- Нафату (нефть). И создание комтурства.
- И много?
- Очень. И готовы платить за всё золотом.
- Откуда они собираются его вывозить?
- С любого порта в Дербентском море, предпочтительней Баку. Там же они хотят основать комтурство, или даже командорство, и готовы платить золотом за аренду земли, - сказала Тамар, пригубив молодое вино.
- Этих только пусти, вмиг не они тебе, а ты им должен будешь, а вот торговать с ними можно и нужно.
- Могли бы и сами договориться с Ширвандом, - заметила Фатима. -Это подозрительно.
- Девочка моя, тут ничего подозрительного нет, ещё сто лет назад между тамплиерами, которых было много при дворе Давида Строителя, и подданными ширваншаха возникли убийственные разногласия, которые чуть было не привели в войне между Ширвандом и Сакартвело. Так что почему они пришли к нам, а не к ширваншаху, понятно.
- Что ещё сказал старый лис Жерар?
- Больше ничего, но передал сундук, заполненный серебряными брактеатами.
- Ну что ж, деньги — это не плохо, хуже, чем наёмники, но лучше, чем вообще ничего, - задумчиво произнесла Русудан. - И что ты решила?
- С осами удалось договориться, поэтому все собранные войска, а это около десяти тысяч, отправятся в Ганджу, плюс местный гарнизон, отряды дидибули и добровольцы. После смерти шахиншаха в Ширванде неспокойно, эмиры бьются за освободившийся трон, поэтому быстрым броском вдоль Куры постараемся захватить Ширван, а при успехе - выйти к Баку, тут главное - не спешить.
- Тем более, что молодой Муганский эмир - Ашкар Сункур засылал сватов к нашей Тамар. Пока это большой секрет, но мы думаем принять его предложение, –дополнила сведения племянницы её властная тётушка.
- Сейчас доверенные люди согласуют все формальности. Огузы воинственны, и мы найдём им хорошее применение, а их эмира ждёт сильное разочарование, когда он поймёт, что в игру - подчини соседнее государство через династический брак, можно играть вдвоём. Тем более, что огузы составляют привилегированное меньшинство жителей Муганской долины, а среди основного населения имеется и значительная доля христиан. Давно пора собрать под своей рукой долины Куры и Аракса, а потом и с бунтовщиками сможем разобраться. К тому же давно пора Ганджу переводить из вассального княжества в состав царства, - завершила свой монолог Русудан.
- Во многом, тетя, ты, конечно, права, но для начала надо разобраться с остатками королевства Ташир-Дзорагет, которое мои предки так и не смогли полностью привести под свою руку.
- Ты же знаешь, что кьюрикийцы, укрепившись в крепостях Тавуш, Мацнаберда Нор-Берда, который плотно перекрывают вход в долины, где им удалось удержаться против наших войск. – раздражённо заметила тетушка.
- Так я и не требую их штурмовать, даже мне понятно, что мы положим там очень много воинов, но устроить блокаду, у нас должно получится. Пусть этот пункт включат в брачный договор, думаю, лет пять, и они решат договариваться.
- Ладно, девоньки, вы тут пошепчитесь без меня, а я пойду отдыхать. Стара я стала для посиделок, - произнесла Русудан, медленно поднимаясь со своего кресла.
Как только дверь за тетей закрылась, важные дамы в миг превратились в юных девушек. А теперь давайте поговорим о чем-нибудь более радостном и легком, чем политика, - предложила своим подружкам Тамар. – Фатима, говорят, ты отшила очередного жениха, и что тебе в нем не понравилось: богат, знатен, не стар?
- Имею право, я в отличие от тебя вдова, у меня двое детей и вопрос продолжения рода остро не стоит. А что касается женишка, так чересчур властный он, понабрался от арабов всяких глупых идей, так я объяснила ему, что и как будет, если я соглашусь стать его женой, теперь меня седьмой дорогой обходит.
Девушки засмеялись. Тамар встала и подошла к столу, на котором лежали две деревянные шкатулки.
- Мне тут недавно доверенный человечек привез забавные подарки из Индии, я думаю, они вам пригодятся. Особенно тебе Фатима, если долго будешь бегать от мужей и любовников. С этими словами она протянула шкатулки своим подругам.
