На зиму было решено разместить семьи в Олешье, а летом ставить ещё одну крепость. Сначала у Юрия была идея поставить город на другом берегу Днепра, примерно там, где в будущем стоял Херсон. Но, прикинув нынешнюю ситуацию, решил, что город будет обречён, так как быстро перекинуть войска в случае чего через широкий Днепр пока не представляется возможным. Поэтому городок было решено ставить в дне пути вниз по течению Днепра, по его левому рукаву. Юрий с воеводой Мирославом, посетил это место и наметил контуры будущего города, между рукавом Днепра и соляным озером. Пока поставят деревянную крепость, а потом, дай бог, она и камнем обрастёт.
Над названием Юрий на заморачивался, окрестив ещё не созданный городок Андреево,в честь Андрея Первозванного, ну, а что, домыслят местные хитро-мудрые правители, это уже их проблемы.
Новый городок позволял более полно контролировать рекуи открывал хорошие возможности по экспансии в этом регионе, особенно на острова, образованные в устье реки, куда кочевникам будет трудно добраться.
В идеале, мечталось Юрию, выйти к Южному Бугу, где проходила граница Галицкого княжества. В отличие от ХХI века, здесь по берегам реки ещё сохранились лиственничные леса, несмотря на то, что кочевники активно уничтожали их. В планах у Юрия было разбить сады и бахчи. Арбузы, дыни и тыквы были неплохо известны в Византии, откуда, по просьбе Юрия, купцы привезли большое количество семян. Он планировал не только накормить своих подданных, но и экспортировать продукцию в Византию, у верхушки которой, в последнее время, вошло в моду вегетарианство. Кроме тыквенных, Юрий закупился семенным материалом пшеницы и ячменя, которые в это время были мало известны на Руси и встречались здесь лишь спорадически. Словом, намерений было громадьё, и лишние руки и клинки ему совсем не помешают.
8 февраля. 1186 года
Амиса
Севаст Мануил
Мануил удобно расположился в шатре и размышлял, пока две наложницы ублажали его тело. Он заметил, что в такие моменты разум становится более острым.
Наложницы работали синхронно, по давно установившейся схеме, принц, а теперь и дука провинции Трапезунд, большую часть из которой нужно было ещё завоевать, привычно скользнул в состояние расслабленности и задумался.
Ему удалось собрать немалое, по нынешним временам, войско: шесть меросов пехоты (один мерес - 2400 воинов), десять банд (200 человек), трапезитов (конные лучники, имевшие также на вооружение копьё, меч (саблю), топор и аркан) одетых в пластинчатый доспех и, его гордость, и главная ударная сила, его войска два отряда катафрактов, по 504 воина в каждом. Кроме регулярных частей были отряды наёмников: около двух тысяч пехотинцев завербованных, по его просьбе, Юрием на Кавказе - сильных в индивидуальной рубке, но абсолютно не обученных биться в строю, зато очень полезные при штурме городских стен. Две тысячи аланской конницы, присланной эксусиократором Кинталом, этих лучше всего использовать в качестве разведки. По нынешним временам сила не малая, но хватит ли её, чтобы отвоевать фему Армениакон, большой вопрос.
Даже несмотря на то, что Фортуна благоволила им, шах Кылыч-Арслан II, на старости лет тронулся умом, разделив свои владения на одиннадцать частей, которые отдал своим девяти сыновьям, своему брату Санджар-шаху (получил Эгерли в Тавре) и племяннику Низам ад-Дину Аргун-шаху (получил Амасью). И пока его наследники режутся между собой, самое время вернуть утраченное, тем более, что большую часть населения Конийского султаната до сих пор составляют христиане.
План, предложенный Мануилу его стратегами, был прост, как стрела печенега: удар со стороны Пафлагонии пятью тысячами легкой конницы касогов, присланных крымским князем, должен был выманить войска Аргун-шаха подальше от городов, дав шанс Мануилу захватить их без большой крови, нужные договорённости были. План хорош, вот только в реальности что-то пошло не так.
Если Амисос взяли без проблем, то у стен Амасьи план забуксовал. Ворота города никто открывать не спешил, а идти на штурм не торопился уже Мануил, пытаясь переговорами принудить город к сдаче. С другой стороны, касоги действовали неожиданно эффективно, легкие конники растеклись, как саранча в степи, по имениям местной знати, грабя их и уничтожая очаги сопротивления. Особенно жестоко касоги расправлялись с отрядами икдишей, состоявших из принявших ислам местных христиан. Вслед за касогами шла армия скупщиков и торгашей, которые покупали практически все, что удавалось награбить первым.
