Вот и сейчас он ожидал одного из представителей младшей ветви рода - Гурама Чиковани, для которого у него было важное задание, выполнение которого могло значительно упростить их противостояние с кахетинцами.
Однако вместо троюродного племянника помощник объявил, что на приём просится венецианский купец Маттео Сануто. Заинтригованный Вардан решил встретиться с одним из венецианцев, которые в последнее время стали редкими гостями на черноморском побережье. Отдав помощнику распоряжение насчет племянника, он приказал проводить неожиданного визитера в кабинет.
Маттео Сануто не производил впечатление утончённого аристократа, как некоторые византийские вельможи. Это был крепко сбитый, просоленный морем и просушенный солнцем, сильный, грузный мужчина с темным лицом. Просмоленная косичка торчала над воротом синего богато украшенного кафтана. Руки у него были шершавые, в каких-то рубцах, ногти поломанные, а сабельный шрам на щеке грязновато-белого цвета, со свинцовым оттенком, делал его похожим на пирата, коим он скорей всего и являлся.
Вардан хорошо знал, что любой венецианский купец при удачном стечении обстоятельств легко превращался в пирата.
- Чему обязан? – спросил хозяин кабинета своего гостя на греческом, после того, как были проведены все действия, предписанные гостеприимством. Говорил новый хозяин Имеретии на греческом довольно уверенно, что было неудивительно для грузинского вельможи.
- У меня есть для вас интересное предложение, - ответил на хорошем греческом посетитель, что, впрочем, для венецианского купца было естественным.
- Весь во внимании, - произнес князь.
- Я представляю одно из семейств основателей Венеции, к сожалению, в последнее время Византия, опасаясь конкуренции, перекрыла допуск наших судов в Понтийское море, что негативно сказывается на торговле.
- Да, я слышал об этом, но пока решительно не понимаю, причем здесь мы.
- Дело в том, что для кораблей Колхиды таких ограничений Византия не ввела, и нам бы хотелось наладить торговлю с вашей помощью.
- Это, несомненно, интересное предложение, но у нас нет ни кораблей, ни обученных людей.
- Это не страшно, мы предоставим вам и корабли, и часть обученного экипажа.
- Но я не понимаю…
- Давайте я вам всё объясню, а начнем с приятного, с доходов…
11 декабря 1187 года
Вальдемар Молодой (Гольштенский)
Каспийское море безымянные острова (ныне Чилов и Уронос)
Главной мудростью, которую Вальдемар усвоил от отца и его ярлов, было утверждение, что в вике самое главное, чтобы твои воины были заняты делом. Обстоятельства сложились так, что им пришлось ждать, когда вскроется Великая река и можно будет вернуться с добычей на родину. Но простое ожидание наверняка приведет к конфликтам и ссорам, поэтому, посоветовавшись с наставниками, ярл приказал отправить часть кораблей на разведку вдоль берегов Гирканского моря, преследуя при этом две цели: обменять добычу, взятую в Баку, на золото или драгоценные камни, которые занимают намного меньше места, чем любой другой товар, а заодно прощупать почву на будущее.
Вальдемар не исключал, что, возможно, ещё вернётся сюда, а если нет, то эти сведения могут понадобиться кому-то другому, и тогда их можно выгодно использовать, поэтому на реквизированные суда, к сожалению, нормальных кораблей оказалось не так много, как хотелось бы, он в качестве команды посадил местных моряков, а вот охрану и купцов изображали его воины.
Разделив эти суда на две флотилии, он отправил одну вдоль южного, а вторую вдоль северного берега Гирканского моря. В качестве сопровождения каждому каравану «купцов» были выделены по три боевых драккары под командованием опытных ярлов. (Вплоть до конца XV века картографы изображали Каспий большим водоемом, вытянутым с запада на восток. При этом Арал часто обозначался как восточный залив этого единого мора Баку располагался практически на юго-западе относительно этого моря). Местные шторма, после северных морей, бывалых мореходов не впечатлили, от слова «совсем».
Оставшейся ватаге тоже придумали занятия, кроме тренировок и приведения в порядок своей амуниции. Начавшаяся междоусобица позволила тщательно изучить прибрежные города и нанести пару визитов. Полученная добыча стала приятным, хоть и не таким большим, как хотелось, бонусом к битвам. Но это было слишком просто и не очень доходно, поэтому благодаря разведчикам руководства вика обратило свой взор на богатый город Шемахы. Пусть город располагался не у моря, и придется подниматься вверх по реке против течения, зато его богатства должны были окупить все издержки. Но прежде чем что-то планировать, юный конунг решил отправить опытных лазутчиков, чтобы те на месте подтвердили или опровергли сведения, которые им удалось собрать.
Валдемар хорошо помнил поучения отца, который не уставал повторять своим сыновьям прописную истину, хорошо известную любому викингу: «Не сражайтесь с более сильным врагом, чем вы». Поэтому, прежде чем планировать захват города, нужно понять, какими силами обладают его защитники.
Отправив своих лазутчиков на разведку в Шемахы, Вальдемар ждал с нетерпением их отчета. Он знал, что не стоит недооценивать врага, особенно, если он обладает богатствами, способными привлечь налетчиков. Пока его войска занимались тренировками и подготовкой к будущим действиям, он не переставал думать о следующем шаге.
