уболтает, и даже среди староверов подружек завела. Но не брать же ее с собой, бабулька мне мозг вынесет за время поездки!
Ничего, сама попробую, заодно хоть посмотрю поближе, как современные баре живут, холопами управляют.
А не получится – ну и ладно, сам факт исчезновения девушки известен, а там пусть полиция дворню Кульчицких на откровенность раскручивает.
К лесной развилке, ведущей к владениям Кульчицких, я подъехала около половины шестого вечера. До темноты было еще далеко, август – не декабрь, так что успею. Я ведь недолго.
По этой дороге я еще никогда не ездила, только несколько метров в тот день, когда спасала Кошамбу и Карпова, так что скорость пришлось сбросить – мало ли что, дорога ведь лесная, не хватало еще колесом в яму угодить!
Но опасалась я напрасно, эта дорога была гораздо ровнее той, что вела к нашей Низовке. И покрытие дорожное новое, атмосфероустойчивое, без выбоин и трещин, не то что наш, еще советский, судя по состоянию, асфальт.
Однако разгоняться и весело мчаться, мурлыкая под нос песенку, я не стала. Не хотелось, маетно стало вдруг, в точности как вчера вечером, когда с мамой разговаривала.
И еще... Словно звал кто-то, настойчиво так: «Сюда! Иди сюда!»
Причем с определенного участка дороги зов усилился, он буквально сковывал разум, заставляя остановиться и вернуться.
Ну уж нет, милый мой! Объявился все-таки, да? Вот как ты, значит, девушек заманиваешь? Немудрено, что тебя Змеем называют, рептилии тоже жертв гипнотизируют.
Не дождешься!
«Нет! Все не так! Спаси! Скорее, иначе он найдет! Спаси!»
И столько отчаяния было в этом ментальном послании, что я, не задумываясь, ударила по тормозам.
Дура? Возможно. Но я не могу уехать, оставив молящего о помощи. Даже если это ловушка.
В конце концов, у меня есть шокер. Вон, лежит на переднем сиденье, готовится к обороне. Или нападению, там как получится.
Я развернулась и медленно поехала обратно, вглядываясь в лесную чащу. Ничего и никого, только... Показалось, или вон там, слева, шевельнулись ветки какого-то густого кустарника?
Ну что же, посмотрим.
Я не стала глушить двигатель (чтобы не тыкать потом трясущимися руками в прорезь замка зажигания, как любят показывать в фильмах), сжала в правой руке электрошокер и осторожно двинулась к шевелившимся только что кустам.
– Эй! – остановившись в метре от них, негромко окликнула я. – Есть тут кто?
Тишина. Показалось, что ли?
А лезть в густой кустарник, пусть и с электрошокером наперевес, как-то не хочется. Ну да, страшно, в конце концов, я обыкновенная девушка, а не боец спецназа.
Сейчас еще раз позову, и если никто не отзовется – уеду. Только звук прибавлю:
– Вы меня слышите?
И снова – тишина. Ну и все, ну и ладно, я пошла.
Мучительный, выгоняющий на спину толпу мурашек стон заставил меня буквально подпрыгнуть на месте.
ГЛАВА 27
А потом захотелось такими же прыжками, словно свихнувшаяся кенгуриха, ускакать подальше отсюда.
Впрочем, подальше не надо, лучше к мирно урчащему в ста метрах «Пыжищу». Влететь в салон, захлопнуть за собой дверь, и – по газам, да с визгливым проворотом покрышек, домой, домой, домой!
Но второй стон, тише и от этого жалобнее, асфальтовым катком прошелся по пораженческим, в корне оппортунистическим мыслям, превращая их в невразумительный блинчик.
Драпать, оставив человека в беде?! Человека, для которого я стала, похоже, последней надеждой на спасение? Ведь до какой степени накала душевных сил надо было дойти, чтобы мысленно дотянуться до меня, умоляя о помощи? И эти слова насчет загадочного «его», который может найти?
Все, Варька, хватит торчать возле кустов, сжимая шокер вспотевшей ладошкой! Так немудрено и самой разряд огрести, так что давай, шевели нижними псевдоподиями!
Я осторожно, стараясь двигаться бесшумно – непонятно только зачем? – приблизилась к кустам, раздвинула густые, надежно скрывавшие прятавшегося бедолагу ветки и едва не заорала от ужаса.
Ну да, зомби не бывает, это просто любимый персонаж всяких ужастиков, но это я разумом понимаю. А истеричная нервная система, все еще пребывающая в разболтанном после прошлогодних приключений состоянии, ничего понимать не желает, прислушиваясь лишь к эмоциям.
Которые от вида мучнисто-бледной, с запавшими, обведенными темными полукружьями глазами, похожей на скелет девушки едва не утонули в цунами животного страха.
Потому что несчастная действительно мало напоминала человека, а вот ожившего мертвеца – сколько угодно.
Только у мертвецов не течет кровь. И пусть сочившиеся из открытых, очень похожих на Асины ран струйки крови были не насыщенно-алого, привычного для крови, цвета, а какого-то блекло-оранжевого, но эти потеки свидетельствовали о том, что бедняжка еще жива.
Только непонятно как?! В чем держится душа, ведь израненное, изможденное, покрытое синяками, ожогами и страшными шрамами тело не должно, не может жить!
