– Посмотрим. Бойцов сначала заберём. На палубу выйду, воздухом подышу.
– Выйди, выйди. Пошли, провожу.
– Ты Иву провожай. Я себя нормально чувствую.
– Ну-ну. Чувствует он. Пошли, подышим на пару.
Преодолев лёгкое головокружение, добрался до борта, прислонился здоровым боком. Плечо задёргало, но терпимо. Пошевелился, устраиваясь удобнее, утвердился на ногах. Втянул ночной воздух, до боли в лёгких наполняя грудь. Тиха какая-то там ночь… Как там у классика? И чего-то там ещё про звёзды. Не помню. А ночь действительно тиха. Берега не видно в темноте, только по накатывающим запахам и можно определить его близость. Шумит осторожно море, плюхая мелкой волной о борт. В разрывах облаков проглядывают крупные яркие звёзды. Луна скрыта, надо подождать, пока откроется. Вот и облака пролетели, и вокруг всё озарилось ярким призрачным светом. И почему я ни разу не Айвазовский? Красота ночного моря, близкого берега, освещённого лунным светом, завораживала. Хорошо на юге. Закружилась голова. Слишком много кислорода. Пора в свою каютку.
Утро встретил на ногах. За ночь окончательно оклемался, рука почти не болела, если, конечно, не напрягаться. Попросил подвязать косынку, стало гораздо легче. Подошли к берегу, прошлись по раненым. С кем можно было поговорить, поговорил, выясняя, кто такие и откуда, какими силами пришли. Кстати, выяснилось, что норманны возвращались из Ируна, вволю там порезвившись. Городишко потрясли, хорошенько его ограбив и вдоволь погуляв. Горивой только покивал утвердительно на эти слова. Что-то я про добычу совсем забыл, что мы хоть захватили-то? Ладно, потом, никуда она не денется. Отошли чуть в сторону, надо было принимать решение, что делать с пленными. Вопрос решился буквально за минуту. Лишней крови никто на себя брать не захотел, не дело добивать раненых. Оставили им дракары, всю кожаную броню, кое-какое оружие. Остальное сразу после боя уже было перетащено на наше судно. Ну и хорошо. Напоследок попросил не нападать на наши суда, иначе будет плохо. На скептическое молчание пожал плечами в ответ:
– Дело ваше. Так, как повезло вам, не всем может повезти.
А что? Пока живы. Если повезёт, выживут. Ну а если нет, то значит, не повезло.
Оставив на берегу недоумевающих норманнов, подняли якорь и пошли назад. Нужно забирать наших бойцов. Может, и Рагнар уже там. На недоумевающие вопросы графини пока не стал ничего отвечать, а отослал её к Горивою, сославшись на слабость. Нечего мне сказать, да и разговаривать неохота, всё равно скоро расставаться. Единственное, так это попросил Горивоя предупредить на всякий случай возможную панику при встрече с нашими союзниками. Да разберутся, не маленькие.
Рагнар ждал нас. Горели костры на берегу, мурашами суетился лагерь около чёрной туши дракара, умостившего чёрный острый нос на жёлтый песок.
– Горивой, я на берег сойду, а ты на борту останешься. Приготовьтесь к бою, так, на всякий случай. Мало ли какие мысли у Рагнара появятся, особенно если прознает о побитых норманнах.
– Вот и я так же думаю. Только куда тебе на берег? Может, лучше я схожу, поговорю?
– Раньше надо было нам думать, теперь увидели нас. Не объяснишь им, почему я на борту остался. Бивой, становись рядом с дракаром. Да пушки проверьте и зарядите, пусть будут. Бойцы наши вроде спокойно стоят, встречают, но не расслабляйтесь.
Встали рядом, аккуратно по сброшенным прямо в воду сходням сошёл на берег, раздвигая сапогами упругую волну. Вымок, да и ладно, зато рану не потревожил, высохну. Пошлёпал к встречающей меня группе воинов во главе с Рагнаром, противно и громко чавкая сапогами.
– Заждались тебя, псковский ярл, – конунг внимательно глянул на мою подвязанную руку.
– Пришлось позвенеть мечами. Норманны напали.
– Что, прямо так взяли и напали? Даже не поговорили? – насторожился ярл.
– Из-за мыса выскочили и сразу в бой. Красный щит на мачте подняли.
– Далеко?
– Половину дня на восход. Я раненых приказал не трогать, оставил на берегу. Хочешь поговорить с ними, собирайся и иди за нами. Мы возвращаемся.
– Дальше не пойдёшь? Хотя, что это мы с тобой на берегу говорим? Приглашаю к нашему костру. Там удобнее будет.
– Пошли, коли приглашаешь! – Обернулся и крикнул внимательно наблюдающему за нами Горивою: – Оставайтесь на борту. Я с конунгом переговорю и отходим.
– Торопишься. Посидели бы, выпили. Добыча богатая. Делить нужно.
– Конунг, теперь ты торопишься. Присядем, тогда и будем говорить.
– Пошли, – скривился Рагнар недовольно, развернулся и потопал к костру, загребая песок.
Я чуть задержался, бросил вопросительный взгляд старшему поста. Тот понял правильно, поспешил успокоить:
– Всё в порядке, боярин. Увидели, сигнал подали, встретились и рассказали, как ты и велел.
– Молодцы! Ступайте на шхуну.
Присел у костра, принял протянутый кубок, ухватил кусок жареного мяса. Прожевал, запил, крякнул.
– Отличное вино. Долго вас ждали. Пришлось пост оставлять на берегу. Как погуляли?
