Дверь заклинило. Системы базы одна за другой выходили из строя. Филип отжал дверь вручную и вышел в коридор. Мимо пробегали люди с лицами, перекошенными от ужаса. Годы исследований, терабайты документов, планы, расчёты, колонизация… Всё рушилось на глазах. Этот искусственный мирок – Земля, принесённая на Венеру – трещал по швам и разваливался под оглушительный вой сирены.
Дышать становилось труднее, форма прилипла к вспотевшей коже. У выхода из модуля толпились люди, на ходу запихивая в рюкзаки то, что намеревались взять с собой. Изо всех сил старающиеся сохранять спокойствие, они медленно, один за другим, как того требовала инструкция, выходили из модуля и бежали к спасательным кораблям. Офицер-безопасник в серой форме проверил идентификатор Филипа и указал на отсек со спасательными кораблями.
Пропустив несколько человек с детьми, Дуглас остановился. Он не видел никого из друзей. Мимо проходили люди, мелькали лица, но ни Тони, ни Ван, ни Лукины так и не появились. У офицера засигналил коммуникатор.
– Что произошло? – резко спросил Филип, хотя и так знал ответ на этот вопрос.
Офицер посмотрел на него, затем обвёл взглядом стоящих рядом людей и тихо проговорил:
– Произошла разгерметизация. Второй модуль разрушается. Коридоры заблокированы в целях безопасности.
По толпе пронеся вздох. Люди, стараясь не смотреть друг на друга и не оглядываться, молча проходили к спасательным кораблям.
Тони. Ван. Лукины. Филип расстегнул комбинезон и отцепил карту с архивом. Вложил её в руку офицеру, хлопнул его по плечу и быстро пошёл назад.
Навстречу ещё попадались колонизаторы, спешившие к отсекам со спасательными кораблями. Они что-то спрашивали, кричали, но Филип не обращал внимания. В третьем отсеке понял, что остался один.
Услышав надрывный женский плач, свернул в коридор. Мужчина пытался оттащить от капсулы заплаканную женщину, цеплявшуюся за дверной проём.
– Где Эля?! Где моя дочь?! – истерически вопила Марта Лукина.
Олег обернулся и выпустил жену, которая, по инерции сползла на пол.
– Это ты, – прошептал Лукин, рукавом вытирая испарину со лба.
– Почему вы ещё здесь? И где Эля? – Филип наклонился и попытался поднять Марту, но та двинула ему по лицу, чуть не разбив нос.
– Эля пропала, – всхлипнула Марта. – Это ты во всём виноват!
– Как пропала? Когда?
– Сегодня вечером, – вздохнул Олег и снова вытер лоб рукавом. – Она всё твердила, что надо уходить. Потом сказала, что эти «они» уже здесь. Марта сорвалась и накричала на неё. И Эля ушла.
– За что? Почему мы? – Марта, рыдая, закрыла лицо руками.
– Знаете что, – сказал Филип, наклоняясь к Марте, – я постараюсь её найти, хорошо?
– Ты остаёшься? – с сомнением спросил Олег.
– По крайней мере, пока не найду Тони и Вана.
Олег и Филип взяли Марту под руки с двух сторон и резко подняли на ноги.
– Это бесполезно, Фил, – тихо сказал Олег. – Проходы закрыты. Они или уже на кораблях, или там, в лабораториях.
– Я всё же попробую. Выбирайтесь. Увидимся.
В полной тишине Филип добрался до прохода, соединяющего отсеки модуля. С удивлением обнаружил, что герметичная дверь открыта. Двигаясь по коридору, он видел, как отправился первый спасательный корабль, вспышка – и корабль превратился в светящуюся точку, неразличимую среди звёзд. По крайней мере, эта точка существовала. А в ней люди – живые и, хотелось верить, невредимые.
Филип ступал мягко, будто шёл по тонкому льду. Наконец добрался до прохода, ведущей во второй модуль. Закрыто. Осмотрев дверь, попытался открыть её в ручном режиме, но ничего не вышло.
А на что, собственно, он рассчитывал? Что в одиночку спасёт базу от разрушения? Что выведет людей из второго корпуса? Что они все вместе появятся из пламени и дыма, как в кино, добегут до спасательных кораблей, а потом будут наблюдать из окна за тем, как купол красиво трескается и рассыпается на множество осколков? Ещё бы героическую музыку добавить.
Стоп. Купол трескается. Что там Эля говорила о трещинах?
Филип вернулся в реальность и понял, что слышит тихий треск, больше похожий на шипение. И звук определённо доносился из-за двери. Пару секунд Филип смотрел на герметичную перегородку, а потом отпрыгнул в сторону, как раз вовремя, чтобы не быть сбитым разлетевшимися обломками. Из дымящегося прохода появились люди в комбинезонах и кислородных масках с баллонами за плечами. Филипа приложило спиной и оглушило, он не сразу понял, что задыхается, что воздух из коридора уходит в провал, где раньше была дверь. Голова гудела, перед глазами сгущалась тьма, вдохнуть не получалось.
Внезапно лёгкие раскрылись и наполнились кислородом. Очертания стали чётче, и оказалось, что Дуглас лежал на полу у ног человека в скафандре.
Пара глубоких вдохов через кислородную маску, и способность соображать вернулась.
– Ван!
Китаец улыбнулся и помог Филипу подняться.
– Как ты? – Голос Вана звучал глухо.