Но оно жило. Девушка шевельнулась, глухо застонала и медленно открыла огромные, редкого фиалкового оттенка, глазищи.
И только тогда я ее узнала.
– Моника?!! – Я упала перед ней на колени и бережно приподняла голову. – Господи, ты жива! Кто сотворил с тобой такое?!!
Девушка скользнула по мне мутным, расфокусированным взглядом, потом в глубине глаз что-то шевельнулось и стремительно рванулось на поверхность. Ближе, ближе, ближе, и...
Моника выгнулась дугой и дико, совершенно по-звериному, завыла.
А фиалковыми глазами полностью завладело безумие...
К счастью – как бы дико это ни звучало, – критическое состояние девушки помогло справиться с бедняжкой. Моника была слишком слаба, чтобы помешать мне отнести ее в джип. И достаточно истощена, чтобы я смогла сделать это без особых усилий. Пятилетний ребенок, и тот весит больше.
Когда я аккуратно укладывала девушку на заднее сиденье джипа, Моника снова потеряла сознание.
Хотя нет, сознание жертва неведомой твари потеряла, похоже, гораздо раньше. Ее разум просто не выдержал пыток и издевательств, и, поскольку тело оказалось гораздо сильнее разума и продолжало цепляться за жизнь, на передний план вышло спасительное безумие...
И еще. КАК потерявшая рассудок, практически до смерти замученная девушка смогла не только сбежать, но и добраться сюда и позвать на помощь?!
Ладно, над этим потом подумаю, сейчас надо срочно доставить Монику в больницу.
Я торопливо забралась на водительское сиденье, мельком порадовавшись собственной предусмотрительности – движок-то бодро урчит, готовый к трудовым подвигам, – и тронула джип с места. Именно тронула, экспериментировать с резким стартом буду в более людном месте, сейчас главное – выбраться из этого жуткого леса.
Отъехав метров пятьдесят, я заметила в зеркале заднего вида какое-то движение возле тех самых кустов. Сначала мне показалось, что это просто ветер растревожил ветки, но потом я вгляделась...
И едва не врезалась в ближайшее дерево, только в последнее мгновение выровняв автомобиль.
Нет, этого не может быть! Биология ведь, невозможность межвидового скрещивания, рациональное мышление, в конце концов!
Но существо, смотревшее вслед джипу из кустов, плевать хотело на законы природы. Удаляясь от него, я не могла рассмотреть подробности, но описание окрестных бабок было правильным: телосложение человеческое, но тело странного, зеленовато-серого оттенка, волос на голове нет, лицо... Не знаю, можно ли назвать его лицом, но и морду ящера оно не напоминает.
Впрочем, я особо не всматривалась, мне хватило одного взгляда, дальше я вспотевшим от ужаса сурком застыла на водительском сиденье, судорожно вцепившись в руль и боясь оглянуться – а вдруг оно гонится?!!
Я ведь украла его добычу, и... и теперь оно будет мстить?
Фу ты, глупости какие! Варвара, очнись! Посмотри еще раз – и увидишь, что никого там нет, а то, что ты приняла за монстра – всего лишь мираж, глюк, спровоцированный истеричной нервной системой. Рано ты перестала успокоительное принимать, ох, рано!
Я стиснула зубы и титаническим усилием заставила глазные яблоки повернуться в нужную сторону – к зеркалу заднего вида.
Ну, что я говорила! Никого! А за Змея Горыныча ты приняла вон тот высокий куст с посеревшей от пыли листвой.
Истеричка тупая! Марш в больницу, пока твоя находка еще жива!
Вот только в какую? В ближайший райцентр? Ох, не знаю, Монике необходимо самое современное реанимационное оборудование, которое вряд ли имеется в районной больничке.
Будь ее родители в Москве, я немедленно позвонила бы им, но увы...
Так, а что «увы»? Для чего существует мобильная связь, в конце концов! И с Мальдивских островов можно организовать процесс доставки своего ребенка в нужную клинику.
Я вытащила мобильник и, покопавшись в записной книжке, нашла номер Элеоноры. Гудок, второй, третий...
– Да, слушаю! – что-то голос у нее не очень веселый, на отдыхе ведь тембр должен негой сочиться, а не тоской.
– Элеонора Кирилловна, это Варвара.
– Варвара? – искренне удивилась женщина – меньше всего можно ожидать на отдыхе звонка от своего психолога.
– У меня очень мало времени, поэтому прошу вас не задавать лишних вопросов – промедление смерти подобно, причем в прямом смысле слова. Ваш муж рядом?
– Н-нет, он уехал на рыбалку с гидом.
– А мобильный у него с собой?
– Нет, он оставил его мне, чтобы не отвлекал никто.
– Плохо. А вы сами можете организовать срочную доставку Моники в хорошую клинику?
– Что?!!! Но... как... – Голос упал до шепота, затем в трубке послышался шум падения, заполошные возгласы на английском, и я нажала на кнопку отбоя.
Так, родители Моники мне не помогут – отец на рыбалке, мать в обмороке, что вполне понятно, но ждать возвращения ее адекватности времени нет.
Ну что же, придется действовать самой. И побеспокоить того, кому не собиралась звонить ни в коем случае.