Белокаменные стены буквально искрились под яркими дневными лучами. Переливались витражами широкие окна. Многочисленные крыланы, прятавшиеся под козырьками балконов, при появлении цепочки из шести карет сорвались с мест и приветственно закружили в воздухе.
Наша кавалькада чинно въехала на внутреннюю площадь, но не приблизилась к парадному входу, а медленно отправилась дальше — к торцу с левой стороны здания.
— Вход для персонала, — сообщил Криспиан. — Нас что, собираются поселить в служебные покои?
— Уважаемые гости! — в карету вежливо постучали и внутрь заглянул улыбчивый розовощекий молодой человек в прекрасно сшитом бежевом камзоле. — Вас приветствует служба размещения королевского дворца. Будьте добры, выходите по одному. Мы всех сопроводим в ваши личные комнаты.
— Ничего, — шепнул Крис, обведя взглядом присутствующих. — Если получится выскользнуть, встречаемся на четвертом этаже у зимнего сада.
Сидела я у самой дверцы, так что вышла первой.
И ко мне одновременно, словно слаженный единый механизм, подошли сразу двое — слуга в ливрее, и воин в красном кителе королевской охраны. Эта парочка так резво зажала меня с двух сторон, что происходящее напомнило скорее арест, чем «приветствие гостей».
Ну ладно. Сопротивляться не буду.
Единственное, где я вежливо проявила характер — это пресекла попытку забрать Сиротку и увести меня от собственной сумки. Мое добро — это мое добро, а не общественное. Не позволю незнакомцам рыться в моих сокровищах, а если оставлю их без присмотра, сердцем чую, так и случится.
Поэтому сама залезла на крышу кареты и стащила вниз вещи. Под возмущенным взглядом выпорхнувшей на брусчатку следом за мной Лайзы.
— Пф. Деревенщина, — протяжно «в нос» заявила она, скроив презрительную гримаску. Затем изящно кивнула своей паре сопровождающих и «поплыла» следом за ними.
Признаться, я попробовала схитрить, дождаться друзей, тянула время, перехватывая ручку сумки то одной, то другой рукой.
— Прекрасной дэсе лучше не рассчитывать на компанию, — с нажимом произнес слуга, — мы расселяем всех строго по одному, по настоятельной просьбе службы безопасности. Накладка с одновременным выходом двух гостей больше не повторится.
Он повел меня по дорожке ко входу в здание, не торопясь и с осуждением зыркая в спины тех, кто сопровождал Лайзу. А ведь нас и правда практически арестовали.
— Я провожу вас до комнаты, а охранять вас будет вот этот достойный воин из дворцового гарнизона, — принялся болтать вертлявый слуга. Он зашел передо мной и бодро зарысил вверх по узкой лестнице, даже не пытаясь помочь мне с вещами. — Он останется на карауле у вашей двери, а ночью сменится. Можете быть абсолютно уверены в своей безопасности.
— Ого, и часто у вас здесь нападают на гостей? — осведомилась я, с пыхтением пытаясь на ходу повесить сумку через плечо. Но лямка местных саквояжей, увы, оказалась слишком коротка. Пришлось и дальше тянуть груз, удерживая его в руке.
С другой стороны, все складывалось не так уж и плохо. Например, Сиротка летал под потолком и не пытался сесть мне на голову.
— Как это… «нападают»? — вертлявый даже споткнулся от изумления.
— А иначе к чему ваши объяснения? — резонно заметила я. — Много трупов находите по утрам? Да вы не стесняйтесь, я не из робких. В случае чего помогу вашей страже отбиться.
Воин в красном мундире, который шел позади меня, закашлялся.
— Вы ошибаетесь! — возмутился вертлявый. — Никаких убийц у нас нет!
— Тогда зачем мне страж? Пусть идет туда, где он нужнее.
— Но… вы девушка! Вы нуждаетесь в заботе и внимании, — нашелся слуга.
— А вы сводник, — осуждающе пожурила я. — Будем считать, что вы сейчас просто оговорились и ничего ужасного не имели в виду.
Парень покраснел так, что по шее пошли пятна.
— Но я… и не имел! У меня приказ!
— Да ладно! Привести мужчину под дверь спальни приличной девушки? Я разочарована в столичных нравах, ах, прямо сейчас упаду в обморок! Немедленно! Донесу сумку до комнаты и грохнусь без сознания. Первородное Яйцо! А сначала вы показались мне приличным драконом…
— Вы не так поняли! До завтрашнего допроса вы должны… — горячо вскинулся он. Но уже в следующее мгновение понял, что сказал и охнул, глядя на меня круглыми глазами.
Все. Прямо сейчас он больше ничего не скажет, не станет при охраннике дальше со мной разговаривать. Но я сделала отличный задел на будущее — нашла слабое место, вывела из себя, поселила неуверенность. Посмотрим еще, кто кого допросит в итоге.
— Ну завтра так завтра, — согласилась я, отвернувшись и делая вид, что ничего особенного не произошло. — Показывайте, где моя комната.
☘️ Глава 15.Тайное свидание или дружеская встреча? Ох, как же я запуталась
Комнатка, куда меня привели, поражала воображение. И отнюдь не роскошью интерьера. Узкая как пенал, с крошечным балкончиком и кроватью-топчаном, она удивляла — скудостью обстановки. Еще бы пару мышей и можно изображать княжну Тараканову в заточении.
