Дрёма отчитался за проданный и купленный товар, но все точные подсчеты мы произведём дома, а пока просто подбили некоторые итоги и наметили приблизительный план дальнейшей торговли. Потом ещё немного посидели у догорающего костра, наблюдая, как выставляются дозорные и ставятся рогатки. Пока дружина готовилась ко сну, вместе с десятниками прикинули план ночной обороны. Так, на всякий случай. Доведя его до каждого бойца, наконец, все отбились, кроме дежурной смены. А я прошёлся по берегу, подышал морским воздухом, пошуршал подсохшими на солнце водорослями. Полюбовался на восходящую луну в серебре плывущих по небу редких облаков.
Оглянулся на засыпающий лагерь. Всё было видно как днём. Каждая складка местности, каждый камешек прекрасно просматривался, как и одинокий парус в море у далёкого горизонта. Что же я выпил из кубка? Это навсегда или скоро пройдёт? Вопросы множатся, а ответов нет. Надо домой, к Верховному.
Дальнейшее плавание прошло спокойно. На траверзе острова Муху спустили паруса и подошли поближе к острову. Вскоре на баркасе прибыл старшина пиратов и перебрался к нам на борт. Весь обратный путь ветер благоволил и дул в корму, светило весеннее солнце. Пороги на Нарове мы прошли не задерживаясь, с ходу. А ещё через день швартовались к родному причалу, рядом с недавно возвратившейся баржей. Поручив пиратского вожака Мстише, принял короткий доклад от сторожей. Всё в порядке дома, и это радует.
Памятуя о прошлогоднем своем ляпе, когда я не доложил вовремя князю о походе, сразу же после швартовки поспешил в Кром. И уже в воротах столкнулся с Трувором, выезжающим мне навстречу.
– Я уж думал, ты опять на доклад не поторопишься. Вот решил навстречу сам выехать. – Рассмеялся довольный князь, завидев меня.
– Работаю над ошибками, княже. – Заулыбался я в ответ. Как славно – князь живой и здоровый.
– Возвращаемся! – отдал команду своему сопровождению Трувор, разворачивая коня.
Спешился у крыльца, обернулся ко мне и облапил радостно. Тут же и Горивой по спине поздоровался со всего маху. А сбоку, в плечо, прилетело ещё одно «здравствуй». Повернулся – Синеус!
– Князь, какими судьбами? – опешил я. – Случилось что?
– Всё хорошо, пошли в терем. Там поговорим обо всём.
В терем, так в терем – поспешил следом. Подождали, пока накроют на стол, расселись. Утолив жажду и первый голод, рассказал про наш поход, ничего не скрывая и особо выделив событие, произошедшее со мной на Рюгене. Чем немало озадачил присутствующих. Выслушал и местные новости, в которых не было почти никаких изменений. Всё по-старому. Идёт постоянная стройка. Синеус рассказал, что весь привезённый баржей товар с выгодой перепродал тут же в Новогороде, и, вместе с командой решил выбраться к нам – посмотреть на новшества и обсудить дела. Из нового – в Новогороде открыли мелкую лавку на торге. Решили разворачивать нашу разведывательную сеть.
Подкрепившись основательно, поразмыслив над новостями, выработали совместное решение – мне надо обязательно и, чем скорее, тем лучше, отправляться к Верховному волхву в храм у Старой Ладоги. Поэтому завтра загружаем баржу стройматериалами, и я отправляюсь на ней к Будимиру. Трувор с Синеусом, на двух ладьях, пойдут в Данциг и на Рюген. Завтра знакомлю князей с пиратским вожаком, и мы заключаем с ним ряд о ненападении на наши суда и о возможном торговом союзе. Будем скупать всё награбленное у пиратов, и начнём продавать им свои товары. После недолгого спора (Синеус хотел для себя отжать суда) решили, что продаём им три драккара и за отдельную плату буксируем к пиратским островам. Впрочем, пусть этим князья занимаются. Принципиальные вопросы мы обсудили, а в мелочах они и сами, лучше меня, разберутся.
Договорившись встретиться утром, поспешил к себе. Когда шёл мимо заснувших у причала судов, подумал о срочной необходимости дополнительного набора кормчих с командами. Пройдя в ворота и поприветствовав караульных, с радостью увидел ожидавшую меня живописную группу встречающих меня друзей. Пожалуй, хлопки по спине и по плечам от них мне были всё-таки более радостны и приятны. Ввалившись весёлой и гомонящей толпой в сени, встретились со строгой Миленой, скинули уличную обувь и обулись в комнатные тапки. Перед походом я случайно, в разговоре как-то обмолвился об этой полезной вещи, и Милена уже воплотила её в жизнь. Ну и отлично. Опять пришлось рассказывать о плавании, одновременно раздавая привезённые каждому подарки. Вот только о происшествии в храме пока ничего говорить не буду. А потом ужин перешёл в совещание с нарезанием очередных задач и пожеланий. Нам надо увеличивать и увеличивать срочно дружину и команды лодий. Укрупнять производства, пока наш товар пользуется бешеным спросом. Надо заложить ещё пару лодий на верфи и построить новую баржу – судов катастрофически не хватает. Как не хватает и купцов. Послед в этом плавании показал себя грамотно. А кроме Последа и нет у нас никого. В лавке обучаются люди, но сколько еще они будут обучаться. Может, стоит нашим купцам в каждое плавание брать с собой по нескольку помощников? Для практики? А потом выбирать из них наиболее толковых? Благо, сейчас народу для торговли у нас хватает.
