от него можно чего угодно.
Маг замер, сверля Риолена взглядом из-под нахмуренных бровей. Король положил руку на эфес меча, краем глаза отметив, что тейнар сделал то же. Несколько мгновений никто не шевелился и не отводил взгляда, потом Измиер медленно опустился на колени перед троном. Впрочем, смотреть в глаза Риолену не перестал.
– Поклонись! В пол! – произнес король сквозь зубы.
Еще несколько мгновений ничего не менялось. Риолен стиснул рукоять клинка и приподнял локоть, будто намереваясь выхватить его из ножен. Тогда Измиер все так же не спеша опустил голову к полу.
– Вот так и стой.
Король насколько мог величественно сошел к магу и навис над ним. Хотел поставить ногу ему на спину, но решил, что это будет уже слишком наигранно.
– Возомнил себя главным? Я одним взмахом руки могу лишить тебя всего! Забыл это в своей заносчивости? Отвечай!
– Нет, мой король.
– Тогда какой твой долг перед короной?
– Служить на благо Арденны и лично тебе, мой король.
Риолен выдержал паузу и продолжил:
– Тебе повезло. Есть возможность доказать свою преданность. Пока я был занят другими делами, Гаэльтран объявил себя отдельной от Арденны страной, их наместник теперь называет себя королем. Он пытается переманить к себе другие провинции, а также рассчитывает на мирный договор с Сехавией и не собирается помогать нам в войне. Поднимайся.
Измиер медленно встал, на Риолена он глядел с интересом и будто бы с уважением, без затаенной злобы во взгляде. Поразительный человек.
– Я возвращаю тебе звание Верховного мага с тем, чтобы ты разобрался с этим. Гаэльтран снова должен стать нашей провинцией, готовой воевать за свою страну. И решить это нужно в кратчайшие сроки. Не успеешь за сезон – значит, ты мне не нужен. И на этот раз разговоров не будет. Также если узнаю, что хоть что-то замышляешь против меня или моих интересов, ты просто исчезнешь. А теперь – вон!
Едва за магом захлопнулась дверь, Риолен рухнул на трон, будто ему перерезали разом все сухожилия, откинулся на спинку и закрыл глаза. Сейчас даже ожидание казни в плену у тейнаров ему казалось проще этого разговора.
– Прости, Эорни, – проговорил он. – Я обязан тебе жизнью, и, если бы последствия касались только меня, я отдал бы тебе жизнь мерзавца не задумываясь. Но на кону слишком многое. В остальном я готов отплатить тебе чем угодно. Могу предложить место в моей личной охране, если желаешь.
Эорни долго молчал – кажется, даже не дышал. Риолен бы не удивился этому: с воздухом у тейнаров особые отношения.
– Я приму это, но с тем, чтобы за мной осталось право покинуть этот пост в любой момент по желанию, – проговорил он наконец.
– Я согласен. Не буду требовать от тебя принесения присяги, тебе я и так доверяю. Твоя служба начата, оставайся на месте возле трона.
Король дернул за шнурок, призывая слугу, и приказал ему собрать вновь Большой Совет. Раз уж решил взяться за дело всерьез, значит, не до отдыха.
– Манейры, – обратился он к собравшимся. – Верховный маг Измиер вынужден срочно покинуть столицу, Совет придется продолжать без него. Как вы знаете, я отсутствовал в Виарене какое-то время, так что расскажите, как обстоят дела. Для начала, по пути сюда я заметил, что даэны возводят новую стену на подходе к городу. Кто это предложил?
– Насколько мне известно, – ответил один из министров, – идея принадлежала Верховному магу.
Риолен опешил. Измиер обратился за помощью к нелюдям? Немыслимо! Однако король быстро справился с изумлением:
– Что ж, это отличное предложение, я одобряю. А теперь я вас слушаю. Готовы ли наши войска, выдвинулись ли они в сторону границы?
Интерлюдия. Степные ветра разбиваются о красные скалы
Тендже, десятник сехавийских магов, считал себя счастливчиком. Боевых магов намного меньше, чем обычных солдат, и десятник – высокое звание. Вести отряд войска, отправленного покорить Эрганд-арин, – везение, выпавшее немногим. Богатые прибрежные земли, когда-то принадлежащие их народу, наконец вернутся к законным владельцам. В том, что Сехавию, или, уже можно сказать, Хонгорию, ждет успех, не стоило и сомневаться. Скоро старые ковры с повествующими о славном прошлом узорами оживут и лягут под ноги их победоносной армии. Время ткать новые ковры, мастерицам из Хеммы найдется занятие.