- Не проще! Хрен мы сейчас оригинальный бампер купим, - психует Матвей.
- Подожди! А страховка, - опомнившись спрашиваю я.
- Да нет у него страховки! Ты что не слышала? Он же сразу сказал…
- Давайте я вам двадцать тысяч сейчас отдам… - несмело произносит парень. - А потом если выяснится, что радиатор пострадал, я переведу вам недостающую сумму. - Девушка начинает подвывать в такт рыдающему младенцу.
- Не соглашайся! Он сейчас свинтит, а нам эти двадцать тысяч вообще ни о чем.
За рукав отвожу брата в сторону: - Ты посмотри на них… Что с них взять? Для них эти двадцать тысяч страшная потеря… Еще и ребенок маленький на руках.
- Саша! Так нельзя… С чего мы будем ее ремонтировать? У нас самих денег нет…
Я поворачиваю голову в сторону молодой семьи. Парень стоит опустив голову, а девушка покачивая ребенка полушепотом что-то ему высказывает.
- Давайте, ваши двадцать тысяч, - произношу я и сажусь в машину. Мы не доехали до своего двора от силы двести метров.
***
Во дворе стоит разбитая машина. Смотрю на нее из окна второго этажа. Я решила не отдавать долг Лисицкому, дураку понятно, что он меня просто развел. Но ремонтировать ее я больше не хочу... Глаза находят рамку с нашим семейным фото. Беру ее в руки. Мы сделали это фото в прошлом году. Мама, папа и я с Матвеем сидим на садовой качели. Мама улыбается, Матвей дурачится и корчит рожицы. Я обнимаю отца, а он смотрит на маму. Еще вчера я была уверена, что он смотрит на нее с любовью, а сегодня… Сегодня мое сердце в очередной раз разбилось. Одна часть меня говорит: - Не верь! Зачем верить каким-то сплетням? А вторая: - Ты живешь в сказке, Саша! Сними наконец свои розовые очки и начинай смотреть на мир реально. У твоего отца была любовница, он обманывал свою жену… Но от этого он не преставал быть твоим любимым папочкой. Да, его образ испачкался и местами покрылся коррозией, но это не отменяет того, что тебе он никогда не изменял. Ты всегда была его любимой доченькой…
Страх противными скользкими щупальцами опутывает меня по рукам и ногам. Свет фар освещает наш заезд, и я понимаю, что к нам пожаловал гость. Из окна не разглядеть марку машины, в свете фонарей я вижу только крышу автомобиля. Звонок видеодомофона не заставляет себя долго ждать.
Матвей выбегает из комнаты.
- Стой! Не ходи! - придерживаю его за руку.
- Это Игнат!
- Нет! Это не Игнат!
- Шуруп! Мы созвонились с ним десять минут назад.
- Я тебе говорю это не он. Иди играй дальше, - брат держит в руках джойстик от приставки. - Это с моей работы...
16.
- Пригласишь? - делаю шаг в сторону пропуская его во двор. Рука в кармане пальто до сих пор сжимает перцовый баллончик.
Мой ночной гость чуть было не уехал. К тому моменту, когда я наконец решилась взглянуть на того, кто к нам пожаловал. Человек у калитки сменился на соседского мальчишку Игната. Он ровесник Матвея и они дружат с самого раннего детства. Игнат не редкий гость в нашем доме, точно так же как Матвей в его. Друг брата прошмыгнул во двор, как только я распахнула калитку. А Роман Александрович снова вышел из своего автомобиля и направился ко мне на встречу. Выглядел он довольно странно. Я привыкла видеть его в костюме и гладко выбритым. А сейчас на нем были черные джинсы и такого же цвета бомбер накинутый на серую футболку. Волосы на голове были какими-то взъерошенными, а на щеках и подбородке уже проглядывала темная щетина. Утром он определенно выглядел иначе.
- Ты забыла, - он продемонстрировал мне пару моих лакированных лодочек висящих в данный момент у него на пальцах.
- Вы решили привезти мне туфли? Как это мило с вашей стороны. Но вы зря старались… Боюсь, что они мне больше не понадобятся.
- Почему? Они тебе о-о-очень идут, - слегка улыбнулся он.
- Думаю, что кассиры в супермаркетах обходятся более практичной обувью.
- Саша! - его улыбка стала шире. - Думаю, ты рано разжаловала себя в кассиры. - Может ты пригласишь меня в дом или мы так и будем мокнуть? Ты попала в аварию? - его взгляд задержался на разбитой машине.
- Проходите! - не желая развивать эту тему я распахнула перед ним дверь.
- Расскажешь, что случилось? - он поставил туфли на верхний ярус этажерки для обуви. Что происходит? Еще утром он обращался ко мне исключительно на "вы", а сейчас тыкает мне как ни в чем не бывало. Будто бы не он с утра указал мне на дверь.
- Роман Александрович, я так понимаю вас привело сюда какое-то дело, - продолжая держать его в коридоре спросила я.
- Я привез тебе туфли, - произнес он слегка склонив голову на бок.
- Вы издеваетесь?
- Увидел их в шкафу и понял, что ни мне ни Елене Михайловне они не пригодятся. И подумал, а не отвезти ли мне их законной хозяйке, заодно посмотрю, может чем помочь нужно. Ее соседи недавно затопили… Как она там одна со всем этим справляется?
Закрываю глаза и вздыхаю.
- Саш! А свари мне кофе!
- И вы будите его пить?
- Конечно.