Наконец, совещание закончили, и я отправился в свою любимую баньку, где и отвёл душу по полной программе. Компанию мне, как всегда, составил мой верный Головня, а Любава по установившейся уже традиции всунула в руки мужу большой кувшин холодного кваса с ледника. Ещё успел по дороге посвистеть Грому и тот быстро примчался, радуясь. Так и проводил меня до бани, а потом улёгся перед порогом, охраняя. Ну а мы всласть напарились. Товарищ мой вскоре попрощался и ушёл к себе, а я остался ночевать. Ну не было у меня никаких сил и желания топать домой. Мне и тут неплохо. Думал, засну сразу же, как только займу горизонтальное положение, ан нет. Полночи прокрутился, перебирая в уме события прошедших дней. Известно, что ночью и думается легче, и решения находятся быстрее. Вот только почему-то с подъёмом все они забываются, или кажутся полной ерундой. Хорошо ещё, что осталось у меня твёрдое убеждение в том, что я, наконец-то, получил чёткий ответ, для чего я тут нахожусь. И уверенность в том, что иду по правильному пути. Так и пойдём. Но немножко своей дорогой. Да и по пути посчитаемся кое с кем. На этой мысли наконец-то заснул.
С утра показывал наши товары Яну, пиратскому вожаку. Но сначала осмотрели драккары, которые решили продать. После этого проводил нашего гостя, впечатлённого до самой печёнки и свалившимся на него счастьем в виде просмоленных посудин, и нашими каменными стенами, и разнообразными товарами, в Кром, где и представил его обоим князьям. Как ни пытался казаться невозмутимым Ян, но, узнав, кому он будет представлен, заметно струхнул. Ещё бы! В Северном и Варяжском морях имена Трувора и Синеуса были на слуху ещё до приглашения Рюрика на стол княжеский в Новогороде.
Получив разрешение князей на продажу драккаров и оружия, Ян воспрянул духом и попытался было сразу рассчитаться, но был остановлен мною. Ещё не хватало трясти золотом в присутствии князей – до того ли им? Может, они о высоком мыслят? Поэтому быстро проводил его к нашему казначею, где и были совершены оценка и подсчёт предлагаемого к оплате золота. Рассчитавшись за драккары, Ян выразил желание прикупить изделия наших кузнецов на все оставшиеся деньги. Оставив договорённую сумму на буксировку, остальные деньги пошли в уплату за брони и луки со стрелами. Арбалеты, хорошо подумав, не решились пока продавать. Вот когда их начнут все вокруг использовать, тогда и мы впишемся в продажи. А пока – погодим.
Загрузили баржу, я отправился отдыхать, оставив все дальнейшие заботы князьям. Проще говоря, решил сачкануть от дел – устал что-то. Видать, просто так беседы с богами не проходят.
Утром позавтракал и, в сопровождении Грома, которого решил взять с собой, а также и Молнии, дошёл до причала, перебрался, еле поднимая ноги, через борт баржи, залез под меховую накидку и опять уснул. Проспал целый день. Ни волна в озере, гулко бившая в плоские борта баржи, ни разговоры команды на борту – ничего не могло меня разбудить. Расслабился. К вечеру мой измученный организм пришёл в порядок, и я проснулся. Но лишь для того, чтобы облегчить измучившееся нутро, да закинуть в желудок по-быстрому порцайку вкусной каши. После этого опять провалился в сон и проспал до утра. Ничего не слышал: ни как приставали и отчаливали от берега, ни как сновала туда-сюда команда. Да и снов-то никаких не помню – полное ощущение выключенного рубильника. Как вчера выключили, так и включили только утром.
А вот утро принесло мне новые сюрпризы. Всё, произошедшее со мной в храме на Рюгене, мгновенно разложилось по своим полочкам в голове, и я понял, что же я получил в подарок от Святовита. А ещё говорят, что утро добрым не бывает. Бывает, и ещё как.
Теперь я могу видеть одинаково и днём и ночью, причём расстояние не играет никакой роли. Только надо хорошо настроиться на объект, который хочу увидеть. Точно так же и со слухом – можно слышать очень далеко, только необходимо навести свои пеленгаторы на нужный предмет. Эти способности можно, как бы, отключать – чтобы не мешали, и включать, пользоваться ими в нужный момент.
После завтрака подозвал Последа и потребовал у него подробного рассказа о прошедшем плавании, со всеми выводами. Очень меня интересовало, как справляется новый кормчий с командой, как себя ведёт дружина под командованием Данислава. Несмотря на свой возраст, молодой купец уже не раз доказывал правильность своего назначения на эту должность. Да и опыта в ребячьей разведке приобретено было много, вкупе с природной наблюдательностью. Так что выводам и анализу, сделанному Последом, можно было полностью доверять. Вот походит по маршруту Псков – Новогород, наберётся опыта, и можно будет его куда-нибудь подальше отпускать. Так и проговорили с ним до обеда. После обеда вышли в море и пошли к устью Невы. Опасался, что в море волна будет сильно бить в днище. Однако мои опасения не оправдались, и ничего страшного не было – баржа точно так же, как и в озере, тихонько плюхала по волне.