Древнерусские княжества X–XIII вв.
Предисловие
Этот сборник посвящен первым векам русской истории. Интерес к древней Руси, ее социальному, политическому и культурному развитию неуклонно растет. В нашей стране и за рубежом публикуется немало научных книг и статей, в которых исследуются различные аспекты древнерусской жизни. Целый ряд вопросов уже нашел свое решение, но многие проблемы только поставлены и начинают разрабатываться. К числу последних принадлежит одна из самых сложных в теоретическом отношении и труднейших по конкретному исполнению проблем — история формирования и развития государственной территории древней Руси. Эта тема и является главным предметом исследования авторов статей данного сборника.
В.И. Ленин подчеркивал, что «вопрос о государстве есть один из самых сложных, трудных»[1] в общественных науках. Для его решения необходимо знать, «как государство возникло и как оно развивалось»[2]. Появление, зарождение государства неотделимы от вопроса о его территории. Ведь, как указывал Ф. Энгельс, «государство отличается, во-первых, разделением подданных государства по территориальным делениям»[3]. Проблема образования и дальнейшей эволюции государственной территории применительно к древней Руси во всей своей теоретической глубине, на основе марксистско-ленинской методологии была впервые поставлена в советской исторической науке. В вышедшей в 1951 г. монографии ««Русская земля» и образование территории Древнерусского государства» А.Н. Насонов показал, как с расколом восточнославянского общества на классы и с появлением публичной государственной власти происходил процесс формирования государственной территории в различных местах Восточно-Европейской равнины, как шло здесь распространение феодальных даней и феодального суда.
С тех пор прошло почти четверть века. Наука сделала новые шаги в изучении прошлого нашей страны. Благодаря источниковедческому изучению русских летописных сводов XI–XIII вв. определилась степень достоверности многих историко-географических сведений этих ценнейших памятников. Заново был проанализирован древнейший актовый материал. Огромные успехи сделали археологи, раскрывшие многочисленные города и селения киевской эпохи.
Это накопление нового фактического материала, необходимость его интерпретации и обобщения объясняют появление сборника. В сборнике прослежена история образования и дальнейшего нарастания территории древнейших центров Древнерусского государства: «Русской земли» во главе с городами Киевом, Черниговом и Переяславлем, в XI в. ставшими столицами отдельных княжеств, Новгорода Великого, а также Полоцка и Смоленска. Особый очерк, посвященный Половецкой степи, позволяет наметить трудноуловимые границы русских княжеств с кочевнической степью[4].
Конечно, не все поднятые авторами сборника историко-географические вопросы могут быть решены с одинаковой степенью полноты. Такое положение естественно. Ученые еще не располагают по некоторым аспектам затронутых проблем достаточными и бесспорными данными, поэтому некоторые заключения имеют гипотетический характер. Но то, что сегодня кажется не вполне ясным, завтра будет видеться гораздо четче благодаря дальнейшему развитию научных знаний. И сборник делает шаг в этом направлении. Приложенные к большей части исследований карты являются ценными источниками для решения ряда историко-географических проблем русского средневековья; они служат дальнейшему развитию советской картографии и станут, в частности, как и сами исследования, нужным материалом при подготовке академического Атласа по истории СССР.
Научно-организационная работа по сборнику выполнена Р.Е. Альтшуллер и А.К. Зайцевым.
П.П. Толочко. Киевская земля
В истории Древнерусского государства IX–XIII вв. особое место принадлежит Киевской земле. Будучи древним политическим и территориальным ядром Руси, она в XII–XIII вв. не превратилась в наследственную вотчину какой-либо княжеской династии, не сложилась в отдельное княжество, как другие земли, а считалась общединастическим наследием древнерусской княжеской семьи.
Первоначально территориальную основу Киевской земли составляла «Русская земля», раскинувшаяся между Киевом, Черниговом и Переяславлем, которую вплоть до начала XI в. киевские князья рассматривали как свою вотчину и не желали дробить[5]. Чернигов и Переяславль управлялись непосредственно из Киева и не имели своих князей. Позднее, в XII–XIII вв., Киевщина нередко отождествлялась с «Русской землей», но территориально уже не совпадала с ней. Основные владения Киева располагались на правом берегу Днепра, включая земли древлян и юго-западные районы расселения дреговичей. Западные границы Киевской земли уже в X — начале XI в. проходили по линии реки Западный Буг, южные — по линии реки Рось и верхнего течения Южного Буга.