6 декабря 1187 года
Феодосия
Княгиня Ирина
Оставив свою игорную империю на помощников, Ирина примчалась в Феодосию, сестра должна была вот-вот родить, тут не до бизнеса. На месте она оказалась перед дилеммой, кого поддерживать. Сестра держалась бодрячком, а хороводящие вокруг нее лекари внушали уверенность, что всё пройдет хорошо, а вот их общий муж явно хандрил. То устраивал тренировки, где до изнеможения рубил и колол разным оружием ничем неповинные манекены, то спарринги, в ходе которых не хило так прилетало опытным войнам, рискнувшим выйти в круг с князем, а то на сутки запирался в своей лаборатории с такими же как он фанатиками от науки.
Последнее внушало княгине наибольшие опасения, поэтому посетив сестру, она бросилась спасать мужа, и первым делом затащила его в постель, устроив настоящий секс марафон, в ходе которого с удивлением поняла, что разрядка нужна была не только мужу, но и ей, на утро оба выглядели умиротворёнными, правда, этого нельзя было сказать о кровати, которая выглядела, как поле боя.
Юрий ушёл заниматься своими делами, а Ирина начала инспекцию домашнего хозяйства, без хозяйского пригляда часто отлаженный механизм идёт в разнос. К полудню она убедилась, что всё не так уж плохо, как она представляла, подобранная сестрой команда справлялась с большинством проблем и в её отсутствие, лишь немного пришлось то тут, то там подправить, но это не существенно. Разобравшись с домашним хозяйством, она перенесла свою активность на ученых, которых курировала сестра, тут ей пришлось непросто, так как она никогда не была сильна в замудрёных научных теориях, а больше тяготела к практике.
Ученым оказалось не просто объяснить ей простыми словами проблемы, с которыми они сталкиваются. В ходе инспекции к ней присоединился муж, вот тот точно был на одной ноге с подопечными сестры. Быстро перейдя от дискуссии к делу, муж в сопровождении жены и биологов отправился в огромные теплицы, которые летом выстроили в районе княжеского огорода. В теплицах они долго обсуждали греческий овощ даукус, который знали, но мало использовали в Византии. Местные образцы были весьма разнообразны и не только по размеру и форме, но и по своему окрасу: фиолетового, жёлтого и белого цвета, впрочем, на цвета Юрий особого внимания не обращал, акцентируя внимания на вкусе.
Перепробовав с мужем большое количество сортов морковки, как муж называл это растение, Ирина была удивлена: в Византии его выращивали в первую очередь ради ароматных листьев и семян, которые активно использовали при варке супов, из сока даукуса готовили мусс, а обжаренные корни шли на приготовление так называемого солдатского кофе, но муж и тут сумел удивить, довольно быстро приготовив пару вкусных блюд из этого корнеплода. Одно, которое он назвал морковь по-королевски особенно запало в душу княжне, самое то, чтобы употреблять его незадолго до еды, острое, ароматное, и безумно вкусное.
В том же парнике росло и другое хорошо знакомое Ирине растение – пастинака (пастернак). Мария знала, что на родине из него делали неплохое вино, любимое отцом, на вкус он был слаще морковки, но Юрий и здесь остался не очень доволен и долго обсуждал с учеными, как ещё можно увеличить сладость плода.
Последним растением, которое выращивалось в этой теплице был редис. Ирина его очень любила ещё с детства, и поэтому с интересом пробовала сорта, которые выращивались здесь. Стоило признать, что некоторые из них были намного вкуснее и сочней привычных ей, но муж снова остался недоволен и долго обсуждал, что и как можно улучшить. Причем, как заметила княгиня, сам никогда не предлагал готовых решений, а старался во время спора подвести к тому или иному решению своих оппонентов.
Затем они перешла в другой парник, который Юрий называл «зелёным», очевидно потому, что здесь выращивалась зелень: кориандр, петрушка, укроп, щавель и персидский овощ (шпинат), тут тоже не обошлось без дегустации и долгих споров.
Третий парник был выделен под огурцы и баклажаны, если первые широко использовались, то вторые были известны как яблоки бешенства, княжна очень удивилась, что муж выращивает это бесполезное растение, которому даже лекари не смогли найти достойное применение. Возможно, он хочет при их помощи сводить врагом с ума, но после того, как муж угостил её приготовленными блюдами из этого растения, она еще пару дней прислушивалась к себе, боясь сойти с ума, хоть полностью и доверяла мужу.
Потом пришёл черед четвертого, самого большого парника, где они попали в царство лимонов, мандаринов и апельсинов. Вот тут Ирину проняло, в Византии эт