– Жаль, что ты с нами не пошёл. Много пропустил. Да, привёз тебе несколько местных, будешь говорить? Только как ты с ними поговоришь? Язык-то знаешь?
– Знаю. Давай сразу и поговорю. Где они у тебя?
– Привести или не надо?
– Не надо.
– Пошли, послушаю, как ты с ними говорить станешь.
Чуть в отдалении, под охраной двух воинов, тесной группой прямо на песке сидело несколько грязных и оборванных человек. Увидев приближающегося конунга, испуганно вскочили на ноги и неосознанно сбились плотнее. Как запугали бедолаг. Остановился, внимательно рассмотрел такие недавно ухоженные лица и ободранные руки, рваную дорогую одежду. Не простые люди. О чём мне с ними говорить? Графиня обстановку мне прояснила, какую информацию мне ещё нужно получить? Горивоя бы сюда, да он языка не знает.
– Ответите мне на несколько вопросов и пойдёте домой. Согласны?
Подняли головы, смотрят неверяще.
– А выкуп?
– Не нужен нам выкуп. Лучше ответьте, как место называется, откуда вас взяли, что на юге происходит? Где арабы?
Приободрились вроде, переглянулись, подтолкнули пухленького здоровяка вперёд.
– Арабы на юге, еле сдерживаем их. Захватили нас в Доностии, не повезло нашему городу, только-только вздохнули спокойно после нападения норманнов, как даны налетели, – испуганно вжал он голову в плечи, услышав зловещий хмык Рагнара. Помешкал чуть, но собрался с силами и продолжил: – Отдали всё, что было, как теперь жить будем…
– Ты на жалость не дави. Наверняка в подвале кубышка с золотом зарыта?
Услышав про золото, конунг заинтересовано придвинулся ближе. Поймал затравленный взгляд купца, злобно ухмыльнулся, поиграл ножом на поясе, вгоняя бедолагу даже не в бледность, а в синеву.
– Погоди, Рагнар. Помрёт ещё. Да и оно тебе нужно? Добычу взял и довольно. Пусть хоть что-то им останется.
Скривился недовольно дан, отошёл назад, а у самого глаза довольные, как у того кота, что горшок со сметаной уронил.
– Ты продолжай. Да не бойся, никто тебя грабить больше не будет. Пока. Я-то точно не буду, за других не ручаюсь. Скажи, во-он тот мыс видишь?
– Вижу.
– Что там за ним?
– Хондарибия. Хендай, Ирун, да много что.
– А Бордо далеко?
– Это тебе на север идти нужно. Пройдёшь сначала Байонну, потом будет большой залив, Аркашон, но ты иди дальше. Увидишь большую реку, туда и заходи. Поднимешься вверх, и будет Бордо. Только тебе не взять города.
– Рассказывай.
– Стены у графа высокие и крепкие. Войск хватает, и наёмники есть.
– Я не воевать туда иду. У меня судно товаром загружено, хотел бы его продать. Как думаешь, удастся?
Пухлый с сомнением искоса глянул на меня, на Рагнара. Правильно сомневается, подводит меня конунг.
– Это родич герцога нашего. Встретились недавно. Они на острова шли, – ответил на невысказанный вопрос.
Покивал головой, а что ему ещё остаётся:
– Не знаю. Ничего теперь не знаю. Вся торговля порушена с начала лета.
– Хорошо. Забирай своих людей и уходите. Отпускает вас конунг.
Не обращая больше на них внимания, обернулся к Рагнару:
– Пленников я отпускаю. Дай указание своим воинам пропустить их. Пусть уходят.
– А выкуп?
– Я им слово дал, если честно ответят на вопросы, отпущу.
– Это ты слово дал, а не я. У меня они бы и так всё рассказали.
– Конунг, дело твоё. Хочешь честь мою уронить? – бросил взгляд в сторону шхуны.
На борту зашевелились, почуял стреляный волк Горивой, что горячим запахло. Вот я ввязался. Кто меня за язык дёрнул? Что мне дело до этих пленных горожан? Нет дела. Но и мимо уже не могу пройти. Да и конунг на голову сядет, если слабину почует. Глупая была идея его с собой брать. Хотя он сам прицепился, долг у него. Кстати, может на этом и сыграть?
– Ты за мной зачем пошёл? Долг крови отдать? Или за добычей?
– Хорошая добыча долгу не помешает. Как я тебе его отдам, если ты боя избегаешь?
– Рагнар, пока ты мирных горожан грабил да с девками забавлялся, мне пришлось одному с двумя дракарами схлестнуться.
Ух, как вскинулся, кровью налился.
– Погоди, я не закончил. На долю в добыче, которую ты мне обещал, я не претендую. Забирай всё себе, но людей отпусти. Уговор?
Попыхтел, но трезвый расчёт взял верх.
– Уговор! – и в сторону воинам. – Выведите их из лагеря, да пусть удирают поскорее, пока я не передумал. Помолчал, успокаиваясь, и уже мне:
– Что ты там про схватку с норманнами рассказывал?
– Да напали на меня два норманна за тем мысом, про который я и расспрашивал. Теперь раненые на берегу отлёживаются, кто в живых остался, – чувствуя, как по спине стекает противная струйка пота, махнул рукой, показывая направление.
Тяжело переговоры даются, понервничал сильно. Хоть и шхуна почти рядом и мои люди наготове стоят, но всё равно находиться одному в окружении вооружённой толпы, да не толпы, а отряда опытных и умелых бойцов, страшновато. И что я за этих горожан впрягся? Жалко стало, наверное. Или потому, что с самого начала был против похода Рагнара с нами и, тем более, против таких вот его разминок. Ладно, проехали.