В неспокойные времена феодальной раздробленности владения великокняжеского стола располагались как вокруг Киева, так, в отдельные периоды, и в ряде удаленных от него княжеств. Например, киевские князья из династии черниговских Святославичей удерживали за собой и Вятичскую волость, а во времена княжения в Киеве представителей рода Мономаха статус великокняжеских владений получали Волынь, Туровская и Переяславская земли. Иногда в результате раздачи киевских волостей младшим князьям, а нередко и сильным удельным властителям, постоянно претендовавшим на долю в Киевской земле, собственно великокняжеские владения Киева сокращались в размерах.
В рамках статьи невозможно проследить изменчивость границ Киевской земли в хронологической последовательности, как невозможно и исчерпать тему в полном объеме. В предлагаемом историко-географическом очерке лишь в самых общих чертах определены границы и размеры земли, как они сложились к середине XII в., отмечены те земли, которые в отдельные периоды своей истории соединялись с владениями великокняжеского стола, описаны основные центры собственно Киевщины. На основании письменных и главным образом археологических источников предпринята попытка социально-экономических характеристик различных центров, подъем которых приходится на эпоху феодальной раздробленности Руси. Значительное внимание уделено вопросам обороны Киева и Киевской земли от кочевников, которая, как и охрана внешних торговых путей, возглавлялась великими киевскими князьями и велась в интересах всей Руси.
Историко-политический аспект темы в очерке опущен, поскольку он специально рассмотрен нами в ряде предыдущих работ[6]. Однако на вопросе о месте и роли Киева и Киевской земли в период феодальной раздробленности Руси необходимо остановиться и здесь. Большинством исследователей признается, что на протяжении XII — начала XIII в. Киев и Киевская земля находились в фокусе интересов многих древнерусских земель, являясь тем стержнем, вокруг которого кипела общественно-политическая жизнь страны. Разногласия вызывает лишь характер взаимоотношений Киева и удельных столиц. Борьба князей из различных династий за Киев рассматривается то как необходимое условие к достижению старшинства на Руси, то как стремление подчинить Киев Чернигову, Владимиру, Смоленску или другому центру. При этом великий князь нередко именуется не киевским, а черниговским, суздальским, волынским, смотря откуда он пришел в Киев.
Анализ летописных известий показывает, что борьба князей за Киев со времен Владимира Святославича была борьбой за старшинство на Руси. Традиционная роль Киева — политического и церковного центра Руси, экономическое могущество и его высокий общенародный авторитет делали киевский стол и в XII–XIII вв. заветной мечтой многих князей. Вне зависимости от династической принадлежности и личных качеств удельные князья, едва овладев Киевом, становились из автономистов самыми решительными и последовательными поборниками объединения Руси. На киевском столе они проводили политику, согласованную с общерусскими интересами. Далеко не всем им удавалось превратить свое старейшинство в реальную власть над остальными князьями, однако обладание Киевом давало такую возможность.
А.Н. Насонов считал, что окончательное оформление Киевской волости — княжения приходится на конец правления Ярослава Мудрого[7]. Завещанием последнего древняя «Русская земля» была разделена на отдельные уделы. Чернигов и Переяславль отошли к младшим сыновьям Ярослава. Киев потерял право непосредственного распоряжения их судьбами. Левобережные владения великих князей значительно сократились. Лишь узкая полоса земли (10–15 км), протянувшаяся от Десны до Корани, продолжала оставаться во владении Киева. Центром этого заднепровского округа, вероятно, был город Саков. Впервые он упомянут в Ипатьевской летописи под 1101 г.[8] Здесь русские князья заключили мир с половцами. Участие в переговорах о заключении мира киевского князя Святополка, а также Владимира Мономаха, занимавшего тогда переяславский стол, дает основание считать г. Саков пограничным между Киевской и Переяславской землями. Об административной зависимости Сакова от Киева свидетельствует и тот факт, что воевода или посадник этого заднепровского центра — Лазорь Саковский неоднократно упоминается в истории Киевского княжества[9].
Население Сакова было если не исключительно, то преимущественно тюркским. В 1142 г.[10] братья великого киевского князя Всеволода попытались изгнать из Переяславля Вячеслава Владимировича. На помощь переяславскому князю Всеволод послал «Лазоря Саковского с Печенъги и с вой». В рассказе летописи под 1150 г. об изгнании из Переяславской земли Юрия Долгорукого говорится: «Мстислав же послася на ону сторону к Турцѣем (сам был на правом берегу Днепра. —