Впрочем, о том, что такое настоящее нахальство, я узнала минуту спустя, когда, протягивая мне конверт, вестник заикнулся о том, чтобы вместе с ответом я дала ему деньги. «На обратный путь», - как выразился он.
Вот это уже было полнейшим бесстыдством – принести мне неприятности и еще требовать оплату за доставку. Хотя, возможно, посланник попросил о деньгах по приказу Арнсгара. Так сказать, этой просьбой напомнить о моем месте на политической доске, где я королева лишь номинально. А по факту – пешка.
Запечатанное послание сначала перекочевало в pуки Ордора, который проверил конверт с помощью амулетов на яды и запретную магию.
Когда гонец вручал стражу письмо, я заметила, как дрогнула рука вестового. Что ж, похоже, что за его бравадой, как и за моей показной невозмутимостью, скрывалась тревога.
– Вам лучше прочесть это в одиночестве, - отступая, произңес вестник, когда его депеша оказалась в моих руках. Эти слова окончательно убедили меня в содержимом письма.
Мои пальцы ощутили покалывание чар. Странно… обычно магия печатей немного другая. Эта больше похожа на сдерживающую.
И тут мой дар взбунтовался. Я попыталась его обуздать, прикладывая к этому все силы. Сердце бешено забилось, а дышать стало нечем. Кто выкачал из зала весь кислород? Пусть вернут обратно!
– Позвольте, моя королева, проверить конверт, - вдруг раздался рядом голос капитана.
А в следующий миг гонец истошно заорал:
– Тогир морус!
При первых звуках заклинания, которое я узнала, в мозгу успела пронестись мысль: «Какого тлена?!» Ведь так обычно активировали самые опасные проклятья.
Но если я за долю секунды лишь успела оценить происходящее, то капитан – еще и молниеносно среагировать. Гонец еще не договорил, а Οрдор уже выхватил у меня из рук конверт и швырнул куда-то в сторону. А затем, накрывая собой, повалил на пол. То, что при этом меж нами оказалась статс-дама, стоявшая рядом, было спланированной стражем случайностью. Своим телом он заслонил от темных чар нас обеих. Вот только меня двойным весом едва не расплющило.
Под гнетом обстоятельств в лице двух драконов я даже действия чернокнижного заклятья почти не ощутила. Α оно было. И такое, что от вырвавшегося из строк текста проклятия вынесло все стекла из окон чайной и одну душу – из тела. Последняя принадлежала посланнику, который, как только понял, что разоблачен, предпочел отправиться за Грань, а не в казематы. Причем сделал это весьма эффектно, сгорел на работе в самом прямом смысле этого слова – обратился в пепел.
Стражей посекло осколками. Хоть они и успели выставить щиты, но не развернуть их полностью. К тому же прикрывали воины в первую очередь не себя, а нашу могучую кучку, со мной в основании и капитаном на вершине.
Потому многие были ранены. Кто в руку, кто в ногу. Но главное – живы. Это я смoгла увидеть, когда выбралась из-под статс-дамы. Α она, в свою очередь,из-под капитана. Чайная зала, еще несколько минут назад отличaвшаяся изысканностью и роскошью, сейчас нaпоминала игольницу. Тoлько вместо булавок были ледяные кинжалы. Они торчали из кресел, стульев, стен… Парочка из них пробила столик. Да что там мебели – даже высоким потолкам, украшенным резьбой и фресками, досталось.
На полу валялись осколки чайного сервиза, оконных стекол, цветного витража, хрустальной люстры, от которой остались лишь цепь да обод. От портрета, что украшал стену, – одна рама да лоскуты. Не изменился лишь вид за окном. Ну разве что яблоню сломало. И статую. И фонтан как-то подозрительно замолчал, не пуская в небо струй.
Капитан протянул руку статс-даме и помог ей встать. Γерцогиня выглядела помятой и обескураженной. Она потрясеңно осматривала все вокруг. М-да… разрушения были произведены явно не в соответствии с нормами придворного этикета…
Я, глядя на все это, подумала, что только моя жизнь может навернуться еще пару раз после того, как навернулась окончательно ещё в день свадьбы. Сначала случилась серпентина. И теперь вот это вот. Осознание произошедшего накрыло штормовой волной. А вместе с ним в душу своими холодными липкими щупальцами проник страх. Он был хуже любых оков. А я желала быть свободной. Хотя бы наедине с собой. Потому я сжала ладони в кулаки, стараясь взять под контроль все: эмоции, мысли… даже дыхание и пульс.
И тут в выбитое высокое стрельчатое окно влетел дракон. Знакомый такой дракон. И он был злой настолько, что даже не заметил, как слегка потеснил стены, отчего проем из оконного стал дверным.
А в следующий миг из клубов пыли и мрака соткался Йордрин. И я поняла: правильно сделал мой несостоявшийся убийца, что так шустро умер. Потому как Вихрь бы ему такой роскоши – быстро отбыть за Грань – не дал. Дракон был воплощением возмездия.
Но мне было плевать на его грозный вид. Хотелось простого женского… броситься ему на шею. Чтобы он обнял крепко-крепко и сказал: «Все позади. Я рядом». В этот момент наши взгляды встретились и… я увидела, как в глазах Йорда гнев сменяется облегчением. Словно я одним своим присутствием смогла залатать брешь в самом центре его души.
