Декстер лежал под стеной, его затылком разбили зеркало и теперь пол заливала широкая лужа крови. На звук вошла Рамона из прачечной, глядя на шевелящееся под лестницей тело, неизвестный, зажимая бок, пытался встать. И служанка и Далия прекрасно видели его лицо, с которого свалился капюшон и госпоже казалось, что она его где-то уже встречала.
— Так, суки, — мужчина наконец поднялся, хватая служанку за шею и сгибая на уровень своих колен. — Я забираю это тварь, — он обращался к Далии, потряхивая Рамоной, — и если ты не хочешь, чтобы я вернулся, то никому не скажешь, что видела под капюшоном. Иначе, прежде, чем они меня поймают, я вернусь и заберу с собой и тебя.
Далия, не понимая, почему всё это происходит, медленно спускалась по ступеням вниз. О, она легко могла себе ответить. Да потому что она не такая как Рилай, потому что ей всегда был нужен кто-то, кто сумет ей помочь, кто-то, кто защитит и спасёт. Сколько ещё ей придется вот так жить и ждать возвращения подруги, пока разные ублюдки спокойно вламываются в её дом?! Далия скосила глаза на Декстера, с ужасом понимая, что ему срочно нужна помощь, иначе это место останется без дворецкого.
Пока мужик проталкивал плачущую Рамону в раму разбитого стекла, Далия осторожно присела, поднимая с пола кочергу. Она перехватилась её поудобнее, тихо ступая по мягкому ковру. Железо рассекло воздух со свистом, а звук, при котором раздвоенный конец кочерги проломил череп незнакомца, Далия не сможет позабыть уже никогда. Удар отдался вибрацией в напрягшихся мышцах, даже узкое платье, не предназначенное для демонической формы Далии, на мгновение затрещало по швам.
Боль, страх, неуверенность и даже отчаяние — смешались в одну кучу эмоций, вызывая на глазах Далии горячие жгучие слёзы. Она скучала по Рилай, боялась навсегда остаться здесь одна, хотела увидеть своего отца и доказать, что она стоит гораздо больше, чем он думает! Это её жизнь, её история, и никто не вправе мешать ей жить, любить и творить!
Сильные руки перехватили её сзади, когда Далия не могла остановиться, раз за разом опуская кочергу на уже размноженный череп нападавшего. Всё вокруг было заляпано чёрной кровью: её руки, платье, лицо и волосы. Далия, только когда её волокли прочь, кажется, вторая служанка позвала кого-то на помощь, наконец осознала, что так сильно заставило её потерять над собой контроль.
Мужчина, что остался лежать в луже крови, не был драконом. Не был он и человеком или нимфой.
Это был демон.
***
Сальварес едва ли мог заставить себя войти в дом, не смотря на то, что у него было целых три повода прийти. Самым, пожалуй, важным, было проведать Далию, что имела талант привлекать на свою голову приключения. Даже тот случай с рыботорговцами просто бесил Кастро, до этого обещавшего Рилай держать всё под контролем. Казалось, здесь замешаны какие-то третьи лица, нарушающие все законы жанров. Вот и сейчас, конечно, Сальварес не был глупцом, что мог убрать охрану. Дело было ещё хуже, все его люди, находившиеся вокруг дома, были мертвы. Ему не нравилось, что будучи самым влиятельным драконом после императора, он не может усмотреть за одной несчастной госпожой.
— Здравствуй, — мужчина застал полудемона в столовой, та сдержано откусывала кекс, глядя в одну точку. — У меня письмо от Рилай.
— Письмо? — Далия тут же встрепенулась, едва не уронив свое лакомство. — Она возвращается?
Сальварес сел, передав один из свитков девушке, махнув служанке, чтобы та и ему принесла чего.
— Это прочитаешь сама, я не заглядывал, там может быть что-то личное, — Кастро с улыбкой принял от Рамоны кусочек творожного пирога и чашку какао. — Здесь информация общедоступная, Диас ведет последний бой. Это не точная информация, но она может вернуться совсем скоро.
— Это просто потрясающе! — Далия буквально расцвела на глазах. — Она побеждает?
— Большая часть севера уже свободна от мятежников, — горделиво усмехнулся Кастро. — Скоро и мы сможем слетать насладиться знаменитым снежным водопадом. Эти земли принадлежат непокоренным нимфам, что не приемлют императрицу. Ева дала указ договориться, как жаль, что Рилай не сумела.
— Ох, она и не пыталась, — полудемон снова взялась за кекс. — Но я… с некоторых пор почти её не осуждаю.
— Испугалась? — Кастро накрыл ладонь Далии своей, ослепительно улыбнувшись.
— Больше за Декстера, — девушка убрала руку, вытирая её о платье. Этот дракон… заигрывает с ней? — Как он?
— В ближайшее время вернётся к работе, — Сальварес тоже спрятал руку, несколько изменив свое настроение на менее бодрое. — Возможно, он ещё пару дней побродит по дому без дела, но это необязательно.
В воздухе повисло странное напряжение, было слышно только как тикают часы над камином, пока Кастро наконец не прервал молчание.
— Я хотел поговорить об убитом мужчине.
— Я защищалась, — отрезала Далия, боясь осуждения.
— Ничего не имею против, но… — тот отхлебнул какао, отставив чашку. — Тебе ведь известно, что этот мужчина не похож ни на людей, ни на нимф, ни на драконов.
— Известно.
