Агнар с мечом наперевес, — Тебе и так за этот поход чёртова туча монет полагается, а ты ещё и магические артефакты пособирать решил?!
Пусть у Виверхайна и был всего лишь один глаз, но он просто светился от накопившейся внутри аристократа злобе. Агнар определённо был человеком, который готов был насаживать дисциплину среди своих людей любым возможным способом, а потому было бы не удивительно, если бы сейчас одноглазый пустил бы в ход свой меч плашмя, чтобы отходить им пусть и талантливого, но очень своенравного стрелка. Пусть они вместе и прошли уже приличное количество приключений, но даже так Йохан старался собирать вообще всё, что могло принести ему денег.
Йохан уже было хотел закрыться своим арбалетом, но Агнар, похоже, потерял за время схватки много сил, а потому лишь ударил кулаком по каменной стене комнаты и развернулся, возвращаясь обратно в протопленную комнату. Похоже, что он чувствовал, что опасность ушла и теперь можно было вернуться обратно на боковую.
Затем на второй этаж вернулся Гаух, Уильям и Вилфирд. Последний выглядел максимально истощённым. Лицо его побелело, руки тряслись, пот тёк обильными ручьями. Сильное заклинание вымотало даже такого мощного мага как он. Вилфирд, опираясь о стену, смог сесть на пол и трясущимися руками потянулся к небольшой фляжке у него на поясе. Инквизитор едва смог справится с пробкой и приложил горлышко к губам, жадно вливая в себя всё её содержимое. Казалось, что если бы сражение заняло ещё несколько минут, то Вилфирд бы просто кончился, упав от недостатка сил где-то посреди наступающих мёртвых тел.
— Ты живой там? — спросил я у старшего инквизитора.
Татуированному хватило сил лишь для того, чтобы просто кивнуть и смахнуть пот со лба обратно стороной ладони. Латные рукавицы он просто бросил у своих ног, тяжело при этом дыша.
— Сам догадался?
— Ты про статуэтку?
— Да. Сам догадался, что мертвяки за ней идут?
— Ага.
— Молодец. Я всегда знал, что ты далеко пойдёшь.
Вилфирд попытался подняться на ноги, но опасно покачнулся. Я подбежал к нему, подхватил его под руку и медленно повёл в сторону комнаты. Старший инквизитор в своём доспехе был действительно тяжёлым, а сил в нём было настолько мало, что идти пришлось медленно, аккуратно переставляя ноги так, чтобы ненароком не споткнуться о многочисленный мусор, разбросанный тут и там по полу постоялого двора. Войдя в комнату, я медленно опустил уставшего вусмерть бойца, понимая, что вскоре он просто отрубиться.
Почти весь отряд вернулся обратно в протопленную комнату, а мне было суждено встать обратно на свою позицию наблюдателя. Усталость внутри меня также была немаленькой, но покидать свой пост на этот раз было нельзя. Я даже не обратил внимания на успевший потухнуть свой переносной очаг, ведь заряда адреналина мне хватило бы на всю оставшуюся ночь. Удивительно, но Йохан не вернулся в тёплую комнату. Он наоборот вышел из постоялого двора, постоянно озираясь по сторонам. Я было хотел посчитать его за дезертира, желающего покинуть наш отряд, но вскоре заметил, что стрелок занялся форменным мародёрством. Радовало, что сейчас была зима и запах от трупов был не настолько отвратным, как это могло бы быть летом, так что стрелок, вооружившись своим широким ножом, принялся осматривать то великое множество тел, которые сейчас кучами валялись вокруг постоялого двора. Я просто вздохнул, понимая, что этого стрелка будет просто не остановить, а потому принялся наблюдать за окрестностями, надеясь, что смогу вовремя среагировать при необходимости. Сомневаюсь, что Йохан сумеет вовремя схватиться за свой арбалет, если какая-то тварь выпрыгнет из леса, а та же панцирная рысь пожрёт его без особенных проблем всего лишь за несколько секунд.
Стрелок возился с трупами практически до самого конца моей смены. Казалось, что он хотел отыскать каждую ценность, которая могла бы на трупах, хотя у меня проскакивала мысль о том, что с мертвецов обычно снимают все драгоценности перед захоронением, если он при жизни не был выдающимся богачом. Правда, мои предположения определённо оказались не самыми правильным, потому что бывший охотник вернулся в постоялый дом с небольшим мешочком, который открыл перед мной, показывая на немалое количество цепочек, колец и серьг, которые ему удалось намародёрить за время обыска трупов. Большинство из них не обладало драгоценными камнями, но даже так я внимательно рассмотрел каждое из них, стараясь отыскать хотя бы частичку магической энергии в одном из этих украшений. Уж очень сильно мне не хотелось повторения сегодняшних событий, которые только чудом не закончились нашей смертью. По итогу украшения оказались обычными, и я оnпустил Йохана досыпать с миром, надеясь, что остаток ночи пройдёт спокойно.