Когда лазутчики вернулись, они принесли хорошие новости. Город Шемахы действительно был богат и обильно запасен золотом, драгоценными камнями и другими ценностями. Но защитники города, как оказалось, не были готовы к внезапному нападению. Это стало для Вальдемара отличной новостью, и он с помощью своих советников начал разрабатывать план захвата города.
11 декабря 1187 года
Крепость Рось
Ольстин Олексич
В устье Оки на её правом берегу (который является и правым берегом Волги) на семи холмах, прозванных в народе Дятловы горы, раскинулся город Рос. На Архангел горе, защищенной крутыми берегами Волги и большим оврагом, где протекала речка Почайна, гордо поднялась рубленая крепость, не уступавшая по мощности Суздалю или Городцу.
Детинец был возведен по всем канонам фортификационного искусства. Он был спроектирован так, чтобы его мог удерживать относительно небольшой гарнизон. В случае падения первой стены обороны, нападавшие были вынуждены атаковать основную стену под градом снарядов с верхнего яруса. Даже если им удавалось открыть ворота, их путь внутрь проходил по узким коридорам, которые обстреливались со всех сторон. Катапульты были бесполезны против второго яруса из-за угла наклона и высоты верхних стен.
Под самой крепостью появилась сеть тайных ходов и залов, предназначенных для военных и хозяйственных нужд. Жаль, что пока не удалось подобраться близко к воде, чтобы иметь колодец на территории детинца, пока приходилось довольствоваться, большим хранилищем для воды и тайным ходом к Почайне, кроме него имелся и более длинный подземный туннель, выходящий далеко за пределы города в один из раскинувшихся вокруг него лесов, где егеря оборудовали массу лёжек и хранилищ на все случаи жизни.
Так как случись осада крепости, вся сотня не встанет на стены, а уйдет в лес, постоянно тревожить тылы напавших. Воевода хозяйственным взглядом окинул крепость и удовлетворённо кивнул своим мыслям. Если удастся выстоять ближайший год-два, то потом и не сковырнёшь их с этой земли, город и посады прирастут людьми, крепость оденется в камень (на следующую зиму в планах одеть в камень боевые воротные башни (стрельницы, костры)), крестьяне все дальше и дальше уходят на юг, закладывая новые деревни и поселения, ведь народ все прибывал и прибывал. Население города пополняли не только вырученные из неволи бывшие рабы, но и ремесленники и крестьяне, идущие в Рось в поисках лучшей жизни.
Князь освободил поселенцев на первые три года от поземного обложения, поэтому растут, как на дрожжах, не только села, но и сам город. И не только за счет русичей, ряд родов эрзян тоже перешел под руку Суздальского княжества. Однако Ольстин не доверял им, хоть большинство из них были христианами.
Рядом с Часовой горой, на Сварог горе, возникла ремесленная слобода. На горе, прозванной в народе Гремячей горой, разместились кузнецы. В районе, прозванном в народе Балчуг, разместились мелкие торговцы и рыбаки, а также огромный рынок, где торговали дарами рек. На Яриловой горе обосновались склады купцов и мытники, они не только быстро соорудили пристани, но и обнесли свою территорию стеной, пусть всего высотой в два метра, но и это послужит хорошей защитой в случае нападения. Все это строилось по заранее утверждённому плану застройки, а кто своевольничал, тех воевода не щадил, пуская под снос.
С другой стороны стены стенами, но их сила зачастую определяется опытностью и духом их защитников, поэтому Воевода без устали, пользуясь относительным затишьем в деловой жизни города, тренировал ополчение и не давал спуску своим дружинникам.
11 декабря 1187 года
Юрий князь Крымский и Суздальский
Убедившись, что с женой и дочкой все нормально, князь собрался на очередную инспекцию молодого, но стремительно растущего княжества.
В первую очередь он отправился в Корчнев и Тмутараконь, которые стремительно разрастались и становились одними из ключевых городов княжества, за счет торговли между его полуостровной и материковой частью.
Первым местом визита стали каменоломни в районе Царского Кургана. Сам Царский Курган с давних времён переходил из рук в руки различных культов и религий, будучи местом религиозного поклонения. Сейчас Юрий передал его в введения вновь зародившегося культа.
Однако сам курган мало интересовал Юрия, его интересовали каменоломни, которые недавно были восстановлены и начали работать. Он видел, что работы шли на полную катушку: рабочие каменотёсов в поте лица добывали и обрабатывали камни, чтобы обеспечить строительство городских стен. Пока готовые блоки складировали на территории городов, в первую очередь планировалось одеть в камень Тмутараконь, а уж потом Корчнев. Так как просто менять деревянные башни и стены было не безопасно, то решили построить две каменные сторожевые башни, соединив их каменной стеной, а с городом - сборно-разборными деревянными стенами, наподобие того фокуса, что удачно провернули при строительстве крепости Рос. Дальше по той же схеме кремль должен постепенно обзавестись каменными стенами, по расчётам строителей, на это должно было уйти лет десять-пятнадцать, но Юрий рассчитывал, что скосить этот срок в двое или даже в трое, за счет различных нововведений.