- Ну проходите, - я жестом приглашаю его на кухню. Сейчас я сварю тебе кофе… Достаю турку. Не отмеряя сыплю в нее кофе прямо из банки, точно так же насыпаю в нее сахар из сахарницы. Сверху лью воду прямо из-под крана и наконец плюхаю ее на конфорку.
- А я то думал, как ты это делаешь?
- Все на глаз… Я профессионал в этом деле, - поворачиваюсь к нему. Его глаза улыбаются и пусть в их уголках лучатся небольшие морщинки сейчас я не дала бы ему больше тридцати трех.
- Обижаешься?
- Нет! Что вы? - с остервенением мешаю кофе в турке.
- Саш! Все по справедливости… Ты нарушала трудовую дисциплину. Я не спускаю такого никому. Некоторые вылетали у меня после первого опоздания.
- Вот скажите мне! Вы робот? - отключаю конфорку и выливаю сваренный кофе в большую чашку с сердечками. Это моя кружка. Мне еще в школе подарили ее на день Святого Валентина. Ставлю ее перед ним.
- Странный вопрос? - пожимает он плечами и подносит к губам это варево. Пьет обжигающий кофе и совсем не морщится. Я даже не хочу представлять, что за зелье на вкус у меня получилось.
- Если бы вы знали почему я опаздывала…
- Расскажи.
- Не хочу.
- Почему?
- Потому что теперь это не имеет никакого значения!
Он продолжает пить кофе и с прищуром смотрит на меня. А мне хочется провалиться сквозь землю. А точнее сквозь пол. Я стою босыми ногами на прохладном гранитном полу и ощущаю, как у меня начинают гореть ступни. Мне становится жарко. Только сейчас до меня доходит, что я стою перед ним в тонком домашнем костюме, а он фактически ничем не отличается от пижамы. Открытые участки кожи начинает нестерпимо жечь, и я думаю только о том, чтобы не покраснеть как вареный рак. Под моей футболкой нет белья и это невозможно не заметить.
- Как вам кофе? - прерываю затянувшуюся паузу.
- Божественный, - отвечает он не сводя с меня глаз.
- Сварить еще!? Но предупреждаю сразу, второй раз точно такой может не получиться.
Он в один шаг преодолевает расстояние между нами. Я так и стою прислонившись поясницей к столешнице кухонного островка, а он ловит меня в капкан упираясь руками по обе стороны от меня.
- Прости. Я не мог поступить иначе, - шепчет мне на ухо. Мое дыхание учащается, волоски на теле становятся дыбом, пульс частит. - Я никому не делаю поблажек, Саша… Хотя, я все равно бы тебя уволил, даже если бы ты была идеальным сотрудником и вообще не покидала стен офиса.
- Почему? - переведя дыхание спрашиваю я.
Стою как приклеенная, все тело парализовало, и я даже не пытаюсь сделать попытки освободиться из этого плена. Одна его рука поднимается и обхватывает мой затылок. В один миг его губы накрывают мои, и я понимаю, что погибла. Нет меня... Я растворяюсь в каком-то эфире. Подушечки пальцев пронизывают тысячи иголочек, когда я прикасаюсь к его спине. Тело само прижимается к нему. Я испускаю тяжелый вздох разочарования, когда он разрывает наш поцелуй и смотрит мне в глаза.
- Поэтому, Саша… - отвечает он на вопрос, о котором я уже успела позабыть. Мне становится стыдно и неловко. Пытаюсь опустить голову и разорвать наш телесный контакт, но он держит меня крепко, не позволяя даже пошевелиться. - Только не вздумай брыкаться и истерить! По глазам вижу, что ты что-то задумала.
- Отпустите меня!
- Не хочу! произносит улыбнувшись. - И ты не хочешь, - продолжает он.
- В доме двое детей, - я не хочу что бы мой брат был свидетелем подобного.
- Когда ты отвечала мне, ты не думала о своем брате.
- Я о нем всегда думаю, - начинаю злиться я и он ослабляет хватку.
- Я бы выпил еще чашечку, - говорит он окончательно отпуская меня возвращаясь на прежнее место.
- Я этого не оценю... Думаете, я не в курсе какая бурда у меня выходит.
- Не понимаю, о чем ты! По-моему, ты варишь отличный кофе, - он снова одаривает меня улыбкой. - И заканчивай обращаться ко мне на "вы". Пару минут назад, мы познакомились достаточно близко, теперь ты можешь спокойно обращаться ко мне на "ты".
- Здрасти! - мы оба поворачиваем головы в сторону входа. - Шуруп. У тебя все нармально? - с опаской поглядывая на нашего гостя спрашивает брат.
- Все хорошо. Это мой бывший начальник, Роман Александрович. Он уже уходит. - Мужчина смотрит на меня удивленно.
- Александра не захотела делиться информацией о том, что случилось с ее машиной. Может ты мне расскажешь? - обращается он к Матвею сквозь меня. Матвей кладет обратно на стол яблоки, которые успел нагрузить за край оттянутой футболки.
- Матвей! Можно просто Мот, - он протягивает мужчине правую руку, тот с легкой улыбкой на губах пожимает его ладонь.
- Роман, - представляется он. И Матвей начинает свой рассказ:
- Один чипушила…
***
- Я не приму от вас никакой помощи! Я сама разберусь! Я взрослый человек, а не котёнок с перебитой лапкой. Не нужно мне помогать, - чуть ли не топая ногами возмущаюсь я, пока папину многострадальную машину грузят на эвакуатор. Ощущение дежавю не покидает меня. Мне уже помог один помощник, как теперь от него отделаться ума не приложу.