– Мертвое кольцо неплохо просматривается с вышек красных стен, – сказала одна из дочерей Мамы Литы. Она незаметно и тихо подошла к ним и теперь с интересом прислушивалась к разговору. – Поэтому мы остановились… Дальше не поедем и будем ждать.
– Чего ждать? – Артем, щурясь, вглядывался в даль, но не видел ни стен, ни тем более вышек на них.
– Они пришлют стражей границы, – сказал Марк, – узнают, кто мы и откуда, чего хотим… И решат, пропустить ли нас. Мы здесь не впервые, и в этот раз в город нам не надо – только проехать вдоль Мертвого кольца. Так что проблем быть не должно.
– Понятно, – пробормотал Артем.
Как никогда ясно он понял всю безрассудность их затеи – предстояло убедить людей, обеспечивающих безопасность огромной общины, пустить их туда, куда пускают далеко не всех.
Кажется, Кая подумала о том же – Артем заметил, как она нервно прикусила губу, прежде чем спросить Марка:
– А что поможет их убедить пустить нас внутрь?
– Мне откуда знать, – Марк пожал плечами, – я в чужие дела не лезу.
Артем и Кая переглянулись. Артем понял намек Марка: их цель была известна только им самим, а значит, только они могли решить, что сказать людям из Красного города. Дождавшись, когда они с Каей остались у фургона вдвоем, Артем вопросительно посмотрел на нее:
– Что думаешь?
Кая медленно пожала плечами, повторяя жест Марка.
– Мы не можем выкладывать все каким-то стражам. – Кажется, сейчас они оба вспомнили стражей Зеленого, сильных и смелых, но в большинстве своем не отличавшихся большим умом. У них дома из нескольких десятков стражей читать умели только пара человек.
– Но если мы не скажем им ничего, они могут нас к черту послать, – шепнул Артем, – а второй попытки здесь, может, и не будет.
– Скажем как есть, – нерешительно предложила Кая, – про дедушку. Что у нас с собой бумаги, которые…
– Ну да. А если они скажут: «Давайте ваши бумаги, спасибо»? Что тогда?
– Угу, – буркнула Кая. – А если они искали ученых не для того, чтобы спасать мир, а для того, чтобы сделать из них консервы, что тогда? Придется рискнуть, раз уж мы вообще пришли сюда.
Артем с минуту подумал и кивнул:
– Да, ты права. Но давай перестрахуемся? Если они не захотят нас впускать, скажем, что часть информации – у нас в голове.
– Ну, это даже не будет неправдой, – заметила Кая, – ведь ты много всего придумал, что может быть им полезно, так?
– Это только догадки, – сказал Артем, чувствуя, как розовеют уши и щеки, а рука перестает болеть, кажется, впервые за весь день.
– Догадок вполне достаточно, если из-за них нас пустят.
– А камень?..
Кая решительно помотала головой:
– Нет. Артем, пообещай мне сейчас. Ни слова про камень. Ни слова про Тень… Пока не решим вместе. Идет?
Артем кивнул. После общения с Тенью он как никогда был уверен, что именно камень, а не бумаги было самым важным из всего, что попадалось им на пути и что они несли теперь с собой.
– Я согласен.
– Вот и хорошо. Когда они появятся… – Кая осеклась, глядя куда-то за Артема. Он обернулся и вздрогнул. К фургонам со стороны центра города ехали три машины, сверкающие металлическими боками цвета меди. Они ехали медленно. У двух из трех не было крыш, и над головами водителей реяли разноцветные флаги. В отличие от старинных машин, остовы которых гнили на обочинах дорог или среди развалин, эти блестели хромированными деталями и выглядели новехонькими. Артем почувствовал невольный страх… А потом заметил струи пара, вырывающиеся из машин, и многочисленные канистры, грохочущие на задних сиденьях, и выдохнул – с облегчением, но и восхищением тоже.
– Кая, смотри, – прошептал он, – это пар! Они паровые двигатели делают! В канистрах, наверное, вода… Все, как Дали сказал, знаешь, они…
– Замечательно, – напряженно отозвалась она, отворачиваясь, – но сейчас, будь добр, помолчи.
Машины замедлили ход, и теперь Артем мог разглядеть сидевших в них людей, молчаливых и сосредоточенных. Все стражи были мужчинами; они пристально рассматривали фургоны. Артем почувствовал на себе взгляд одного из стражей – бритого наголо высокого человека, который вел первую машину, и ему стало не по себе. Люди в машинах были вооружены огнестрельным оружием, какого Артем прежде не видел. В каждой он насчитал по шесть человек и вдруг почувствовал, до чего беззащитен. Рука под повязкой противно заныла.
На боках одной из машин Артем разобрал название, аккуратно выведенное белой краской, – «Беспечный ездок», и ему стало легче. Люди, дающие своим машинам имена, не могли быть совсем уж плохими.
Дверца ближайшей к ним машины открылась, и бритый вышел, держа руку на кобуре, но пока не доставая оружие.
Еще двое стражей из его машины тоже вышли и зашагали следом, держась в отдалении. Артему снова показалось, что бритый буравит взглядом именно их с Каей. Он невольно сделал маленький шаг назад и наступил Кае на ногу – она негромко зашипела. Бритый отвел от них взгляд – теперь он смотрел на Литу, идущую навстречу с широкой улыбкой. Она была одета в длинную цветастую юбку и красную шаль, как будто встреча со стражами границы была праздником.