Разница между позолотой коридора и серыми стенами комнатушки была столь велика, что я не сразу отметила чистоту и качество мебели. Стулья с крошечным столиком выглядели новыми и крепкими, комод украшала аккуратная резьба. Покрывало на кровати на первый взгляд показалось мрачным из-за темно-коричневого цвета, но, присмотревшись, я обнаружила, что оно было свежим, выглаженным и даже окантованным небольшим кружевом.
— Ну как вам? — спросил мой сопровождающий. После нашего эмоционального диалога он стал держаться от меня на безопасном расстоянии, то есть за спиной стражника.
— Отлично! Наконец-то высплюсь, — честно призналась я.
За время совместной жизни с Мартэлой я поняла, почему она при всей своей красоте и уме до сих пор одинока. Так доставать — уметь надо. Она не стеснялась меня будить ночью и на рассвете, чтобы поделиться какой-нибудь «только что написанной фразой».
А самое ужасное — журналистка после этого мгновенно засыпала. Побормочет, дождется моего ответа, вздохнет и все — тихое сопение в подушку, будто тумблер переключили. Прямо в секунды, хотя совесть ей не должна позволять так дрыхнуть.
После этого — отдельная комнатенка с толстыми стенами и охраной у двери — то, что доктор прописал. Главное, чтобы Мартэлу не пустили.
— Идеальное место. Вы прямо мысли читаете, — довольно пробормотала я, сгружая сумку и не обращая внимания на шокированного служку. Если он ждал жалоб и стенаний, так это не ко мне. — Все. Можете идти.
Вертлявый служка и вояка переглянулись.
— Эм. Только крылана нужно выпроводить на улицу. Он же послания может передавать…
— Почему «выпроводить»? — удивилась я. — Он домашнее животное, малыш к тому же. И потенциальная угроза не означает, что она обязательно произойдет. Например, вы вполне можете убить этого разговорчивого дэса, так?
Вояка покосился на шибздика в камзоле и традиционно промолчал. Но всем присутствующим было ясно — может.
— Но пока же не собираетесь? — спросила я.
Стражник поднял бровь и отрицательно покачал головой. Я ему благожелательно улыбнулась.
— То есть способны, но из-за этого вас в казематы никто не тащит, потому что ни угроз, ни попыток убийства не было. Так и мой крылан. Посмотрите на него — он что, рвется письма носить?
Сиротка, пытающийся прикорнуть на комоде, дернулся, забегал по краю, пытаясь спрятаться и чуть не рухнул вниз.
— Его попробуй заставь, — вздохнула я. — Но может быть у вас есть официальный приказ не пускать крыланов в комнаты? Нет? Тогда забудьте. Не ваша же головная боль.
Как учил меня преподаватель по допросам капитан Коняев, тот еще крендель и гад, но профессионал от бога: «Если загоняешь человека в угол — подкинь ему оправдание, и он сам туда побежит».
На этом высокие стороны завершили переговоры, потому что я устала пререкаться и практически выпихнула обоих, угрожая вытащить из сумки ночную рубашку, после чего «всем будет стыдно».
— Лестер… — тихонько позвала я, после того как плотно закрыла за ними дверь. — Ты слышишь меня? Если я повешу филактерию на Сиротку, сможешь разведать обстановку? Что-то мне тревожно.
В следующую секунду крылан попытался пробить собой форточку, стремясь избежать выполнения обязанностей.
Толстенький лентяй стукнулся о стекло, едва его не разбив. Безрезультатно пободался башкой, постучал крыльями, но не преуспел и гордо вернулся на комод. Дескать был в разведке, «в округе все спокойно».
— Не стыдно? — спросила я.
— Пф-ф, — зафыркал малец.
— А все потому, что балуешь ты его, дисциплины в воспитании не хватает, — наставительно сообщил Лестер, вылетая призраком из саквояжа. К моему удивлению мэтр был не в своем привычном виде. Вместо потрепанной военной куртки на нем красовался мундир, подозрительно напоминающий парадный. Несмотря на полупрозрачный эффект, детали пошива четко просматривались, создавали их явно с любовью.
Поймав мой изумленный взгляд, он подлетел к небольшому настенному зеркалу и стеснительно в него заглянул.
— Кхе-кхе, как думаешь, я нормально выгляжу? Дворец все же…
— Очень мужественно выглядите, — я улыбнулась и нараспев продекламировала стихотворение моего мира, чуточку его изменив, — «Вы, чьи военные мундиры напоминали паруса, кого венчали не турниры, а небеса. Вы, чьи глаза как бриллианты на сердце оставляли след. Очаровательные франты минувших лет»[2].
— Красиво… Прямо за душу берет. Ты сочинила?
— Где-то прочитала.
— Запишешь мне, — он подбоченился и промурлыкал, — Очаровательные франты… Кто бы подумал… Я — франт во дворце. Эх… — он, оглянулся и замер. — Мне кажется или комната не… парадная какая-то?
— Криспиан сказал, что нас подвезли к служебному крылу.
Мэтр медленно поворачивал голову и с каждой секундой его лицо приобретало все более задумчивое выражение.
— Что-то здесь не то, — пробормотал он, покрываясь рябью. Когда задумывался, Лестер забывал о сохранении облика и начинал мерцать. — Ты права, надо лететь на разведку.