Сын кивнул, соглашаясь. Тут вообще такого рода «доказательства» выглядели откровенно дико. Если бог есть, то пусть сам покажется или как-то еще продемонстрирует свое существование. Просто, понятно, убедительно.
– И потом, даже если бы и были, на Земле неисчислимое количество религий и конфессий, утверждающих, что бог только один, причем исключительно тот, в которого верят именно они и по их эксклюзивным правилам. Следовательно, если лишь на миг предположить, что любая из религий, конфессий, ответвлений или сект права, то автоматически все прочие ошибаются. Все это прекрасно понимают, что ничуть не уменьшает количества верующих.
– Ладно, оставим этот вопрос, – сказал я после небольшой паузы. – Потому что есть еще один, куда более важный.
– Какой?
– Как на все это отреагируют мамы?
Сын сразу приуныл. Планировать сражения с драконами и богами было куда проще. Эль с Ларой считали чем-то само собой разумеющимся, что наши дети когда-нибудь подберут себе пары среди эльфов. И это во-первых, а во-вторых, произойдет данное замечательное событие не просто когда-нибудь, а еще очень не скоро. Так же по определению считалось, что раз я неравнодушен к эльфийкам, то буду только за.
Правда, нужно признать, все-таки один раз жены поинтересовались и моим мнением. На прямой вопрос я ответил, что если дети выберут среди перворожденных, то так тому и быть, возражать точно не стану. Эль с Ларой сочли это полным согласием, ведь, по их мнению, больше и негде выбирать. Не среди гномов же, в самом деле.
Иваниил ничуть не хуже меня (а может, даже лучше) знал о таких настроениях. Это каким же идеалом должна быть человеческая женщина, чтобы эльфийка увидела в ней подходящую пару для своего сына? Лично у меня воображения не хватало. Действительно, сходить подраться с кем-нибудь из небожителей или летающих ящеров может оказаться куда более простым делом.
Глава 18
Мариэль. Наследная принцесса
Я, конечно же, рада за брата. Честно! То, что он нашел свою настоящую любовь, – прекрасно. Когда дойдет до объяснения с мамами, постараюсь ему помочь, насколько это получится. Только для начала следует самой убедиться, действительно ли это настоящая любовь, а не мимолетная влюбленность, и достойна ли эта Альмила моего брата?
Красива? Да. С некоторыми эльфийками в этом смысле сравниться сможет. Умна? Пока не знаю. Но уже видно, что точно не полная дура. Образованна? Скорее всего. Древние языки ведь не по отдельности обычно изучают, а при комплексном подходе. Однако нужно иметь в виду, что храмовое образование и само по себе зачастую вещь сомнительная. Там, бывает, такой ерунде учат, что, пожалуй, лучше совсем без него.
И еще большой вопрос, а образованная ли эта Альмила вообще? Может, как было и с исцелением, помолилась – и готово. Знания вроде бы есть, но ведь образование – это нечто большее: как минимум еще и опыт.
В любом случае, все вышеперечисленное далеко не главное. Главное вот что: подходит ли девушка моему брату вообще (и как сама она относится к парню)? На него в этом вопросе сейчас положиться никак нельзя, поэтому придется знакомиться поближе и выяснять самой.
Подходящий повод нашелся быстро. Да и не повод, а вполне реальная причина. Мне действительно интересно, каким образом Альмиле удалось так быстро исцелить такую серьезную рану. Это же интересовало не только меня, но и тетю Ли. Девушка от нас ничего не скрывала, но толку от ее искренности было чуть. Долго пришлось спорить о терминологии. Вернее, у Альмилы оказался всего один термин для всего, как-либо связанного с магией, – молитва.
– В таком случае как ты объяснишь вот это? – наконец не выдержала тетя Ли.
Эльфийка вытянула правую руку в сторону и вырастила на ней огромный, никак не меньше метра в диаметре, огненный шар (сколько же она силы в него вбухала?!). Не дожидаясь, пока шар исчезнет, бросила в ближайший куст. Снаряд начал рассеиваться в полете прямо на глазах, теряя размер и яркость. До цели долетела только маленькая искорка, которая не смогла ничего зажечь. Но будь куст совсем сухим и находись поближе, скорее всего, получилось бы.
– И заметь, я никому не молилась и тем более ни у кого не просила позволения создать из моей же силы огненный шар. Просто взяла и сделала сама, невзирая на огромные потери энергии.
– Нам известно о таком явлении, – спокойно ответила Альмила.
– Вот видишь, а говоришь – молитвы, – обрадовалась я.
– Во-первых, любое обращение к силе и есть не что иное, как молитва, что бы вы ни думали по этому поводу, – упрямо повторила монашка. – Во-вторых, если в короткий промежуток времени удастся выделить больше силы, чем обычно берет Звимзел, то излишек иногда, под влиянием очень сильного желания, приобретает какую-нибудь форму. Только это случается крайне редко и абсолютно всегда спонтанно. Как ты смогла сделать это умышленно, я не понимаю.
Дальше мы попытались еще раз объяснить дикарке, что такое магические плетения и заклинания. Как ни странно, суть она уловила быстро. Похоже, до этого просто не слушала за ненадобностью, а после демонстрации проявила внимание. Оказывается, и раньше о чем-то таком знала в теории. Читала в библиотеке монастыря. При этом смущенно призналась, что книги из той части хранилища хотя и не запрещены, но точно не рекомендуются. А это уже хорошо. Говорит о ее правильном мировоззрении, раз нерекомендуемые книги тайно почитывала. Не все еще потеряно.
