Ириана не шла первой. Вперед она выпустила крепкого серебряного дракона, увесистого, с громадными крыльями, которые он едва сложил за своей спиной. Это наверняка был мужчина, причем, как мне показалось, немолодой. Слишком тяжелой казалась поступь, слишком грузным – сам дракон. Чешуя его была весьма неоднородной. Какая-то часть -начищена до блеска, другая – будто потускневшая от времени, и этот факт почему-то добавлял дракону величественности.
Глава совета. Это было даже не воспоминанием из прошлого Альдо Велле, а скорее вспышкой моего осознания.
И в ту же секунду громкий рокот мыслей старого дракона пронесся над поляной.
«Мы, драконий совет, прибыли по прошению драконьей королевы Ирианы, чтобы убедиться в правдивости её обвинений и узреть, в самом ли деле обезумевший Альдо Велле преступил извечный драконий закон, потерял остатки человеческой сущности и выкрал у благословенной матери её дитя!»
Я рванулся вперед, но Арин положил руку мне на плечо и шепнул:
– Я сам с ними поговорю. Постарайся не вмешиваться и, умоляю, не вздумай оборачиваться драконом. Только в крайнем случае, когда другого выхода не останется! А если обернешься -никакой агрессии! Их слишком много даже для дракона таких размеров!
Пришлось кивнуть. Я, собственно, не был уверен, что настолько внушителен на фоне присутствующих тут драконов, а в дипломатию верил больше, чем в решение конфликтов силой.
Арин сделал шаг вперед и крикнул:
– Приветствую драконий совет!
«Приветствуем тебя, Арин Земнолесский. Что ты делаешь на территории безумного дракона?»
– Я нахожусь здесь, чтобы поддержать своего давнего друга Альдо Велле, – без тени сомнений проронил Арин, – и переубедить его обвинителей, донести до их мыслей, что Альдо – не безумец. Он не потерял свою человеческую сущность вопреки ошибочным утверждениям королевы Ирианы, не превратился в животное. И не отбирал у матери дитя, а лишь опекал брошенное этой матерью яйцо на правах отца ещё не вылупившегося дракона.
Ириана взревела.
«Он отобрал у меня моего ребенка! Альдо – зверь! Животное!»
– Альдо Велле стоит рядом со мной, – голос Арина был тверд. – В человеческом облике. Дракон, потерявший в себе человека, не способен на такой оборот и на сознательное поведение.
Старейшина дернул серебристой мордой.
«Я не узнаю в этом человеке Альдо Велле, – пророкотал он. – Я видел его много лет назад, ещё мальчишкой, но память драконов крепка. Это обман, Арин, и ты знаешь, что в драконьем сообществе бывает за обман!»
Выдирают крылья и бросают казненного дракона. Он может обернуться и прожить всю свою жизнь человеком, но ему больше никогда не познать полет. Бескрылый дракон – не дракон.
Понятия не имею, откуда у меня в голове взялась эта информация, но от прямой угрозы
Арину захотелось рычать и кусаться. Они ещё будут угрожать моему другу?
– Если память драконов столь крепка, то после выяснения моей личности, – выпалил я лихорадочно и безрассудно, – предлагаю напомнить о наказании за обман в драконьем сообществе и той драконице, которая привела сюда совет, обвиняя меня невесть в чем. И главе совета старейшин, утверждающему, что я не Альдо Велле, тоже, должно быть, очень надоели его крылья.
Выражение лица Арина явно свидетельствовало о том, что я сказал что-то лишнее. Но я не только сказал – ещё и сделал. Рванулся вперед, сбежал вниз по ступенькам, выходя на свободную площадку, и запустил процедуру оборота.
Драконья сущность отозвалась во мне моментально. Не пришлось ни ждать, ни насильно запускать некоторые процессы в теле. Короткая вспышка магии, и я превратился в дракона. Это уже давно не вызывало ни боли, ни даже дискомфорта, наоборот, ощущение свободы.
Но только обратившись, я понял, почему меня так предостерегал Арин.
Я был крупнее, значительно крупнее всех присутствующих здесь, в том числе и Ирианы. Постройнев от длительных полетов и став легче, гибче, я не утратил прежних внушительных размеров. Серебристый старейшина с трудом доходил мне ростом до груди, и остальные -тоже. Несомненно, драконов было слишком много, чтобы бросить им прямой вызов, но...
Как же мне хотелось!
Чувствуя своё физическое превосходство перед каждым присутствующим по отдельности и истинно драконью ненависть ко всем им в целом, ведь они вторглись на мою территорию, я изогнул шею и выдохнул струю пламени, к счастью, пока только в воздух, а потом, не сдерживая чувств, протрубил:
«Я – Альдо Велле! А вы – незваные гости, пришедшие сюда, чтобы объявить мне войну, теперь готовы ответить за свои слова и поступки?!»
Но ни поклонения, ни уважения, ни хотя бы извинений я не дождался. Кто-то из драконов даже попятился, испуганно шипя, и всех их объединяла одна мысль:
«Безумец, безумец Альдо Велле!»
– Ну какой же он безумец! – возмутился Арин, выбегая вперед и бесстрашно бросаясь ко мне. Учитывая то, насколько человек мелок на фоне дракона, я мог задавить его даже случайно, не туда поставив лапу. А мне сейчас так хотелось наброситься на врагов!