Войска Аргун-шаха никак не могли поймать легких коников, которые с легкость ускользали от них. Но и бросить ловить их они тоже никак не могли, местная знать не поняла бы такого поступка и быстро бы переметнулась на другую сторону. О том, что противник получит подкрепление, Мануил не переживал. Во-первых, заносчивый местный владетель успел поссориться со всеми, даже со своим отцом, а во-вторых, в это время византийская армия, усиленная корпусом наёмников, наносит удар в самое сердце султаната, стремясь взять под свой контроль его столицу Конью и дальше по возможности всю Анатолию. Одновременно с этим, крестоносцы начали операцию по возвращению под свою руку Эдесского графства, а также завоевания северной Сирии, для начала нацелившись на владения амиров Халеба, воспользовавшись местной междоусобицей, а там как пойдёт. Грузины тоже должны были подержать наступление на мусульман, но Тамар, та ещё хитромордая сука, в последний момент отказалась, якобы из-за беспорядков в Ширванде, где военная помощь понадобилась их общему родственнику ширваншаху Ахситану I, женатому на сводной сестре Тамар. Так сказать, отдавала долг, ведь именно войска Ахситана I подавили мятеж царевича Демны и помогли сохранить престол узурпировшему его царю Георгию III. На самом деле, как сообщают из Петры, грузины собрали двадцатитысячный корпус в Дманиси и ждут, чем закончится схватка, чтобы урвать свой кусок у проигравшей стороны. Тамар - вот ещё одна заноза в его жизни. Мануил почувствовал, как ярость наполняет его, и он, подчиняясь порыву, намотал волосы наложницы на руку и сильно надавил ей на затылок, проникая своим естеством до самых гланд. От неожиданности последняя закашлялась, а потом замерла в страхе. Но дука, сбросивший часть напряжения, находился в приподнятом настроении и не стал обращать внимание на оплошность своей служанки. Он легко поднялся с дивана, на котором до этого возлежал, обошел замершую наложницу с тылу и решительно вторгся в её лоно…
23 февраля. 1186 года
Самцхе-Джавахети, Абастумани
Резиденция царицы Тамар.
Сегодня Тамар собрала свой ближний круг, не так уж много у неё людей, на которых она может опереться без оглядки. Подруги стараются подержать её, но часто бывать рядом с ней у них не получается, свои семьи и заботы, а ещё они стали глазами царицы в разных регионах страны. Тётушка Русудан взяла в свои сильные руки хлопотное дело по добыванию информации, организовав целую сеть осведомителей. Если раньше городские сплетницы передавали слухи друг другу, то теперь собирали их для царицы. Кроме тётушки на совете присутствовали: братья Чахрухадзе, верней, один Чахрухадзе, а вот Ашот взял себе фамилию Руствели, а имя изменил на Шота. Тамар подержала своего казначея, мало кто знал, что Шота и Григол – братья, и это давало простор для маневра и различных интриг. Из братьев Захарьяни-Мхаргдзели, тоже являющихся фаворитами Тамар, ну тянет её на братьев, присутствовал только один Захария, старший Иване, возглавлял экспедиционный корпус, собранный в Дманиси. Так же были приглашены: первый советник царицы Басилий Эзосмодзгвари и архиепископы Феодор Руставели и Антон Кутатели.
- Как дела на юге? - спросила Тамар, пригубив бокал с вином.
- Мануил вернул по руку Византии провинцию Армениакон, тем самым выбив сельджуков с побережья Чёрного моря. После этого он взял под контроль все побережье до Петры и теперь продвигается с двадцатитысячной армией к Манцикерту, - ответил Захария Мхаргдзели как самый разбирающийся в военном деле.
- Это плохо, большинство армян после выхода Византии к озеру Ван, могут перестать связывать свою будущее с Грузинской короной и переметнутся к византийцам, – проговорил Феодор Руставели, метивший на место дряхлого католикоса-патриарха Михаила Мирианисдзе и от этого проявляющий чудеса балансирования, стараясь угодить всем сторонам, которые могут повлиять на выборы нового руководителя грузинской церкви.
- Согласен, - поддержал его советник царицы. - Необходимы активные действия по присоединению армянских территорий, иначе мы упустим инициативу из своих рук, если уже не упустили.
- А что остальные правители сельджуков? – спросила царица у своего воеводы.
- На сегодня они никак не могут договориться, а некоторые ведут переговоры с императором Андроником. Войска императора взяли Конью и вернули под свой контроль фемы Анатолик и Киликию. Армянский князь Рубен, один из полководцев и вассалов погибшего недавно Варажнуни, первым присягнул на верность Андронику.
- Если мы промедлим, то можем оказаться у разбитого корыта, - озвучил витавшую в воздухе мысль архиепископ Антон на правах патриарха Малого Совета.
- Захария, передай брату начать наступление. Цели - Ани и Двин, – произнесла Тамар и жестом показала, что заседание Совета закончено.
Когда все покинули её покои, кроме тети Русудан, Тамар напряглась, в последнее время тётя просто фанатично желала выдать её замуж, наверняка и сейчас начнёт говорить на эту тему.
- Тамар, тебе пора определиться с консортом. Вокруг твоих сестёр начались пляски наших дидибули и других сил, нежелающих видеть тебя на царском престоле. Орбелиани и другие сторонники Демны замечены при дворе твоей сестры Русудан в Трапезунде, а представители родов Геловани и Гобиари - у твоей сводной сестры Исматаддин в Шемахе.
- И мне их осуждать не за что, - перебила тётушка, пытавшуюся возразить, Тамар, - Государству нужен наследник, а лучше не один, без него положение правителя шаткое. А ты ото всех женихов нос воротишь.