– Тогда сама попробуй какое-нибудь простенькое плетение, – предложила тетя Ли.
Альмила начала отнекиваться, хотя было прекрасно видно, что совсем не прочь испытать новое для себя явление. А когда человек сам чего-то хочет, уговорить его совсем нетрудно. Главным аргументом стало то, что поскольку любая магия по ее определению – молитва, сила, в конце концов, все равно достанется Звимзелу вне зависимости от результата эксперимента.
– Вот смотри, – начала объяснять тетя Ли, – это очень упрощенное плетение огненного шара. В первую очередь я убрала все защитные блоки. Вообще-то с таким вариантом лучше не связываться даже слабому магу, но в наших условиях опасаться нечего. Главным предохранителем поработает Звимзел.
Я с любопытством рассматривала висящую между ладонями эльфийки едва уловимую магическую конструкцию. Действительно, очень упрощенное заклинание огненного шара. Там нет и половины того, что бывает обычно. Почему нас таким плетениям никто не учил? Нужно запомнить, вдруг когда-нибудь понадобится. Поймала взгляд брата, который думал о том же. Он хоть и влюблен, но голову пока не совсем потерял и такие интересные вещи очень даже замечает.
Альмила наконец решилась. Встала, приготовилась, вытянула руку и…
Следующим, что я увидела, был склонившийся надо мной отец. Нет, сначала яркая вспышка, а уже потом папа.
– Жива?! Ничего не болит?
Я кивнула, хотя на самом деле болело все лицо и руки.
– Тогда ушастой экспериментаторше, до которой все никак не доходит, что спички детям не игрушка, сильно повезло. Не буду ей ее глупые уши отрывать.
Я поняла, что отец имеет в виду вовсе не меня, а тетю Ли. Кое-как поднялась на ноги. Да, натворили мы делов. Куста, в который Альмила должна была бросать огненный шар, в случае если тот у нее вообще получится, не наблюдалось. Как, впрочем, и всех соседних. Тростник и камыши также исчезли. Наш берег сильно заросшего озера оказался идеально чистым, если не считать пепла. Воду тоже прилично нагрело, и над ней поднимался пар. Если бы не так кстати оказавшееся рядом озеро, не избежать нам крупного лесного пожара.
С последствиями все ясно. Осмотрелась по сторонам. Совсем рядом, как надо мной папа, над Альмилой склонился Ив. Тетя Ли поднялась на ноги уже сама. У обеих лица красные, волосы не слабо обгорели, а ресниц и бровей вообще нет. Значит, и я выгляжу не намного приличней! Просто ужас! Нет, это плетение лучше не применять.
– Ты хоть представляешь, девочка, что сейчас сделала? – обратилась к монахине почему-то очень довольная эльфийка.
– Сожгла кусты, – ответила та без всякой радости.
– Нет. Ты прошла магическую инициацию. Нам вообще очень повезло. Находись мы в нормальных условиях, и сама сгорела бы, и всех, кто был рядом с тобой, забрала, не оставив ничего, кроме оплавленного камня. В старые времена магов с подобным потенциалом в совете капитанов имелось всего четверо. Родись ты на пятнадцать тысяч лет раньше, оказалась бы пятой. Если вообще не первой. Тебе нужно учиться.
– Зачем? – совершенно искренне спросила Альмила. – Если будет что-то на самом деле необходимое, всегда могу попросить у Звимзела.
Нет, она точно дура! Отказываться от такого, надеясь на бога. Теперь я стала лучше понимать то, что говорил брату отец. Трудно придется Иву, очень трудно.
– Эх, девочка, ты просто не понимаешь, о чем говоришь, – продолжила тетя Ли. – Твой Звимзел слабее тебя. Если начнешь учиться, не пройдет и тысячи лет, как сможешь одним взглядом стряхивать с орбит планеты и гасить звезды, а всяких мелких божков гонять стаями.
– Правда? – вмешался в разговор отец.
– Ну, может, я немного и преувеличила, но только в том, что касается времени, – ответила эльфийка. – Империи нет, а вместе с ней и системы образования. Поэтому через тысячу лет вряд ли, а через три точно сможет. Каждый из той четверки, о которой я говорила, мог гонять богов почти любого ранга, а не таких, которые прячутся от всего мира в магической аномалии на луне.
– Звимзел не прячется, – возразила Альмила.
Хорошо, хоть не назвала его всемогущим. Я уверена, что любое эльфийское Древо Жизни будет посильнее. А уж наше – намного. Но девушке об этом знать рановато.
– Все равно подумай, девочка, – закончила тетя Ли. – Я научу тебя всему, что умею и знаю сама.
Та опять отмахнулась, но все же задумалась. Я тоже. Что же это получается? Выходит, Альмила сильнее тети Ли, которая, по нашим меркам, сама числится архимагом-универсалом. И это исключительно за неимением более высоких ступеней классификации. Богов гонять и звезды гасить? Повезло брату. Как в прямом, так и в переносном смысле этого слова. Правда, тут есть волшебное слово «потенциал». Однако, зная упорство тети Ли… Если она решила кого-то чему-нибудь научить, то обязательно это сделает, хочет намеченный ею кто-то или нет. Уж мы-то с Ивом точно знаем.