Но пришлось стоять на месте.
Арин же встал между мною и драконами, явно не испытывая страха, и заявил:
– Он обратился для того, чтобы доказать вам свою личность! И вы его, однако, узнали. Или всё ещё считаете, что мы обманщики, достойные вырывания крыльев?
– Р-р-р, – мрачно отозвался я, всем своим видом показывая, что без крыльев сегодня могут уйти некоторые другие драконы.
«Это в самом деле Альдо Велле, – тяжелый вздох драконьего старейшины свидетельствовал о том, что он бы с удовольствием продолжил отрицать очевидное, но ему не оставили на то никаких шансов. – Но у нас нет ни единого доказательства его вменяемости».
«Да что вы говорите! Может быть, мне стоит кого-то из вас укусить, пробудить, так сказать, драконью память, и тогда вы убедитесь?» – мрачно поинтересовался я.
«Пусть обернется!» – распорядилась Ириана.
Совершать оборот – последнее, чего мне хотелось. Но Арин против этого никак не возражал, из чего я сделал выводы, что требование адекватное.
Запустить процедуру превращения в человека оказалось невероятно сложно. Мне вновь было очень больно, драконья сущность сопротивлялась. Часть моей внутренней сути рвалась в бой. Перегрызть бы горло этим наглецам! Но приходилось сдерживаться.
Вернувшись в человеческое тело, я почувствовал себя невероятно слабым и беззащитным. Всё-таки, «размер не главное» – это не про драконье сообщество. Ощущать себя мелким, таким, что одной лапой раздавить могут, не слишком приятно.
«Альдо Велле в самом деле не безумец. Нам приятно осознавать это, – пророкотал старейшина, – но тем страшнее кажется его преступление против королевы драконов. Если он в самом деле отобрал у неёребенка...»
– Я рад, что меня признали вменяемым, но в таком случае предлагаю прекратить говорить обо мне в третьем лице, – я отступил обратно к ступенькам, но наверх подниматься не спешил, просто разорвал дистанцию между собой и драконами для возможного повторного превращения, чтобы получить больше пространства. – И заявляю, что не отбирал у Ирианы ребенка. Как вы себе это представляете? Вы вообще понимаете, что такое своровать драконье яйцо? Дракончик внутри уже мыслит! Вы думаете, тот, кто попытался бы применить к нему силу, не лишился бы рассудка?!
– Драконьи боги защитили бы его, – вмешался Арин, скосив на меня взгляд.
Я понимал, на что он намекает. Назвать Альдо Велле последние лет пять вменяемым было трудно. Тем не менее, я твердо знал, что никогда ни хвостом, ни когтем не зацепил яйцо. Даже в те часы, когда в Альдо Велле не было человека, его отцовский инстинкт работал на полную.
– Может быть, для присутствующих здесь всё это звучит абсурдно и дико, – продолжил я, -потому что они сами, как и много поколений драконов, не сталкивались с подобными явлениями, но мне пришлось заменять ребенку ещё и мать. Ириана, должно быть, не в курсе, что яйца принято высиживать, иначе с какой радости оставила его в сокровищнице самца-дракона и улетела прочь, чтобы много лет не появляться, пока я его высиживал и отогревал?
Драконий совет загудел.
– О каком похищении может идти речь?! Это всё равно, что человеческая женщина, позволяя другой вынашивать её биологического ребенка, ещё до разрешения родов заявила бы, что малыша у неё украли! Вы всерьез считаете, что у драконицы можно отобрать яйцо, пока она жива, здорова и не желает с ним расставаться?! Ириана улетела сама! Никакого похищения не было!
«Было!» – взревела драконица.
Она изогнула шею и выпустила струю пламени, и если б не вовремя среагировавший магическим щитом Арин, у этой атаки могли появиться непредвиденные последствия.
«Было! – повторила Ириана. – Пусть ты не воровал моё яйцо, но мирный договор с людьми ты нарушил! Ты украл принцессу Марлену, я лично видела её у тебя в поместье!»
Драконы вновь заволновались. Серебристый, как самый опытный из них, попытался убедить всех успокоиться и выслушать аргументы сторон. Другие, подстегиваемые Ирианой, вновь требовали казни.
– Никого он не воровал!
Я обернулся. Марлена стояла на крыльце, сжимая руки в кулаки. Вокруг неё воздух потрескивал от магии. Принцесса буквально излучала решительность. В её обычно мягком голосе звенел металл гнева. Принцесса выглядела так, будто была готова прямо сейчас сорваться в бой.
– Нельзя, – с вызовом вздернув голову, заявила она, – похитить того, кто пошел с тобой сам!
Альдо меня не крал. Это был мой сознательный выбор – сбежать с собственной свадьбы, и Альдо помог мне осуществить задуманное. Он спас меня – и я готова спасти его, даже если с помощью магии мне придется разрушить эти горы!
– Пресвятые стихии, – пробормотал Арин, – два сумасшедших. За что вы свалились мне на голову, за какие грехи?!
Я не мог отвести от девушки взгляд. Как и Арин, я понятия не имел, каким образом Марлена, хрупкая девушка, человек, собиралась сразить несколько десятков драконов. Может, и сама Марлена этого не знала, но, тем не менее, уверенно стояла на своём.