Глава 9
— Вставай… вставай…
Доносящийся до меня голос казался удивительно мягким и родным. Я слышал слава через глубокий сон и от них становилась так приятно, что мне совсем не хотелось вставать со своего места. Даже холод Фронтира ушёл куда-то далеко, почти полностью позабывшись. Я чувствовал, как меня обнимают чьи-то мягкие и заботливые руки, уберегающие меня от опасностей этого места. Хотелось просто уснуть навсегда, и чтобы эти руки продолжали обнимать меня всегда.
— Вставай, чёрт бы тебя побрал!
Окрик подействовал очень эффективно. Не успели ещё открыться глаза, как я успел резко подняться, а кинжал оказался в ладони. Казалось, что тело может действовать без особенного участия сознания, но здесь мою руку с кинжалом мягко, но настойчиво опустили вниз.
Я наконец-то открыл глаза и далеко не сразу понял, где мы вообще находимся. Чётко запомнилось, что засыпали мы в небольшой комнатушке немного подразрушенного постоялого двора, где храп стоял такой силы, что стены едва не начинали трястись, но сейчас мы были в полностью незнакомом месте. Заместо узкой комнаты мы оказались в очень просторном зале, где от каждого шуршания доносилось продолжительное эхо. В зале было очень темно и только при помощи магических шаров Агнара удавалось рассмотреть рядом стоящих товарищей. Пожалуй, что единственным, что можно было отчётливо рассмотреть, так это каменный пол, покрытый множеством глубоких трещин, куда можно было без особенных проблем просунуть острие меча.
— Ну, и где мы? — первое что я смог вымолвить, поднимая бурдюк и присасываясь к горлышку, вливая в себя с пол литра не отрываясь.
— Если бы кто-то это знал. — ответил мне Агнар.
Убрав наконец-то жажду, я решил попытаться хоть немногим лучше осмотреться. Зал был действительно громадным, что даже несколько световых шаров над нашими головами не могло рассеять тотальную тьму. Из темноты едва выхватывались цоколь и пьедестал очень широкой колонны. Я потёр ладонями лицо и попытался просканировать территорию вокруг стоянки нашего отряда магическим зрением, но никаких остатков магии обнаружить не удалось, а потому запустил ещё один световой шар, после чего подошёл к ближайшей колонне и принялся её рассматривать.
Специалистом в колоннах я определённо не был, но даже так смог кое-что интересное обнаружить. Колонна была сделана из грязного мрамора, успевшего покрыться толстенным слоем пыли. Оттерев сегмент колонны от пыли рукавом полушубка, я увидел затёртые рунические письмена, древность которых определить было практически невозможно. Размер каждой руны было не многим больше стандартной армейской галеты и исписаны они были настолько плотно, что сложно было определить, где заканчивается одно предложение и начинается другое. Сама колонна была настолько высокой, что она поднималась далеко во тьму этого необъятного зала, скрывая от наших глаз всё новые и новые слова. Наверняка если запустить сюда лингвиста, то он был бы до изнеможения рад изучать и расшифровывать новые языки.
— Какой народ у нас пишет рунами? — спросил я у остального отряда, пытаясь сопоставить собственные знания с увиденным, но не получая никакого результата.
— Многие. — показался за моей спиной Гаух, — Северные человеческие народы, дварфы и гномы, но это точно не их письмена, — Дварфы и гномы, будучи родственными друг другу расами, меж рун ставят разделительный знак, чтобы хоть как-то делить написанные слова, а у людей севера такого знака быть не может.
Орк ткнул указательным пальцем в чёрной латной перчатки в одну из рун на колонне. Она, как и все остальные, была угловатой и напоминала мне букву «М» с дополнительной чертой посередине, которая затем загибалась кверху.
— Люди севера? Такие как Аетернусы?
— Нет. — мотнул головой Гаух, — Я говорю о том Севере, куда никогда не доходила власть ни одного известного нам монарха. За Пиковым морем лежит земля. Размеров её никто не знает. Одни говорят, что это всего лишь архипелаг небольших островов, тогда как другие мужи столичной Академии утверждают, что там целый континент. Слишком бедный континент, где богатство человека исчисляется в том, сколько же рыбы задержалось в его морских сетях. Поговаривают даже, что именно туда отправились великаны, отыскав там для себя навечно пристанище. О той земле мы знаем слишком мало и до нас успели добраться лишь пару письменных отрывков, по которым мы и смогли изучить язык. Слов там было не очень много, но кое-какие знания нам всё же удалось из этого получить.
— Агнар, как раньше писали фронтайнцы? — неожиданно возникла в голове у меня идея, — Ты же должен помнить!
Прежде чем Виверхайн успел ответить на мой вопрос послышались медленно шаркающие шаги. Шаркал идущий столь часто и явно, будто был древним стариком, который уже физически не был способен поднимать ног на достаточную высоту. Весь отряд, услышав эти нездоровые шаги, моментально повыхватывали оружие. Я бросился к своему мечу и посмотрел магическим зрением в темноту перед нами. Теперь мне явственно удавалось разглядеть магическую сигнатуру странного существа. Я готов был биться об заклад, что это существо было человеком, но каким-то необычным. Его колдовской след не был нестабильным, как-то было не у самых сильных магов, не чётким, как у Вилфирда, а разделён на закрученные линии, которые тянулись к конечностям существа.