– Нормально. – Филип окончательно пришёл в себя. – Как вы? Что?
В ответ на попытки Филипа связать слова Ван только покачал головой.
– Выбрались, – коротко сказал Ван и посмотрел вслед уходящим товарищам. – Идём?
– Ты видел Тони?
– Нет. Он там, в отделе техники безопасности. Двери заблокированы. Воздуха у них достаточно. Пока.
– Я пойду туда, – твёрдо произнёс Филип.
– Ты не сможешь им помочь. Они остались добровольно. В отличие от нас. Кто-то должен был остаться и обеспечить эвакуацию. Они находятся в дальнем модуле, а разгерметизировались только эти три. Может, им повезёт.
– Повезёт?
– Ну да, скоро прибудет шаттл. Там строители, хотели же базу расширять. – Ван осмотрелся. Его коллеги-биологи уже скрылись из виду.
– Я всё-таки пойду, – упрямо повторил Филип.
– Зачем?
Филип не ответил. Он и сам толком не понимал, почему так стремился в разрушающийся модуль.
– Я пойду с тобой, – наконец сказал Ван.
– Нет, – покачал головой Филип, – я должен пойти один. Это мой выбор. А ты возвращайся. Ты важен для Земли, для науки, для колонизации. Твои исследования…
– Это только исследования, – перебил его Ван. – Им важен не я сам, а мои технологии. Съедобные растения без человека в космосе не выживут.
– А мне важен ты. Мне важно, чтобы ты был жив и здоров. И потом – я обещал Олегу найти Элю. – Филип посмотрел в окно, ему показалось, что в куполе появились тонкие, с волосок, трещины.
– Надеюсь, мы ещё увидимся, – сказал Ван и поклонился.
– Я тоже надеюсь.
Филип пожал Вану руку и пошёл дальше.
Модуль опустел, электричество работало с перебоями, Филипу казалось, что он двигается внутри мультфильма – свет зажигался и сразу гас, стены мелькали, создавалось впечатление, что помещение меняется каждую секунду. Сирена перестала выть, но резкий голос системы безопасности продолжал наговаривать инструкции. Филип прошёл несколько отсеков, и никого не встретил. Двери маленьких капсул и рабочих кабинетов застыли полуоткрытыми, как будто станция никогда и не была обитаемой.
Неважно, где жить и работать – главное, чтобы твои близкие были в безопасности. Миллиард лет до конца света мигом превратился в несколько минут. Впрочем, это у людишек каждая земная минута на счету, а у огромной каменной глыбы, несущейся в бескрайнем пространстве, миллиарды лет впереди. С людьми или без них.
Филип добрался до технического модуля, где располагался штаб службы безопасности. Герметичная дверь была плотно закрыта, окно информации сообщило, что внутри ещё остался воздух. Филип нажал на звонок. Ответа не последовало. Филип нажал ещё раз, и через пару минут за смотровым окошком возникло лицо Тони.
– Зачем пришёл? – донеслось из динамика.
Филип и сам не знал.
– Открой дверь.
– Зачем? Я думал, ты уже отправился! Иди отсюда! Спасайся! Быстро!
– Открой.
На секунду лицо Тони застыло, потом он пробормотал «ладно», отошёл на несколько шагов и закрыл камеру. Через полминуты дверь плавно отплыла, и Филип вошёл в герметичную маленькую комнату без воздуха. Дверь вернулась на место, Филип дождался, пока камера снова наполнится воздухом, и снял кислородную маску. Вторая дверь открылась, на пороге стоял Тони.
Лицо его было необычно серьёзным, огонёк в глазах погас, складки у рта стали резкими.
– Ну, и что ты тут забыл? – резко спросил Тони.
– Сам не знаю, – честно ответил Филип, осматриваясь. В комнате с мигающими мониторами находилось несколько усталых людей, которые мельком глянули на визитёра и вернулись к своим делам. Все выглядели обречённо – наконец-то нашлось подходящее слово.
– Как дела? – Филип и сам понимал всю глупость и неуместность вопроса, но ничего больше в голову не приходило.
Тони бросил на Филипа уничтожающий взгляд и вернулся за пульт управления.
– Остальные модули полностью обесточены. Воздух, который удалось откачать, направлен сюда и в ангары со спасательными кораблями. Платформа под станцией размагничивается.
– То есть, мы скоро улетим?
– Не смешно, – сказал Тони, не оборачиваясь. – Станция рушится. Купол уже трещит.
– Трещит? – переспросил Филип, в очередной раз вспоминая слова Эли Лукиной.
– Ну да. – Тони обернулся к Филипу. – Кстати, где Ван и Олег с женой?
– Уже отправились. Я надеюсь.
Тони отвернулся. Некоторое время Филип молча наблюдал за работой тех, кто отказался покинуть станцию, чтобы дать другим возможность выжить. Он сидел, не двигаясь, и смотрел на инженеров техники безопасности, получающих сообщения об очередном отправившемся корабле или отказавшей системе.
Вдруг краем глаза Филип заметил движение. Ему показалось, что в углу шевельнулся человек в белом костюме. Филип встал и прошёлся по комнате. Ничего необычного.
Огромный экран на стене отражал план станции, и Филип мог наблюдать, как всё большее пространство окрашивалось в серый цвет – воздух выходил, и инженеры отключали электричество.
Филип снова обернулся на мимолётное движение. В самом углу, почти не отличимая от стен, находилась небольшая дверка.