— Он похож на тебя, — Кастро ткнул ложечкой в сторону Далии. — Не пришли ли время рассказать свою историю? Рилай слишком любит тебя, чтобы допрашивать, но мы должны знать. Хотя бы, чтобы суметь защититься.
— Я расскажу, — Далия встала, задвинув стул, — Рилай. Когда она вернётся. Вы мне не босс. Отчитываться я не обязана.
Кастро, казалось, приложил титанические усилия, чтобы не показать девке её место. Не хотелось, чтобы она забывала, что Диас рядом нет, а уважать её никто не обязан, как бы сильно они не уважали её подругу.
— Как много норова, как для рабыни, — он выхватил письмо Далии, пряча его во внутренний карман пиджака.
— Я не рабыня! — с навернувшимися на глаза слезами, вскрикнула Далия, хватая Сальвареса за рукав и пытаясь вернуть письмо.
— А твои рогатые друзья сказали мне иначе, — мужчина легко оттолкнул девушку, что тут же налетела на стол, перевернув их напитки. — Ты попала в наш мир случайно, свалилась Рилай на голову и присосалась, словно пиявка. Паразитируешь на ней, считая себя несчастным цветком, за которым все должны ухаживать. Но это не так. Я ничего тебе не должен.
— Ну так убирайтесь прочь отсюда, — Далия сжала кулачки, тяжело дыша. — Вы ничего мне не должны, как и я вам!
— О, ты должна не мне, а своему хозяину, — Кастро вынул из кармана бумажку, швыряя её под ноги полудемона. — Это тебе. А он предлагает горы золота за то, чтобы вернуть тебя домой. Что мне мешает сейчас пустить в твою наивную головку молнию, а потом передать ему?
— Рилай убьёт вас, — вздернула подбородок Далия.
— Во первых, она не узнает, — оскалился Кастро, — а во вторых — неужели ты можешь только подтверждать мои слова? Рилай единственная причина почему ты ещё жива?
— Даже если и так, — девушка сощурилась, сжимая губы в тонкую линию, — очевидно, этого достаточно. Потому что вы уходите, а я остаюсь. И письмо вы отдадите, иначе я все ей расскажу.
— Я действительно оставляю тебя, — Сальварес вышел на улицу, замечая, как требующая свое письмо Далия, последовала за ним, бросая свиток в наполовину полный отходов мусорный бак. — Это, чтобы ты знала свое место.
Он уже почти скрылся за поворотом, вдруг оборачиваясь.
— Пока меня не будет, подумай, где ты возьмешь, скажем, сто тысяч золотых. Твой хозяин предлагает мне больше, но уж постарайся отдать хотя бы это, — он увидел, что и без того сокрушенная Далия, собиралась что-то сказать. — Молчать. И я не позволю Рилай вернуться до тех пор, пока сам этого не захочу. И либо ты мне заплатишь, либо твой хозяин. Не потому, что мне нужны деньги, я получу их и переплавлю в статую себя, а потому, что ты раз и на всегда должна запомнить, что ничего не бывает слишком просто.
Глядя ему в след, Далия только тихо засмеялась. Она всё смеялась и смеялась, уже сгибаясь от смеха напополам. Горячие слёзы обжигали глаза, заставляя утирать их рукавом и размазывать по лицу. Этот ублюдок никогда ей не нравился, он просто ужасный дракон, и как только Рилай этого не видит? Далия ведь ничего ему не сделала, она ведь просто хотела жить своей жизнью, вышивать и любить подругу. Смех уже душил и девушка упала на колени, упираясь локтями в землю и сжимая ладонями голову. У неё нет денег. Этот ублюдок вернёт её домой и тогда всё будет кончено.
Переждав истерику, Далия подошла к мусорному баку, вставая на носочки и заглядывая внутрь. Среди подгнивших овощей лежало письмо, промокшее и грязное. Не чураясь, девушка пододвинула стул, вставая на него и переклоняясь головой вниз. Её пальцы почти коснулись свитка, как вдруг сзади её толкнули чьи-то маленькие руки, совсем не похожие на ладони Кастро. Падение было мягким, но с омерзительным запахом. Далия только смотрела на себя, всю перепачканную отходами и никак не могла понять… почему. Прямо там она развернула письмо, уже не сдерживая слёз облегчения.
«Дорогая моя Далия!
Если бы ты только могла знать, как сильно я скучаю по тебе. Дни проходят, а я всё больше думаю о том, как мы встретились тогда, сведённые судьбой. Я так счастлива, что в тот день сумела обрести друга и семью, моя госпожа, я мечтаю поскорее вернуться домой и увидеть тебя. Я чувствую, что совсем скоро буду дома, война близится к концу. Я сражаюсь и иду вперёд, зная, что ты поддерживаешь меня и ждёшь. Здесь довольно прохладно, тебе бы понравилось, и я снова видела тех интересных птичек, помнишь, что были изображены на стенах ведьмы Хребта? Ты звала их аистами, а я до последнего была уверена, что их не существует. Но здесь их гнёзда просто повсюду.
Я украду для тебя их яйцо.
Твоя покорная слуга Рилай.»
Далия утерла слёзы, чувствуя резкий прилив сил. Её подруга скучает, помнит о ней, а значит — поехавший здесь Сальварес. Возможно, он завидует, что ему Диас не шлёт секретных писем, завидует, что их секс всё равно не так сблизил их, как трудности, что подруги пережили вместе. Это Кастро здесь жалкий, он и не догадывается, чего стоит сам. Даже мусор в этом баке ценнее, чем этот мерзкий зазнайка.