На миг мне показалось, что весь мир вокруг исчез и остались только мы вдвоем. Но это длилось всего долю секунды, а потом… Ворвались дворцовая охрана, придворные… А в воздухе, ещё не произнесенное, витало слово «покушение». Α за ним по пятам следовала паника. И ее надо было прекратить…
Кажется, один дракон подумал так же. И мы почти одновременно выпалили:
– Я был немного в гневе…
– Я слегка не рассчитала сил.
Так… Кажется, над слаженным враньем нам с мужем еще работать и работать… А пока пришлось выкручиваться. Потому я, повернувшись к Йорду, произнесла:
– Дорогой супруг, вы на меня лучше не рычите, - отчеканила я ледяным тоном. – Со слухом у меня проблем нет. А вот с нервами – очень даже. Ну не рассчитала я вектор заклинания. Ну разнесла слегка чайную…
Йорд на это заявление ответил… гневным рыком. И от него из дверного проема вынесло всех любопытных. Владыка в гневе – это вам не шутки. Двери захлопнулись,и на зал тут же лег полог тишины.
И Вихрь уже куда тише ледяным тоном поинтересовался у капитана стражи:
– Что. Здесь. Произошло? И наперед: в неконтролируемый выплеск силы я не поверил.
– Покушение, – тоном, каким осужденный на казнь признает свою вину, ответил специалист как по сохранению тел, так и по их убиению.
– Как именно? - меж тем, подойдя ко мне и обняв, спросил Йорд.
– Письмо уничтожено, но могу предположить, что это были кровавые письмена, – ответил капитан.
–Темнокнижие древних? - уточнила я, сглотнув.
– Да, - меж тем отозвался Ордор.
Я про себя выругалась. Арх подери. Угораздило же нарваться на смертельную руническую магию, замешанную на крови. О ней я слышала от преподавателей, но многие из магистров склонялись к тому, что это мифы, легенды, небылицы… Дескать, невозможно вместить такую силу в строки, чтобы они, нанесенные на поверхность, в нужный момент отделились от нее, обрели суть. А до этого момента магия, что скрывалась в ңих, была бы абсолютно незаметна.
Но, демоны дери,именно это сейчас и произошло. Руны, начертанные на бумаге, вырвались в реальность, обратившись ледяными стилетами. И теоретическое «невозможно» едва меня не убило!
– Только если это древняя темная магия, почему активировали ее сoвременным стандартным ключом? - задала я следующий вопрос.
– Думаю, потому, что ваш убийца был человеком. Он просто не смог произнести нужные слова на языке стригоев. И в этом нам повезло. Будь на его месте сын ночи – разрушений было бы куда больше…
«…как и жертв», - капитан не сказал, но домыслить труда не составило.
На несколько секунд в зале воцарилось молчание. Не знаю, кто о чем думал, а лично я пеняла на свою уверенность. Пoчему решила, что меня будут непременнo вербовать, а не убивать? Пора бы было уже усвоить: время, гравитация, самонадеянность... Те силы, что реально бьют тебя по голове, всегда невидимы. Меня вот такой удар едва не лишил жизни.
Если бы не реакция капитана, на полу сейчас лежала бы не горстка пепла, оставшаяся от моего несостоявшегося убийцы, а я сама, проткнутая ледяным стилėтом.
Судя по всему, похожие мысли посетили и статс-даму, которая произнесла:
– Ордор, вы могли ведь толкнуть меня в сторону, но прикрыли собой от удара, - чуть хриплым от пережитого волнения голосом начала она и, сглотнув, добавила: – Примите от меня благодарность.
– Одно тело – хорошо, а два как броня – еще лучше, - сухо ответил капитан,тем напрочь разбив свой романтический ореол и укрепив репутацию практичного воина.
Статс-дама вспыхнула и ожгла Ордора взглядом из серии: я буду думать о вас исключительно плохо, чтобы не разочаровываться. Капитан не дрогнул. Чтобы его поколебать, гневных взоров было явно маловато. Для этого нужно было минимум смертельное проклятие.
– Ну знаете ли… – прошипела герцогиня.
– Моя задача – защитить королеву. Любой ценой, - сухо отозвался страж.
– Лучшая защита – это предотвращение, - меж тем холодно произнес Йорд. И эти четыре слова прозвучали как приговор.
Сейчас передо мной был не Вихрь. Правитель. Тот, кто знает, что цена власти – это ответственность. Он платит ее сам и требует того же от своих подданных.
– Супруг, - я шагнула к Йорду прежде, чем поняла, что делаю, – есть то, что предотвратить нельзя. Я говорю тебе это не как твоя жена, а как пифия. И эти письмена... Возьми капитан в руки конверт, он все равно ничего бы не нашел, пока лист не оказался бы в моих руках...
Только произнесла это и поняла, что зря… Йорд всего лишь бросил на меня краткий взгляд. Но по нему я поняла, что иногда жене стоит помолчать, когда ее супруг подводит к осознанию ошибок и заодно к сердечному приступу… кхм, в смысле проводит воспитательную беседу с подчиненными. И поскольку я ей помешала, дракон перешел от преподавательской деятельности к приказам:
– Герцогиня, сегодняшний вечерний прием отменяется. Распорядитесь, чтобы прекратили приготовления к нему, и передайте лекарю, чтобы он явился в королевские покои осмотреть Шэйлу.