– Доброго дня, – медовым голосом сказала она, держа единственную руку на виду, – как ваше здоровье, доблестные воины границы? Здравствуйте, капитан. Немало времени прошло с тех пор, как мы виделись в последний раз. Сынок, которого я нагадала вам, должно быть, уже появился на свет?
Рот, похожий на расщелину в камне, вдруг дрогнул.
– Это и вправду мальчик, – сказал бритый, – травы, о которых ты сказала, пригодились его матери… И на его рождении мы пили и за твое здоровье, караванщица.
Его взгляд снова стал жестким:
– Но жизнь есть жизнь, а дело есть дело. Мои люди осмотрят караван. – Он махнул рукой, и двое из его машины прошли к фургонам. – Отдадите то, что нам причитается, и можете продолжать путь.
Лита кивнула:
– Конечно, доблестный капитан.
Бритый перевел взгляд на Артема и Каю:
– Эти что-то не похожи на твое племя.
– Они не мои. Просто пассажиры, капитан. Хотят попасть в Красный город.
– Вот как? – На мгновение Артему показалось, что грозный капитан вот-вот засмеется, но он рассматривал их со всей серьезностью, нахмурив брови. – Интересно. Как тебя зовут, парень?
В кои-то веки при знакомстве кто-то обратился к нему, а не к Кае, которая выглядела уязвленной, и Артем поспешил ответить:
– Артем… Капитан. А это Кая. Мы пришли издалека.
– Откуда именно?
– Наша община называется Зеленое. Она далеко, за Северным городом.
– Вот как?
– Точных координат не будет, – сказала Кая, кажется, задетая тем, что ее до сих пор выносили за скобки разговора.
Бритый не мигая смотрел на Артема, как будто решая в уме сложное математическое уравнение:
– Мы сюда не всех пускаем… Есть правила. Хотите попасть в город – отвечайте на вопросы. Цель прибытия?
Артем кашлянул – в горле вдруг пересохло, а то, что капитан обращался напрямую к нему, вдруг перестало казаться таким уж приятным.
– Мы принесли кое-что. Это касается… касается прорех.
– Чего? – озадаченно переспросил бритый. – «Прорех»?
Артем бросил быстрый взгляд на Каю – она выглядела такой же обескураженной, как он сам.
– Ну… да. Порталов. – Он очень кстати вспомнил слово, которое при нем постоянно употреблял Каин дедушка. – Они появляются от электричества… Когда гроза или…
– Что такое порталы, я знаю, – с прохладцей перебил его бритый, – а вот слова «прорехи» не слыхал. Дальше.
– Дедушка Каи – ученый. Он хранил записи про порталы долгие годы… И хотел, чтобы мы доставили их туда, где в них смогут разобраться. Ну и… мы здесь, чтобы выполнить его просьбу.
Некоторое время молчали все – и они с Каей, и бритый, и Лита, которая все это время с жадностью прислушивалась к их разговору. Очевидно, не один Артем обратил на это внимание, потому что капитан кивнул караванщице:
– Иди, проследи за своими. Дальше я поговорю с ними один.
Мама Лита неохотно удалилась, и бритый перевел взгляд на Артема:
– Почему этот ученый сам не пришел?
– Он умер, – ответила Кая, опередив Артема и делая шаг вперед, – мы здесь от его имени.
Теперь бритый смотрел на Каю, и Артему сразу захотелось снова отвлечь его внимание на себя.
– Как его звали?
– Анатолий Левандовский.
Артем видел, что ей неприятно называть этому незнакомому человеку имя, которое носил дедушка до События.
– Что ж, – произнес капитан после непродолжительного молчания. – Не помню его в списках, но… Здесь все это может оказаться полезным. Отдайте бумаги мне – я доставлю их в лабораторию в целости и сохранности.
– Это невозможно. – Артем тут же пожалел о своей поспешности, но отступать было поздно. – Дело в том, что… Дело в том, что…
– Он сам – тоже ученый, – сказала Кая быстро. – Он стал ученым в нашей общине. Часть информации – у него в голове.
Уши у Артема заалели. Теперь они точно не попадут в Красный город – капитан над ними просто посмеется. Пока Артем судорожно размышлял о том, что будет правильнее – доверить этому незнакомцу бумаги и уйти восвояси или искать другой способ попасть за стены, бритый подошел к ним на шаг ближе и слегка наклонился вперед, как будто пытаясь получше рассмотреть Артема.
– Ученый, вот как. – Он хмыкнул, но впервые с момента их встречи вид у него был немного растерянный. Артем почувствовал, что совершенно случайно они с Каей нашарили какую-то тайную кнопку, что-то, что заставило капитана смотреть на него внимательнее – и бояться совершить ошибку. – Покажите бумаги.
Кая бросила на Артема недовольный взгляд, но он кивнул. После упоминания лаборатории и списков отступать было нельзя. Кая пожала плечами, быстрым движением вспорола ножом внешний клапан рюкзака и достала пакет, завернутый в непромокаемую пленку. Бритый покрутил его в руках, развернул и несколько мгновений рассматривал бумаги, хмурясь и покусывая нижнюю губу. Артем понял, что в написанном капитан не понимает ни слова.