Муж немного успокаивается, выдохнув, но видно, что в нем гуляет буря, с которой он пытается справиться. Он часто дышит, а я не могу оторвать взгляда от его хмурого лица. Я не видела мужа столько дней! И вот он… Жив, здоров.
Разгневан.
Черные как ночь волосы подстрижены совсем коротко, под машинку, из-за чего его черты кажутся еще острее. Олег далек от изящного идеала, он массивный и грозный. И сейчас он напоминает мне отвесную скалу с рваными краями и гуляющим порывистым ветром, что подтачивает обрыв.
— Кто это, мать твою? — выдыхает он с оттяжкой.
Его вопрос повисает между нами и действует на меня, как разряд тока. Он требует с меня отчет, задыхаясь от ревности… Действительно! Ведь больше ничего не имеет значения сейчас!
— Кто? — я кривлюсь и повторяю его идиотский вопрос. — Олег, тебя не было два года! О чем мы вообще говорим?!
Я взмахиваю ладонью на эмоциях, но муж надвигается на меня и вжимает в стенку.
— Кто это был, Олеся?
Он кладет широкие ладони на мою талию и заставляет прогнуться, вдавливая мои бедра в свои.
— Как его имя? — он перефразирует вопрос и произносит его по слогам, как для дурочки. — Не играй со мной.
— Ро-ман. Полегчало?
— Вы трахаетесь?
— Олег, хватит. Ты делаешь мне больно…
— Ответь на вопрос.
— Я не хочу разговаривать об этом. Нет, Олег! Отпусти меня!
Он смотрит мне в глаза, прожигая, а я даю ему время, чтобы он разжал нечеловеческую хватку. Я не хочу вырываться, но понимаю, что скоро придется. И меня неожиданно колет противная догадка, что, может быть, это уже чужой человек. Откуда мне знать, каким он вернулся ко мне? Что с ним происходило всё это время? Это у меня жизнь встала на паузу и поделилась на “до” и “после”, а он мог делать, что угодно.
— Ты совсем не рада меня видеть?
Олег заводит ладонь мне за спину, обнимая, а второй подцепляет край платья. Я пытаюсь перехватить его горячую ладонь, но тщетно, он задирает юбку и проводит пальцами по моей коже.
— Ты в чулках, — отмечает он с кривой улыбкой. — И как? Он оценил?
Я бью его по щеке. Хлесткая пощечина отдается эхом и заставляет его остановиться. Олег зажигает усмешку на жестких губах, но не отодвигается.
— Не смей со мной так разговаривать, — шиплю ему в лицо и выставляю локти в каменную грудь, чтобы хоть чуть отодвинутся от его тела. — Я ждала тебя! Я ночевала в полиции и обошла десятки организаций, я искала тебя и плакала ночами! Я с ума сходила без тебя! Я… Я… Боже, Олег…
Олег.
Мой Олег.
Со мной происходит необъяснимое и я сама тянусь к нему. Накрываю ладонями лицо мужа и обвожу родные черты. Вспоминаю, как молилась и хотела увидеть его вновь. Столько дней это было моим главным желанием и даже смыслом жизни, что мне трудно теперь дышать. Как запоздалый подарок судьбы. Уже не ждешь, не веришь, а он случается.
— Ты жив, — выдыхаю и запрокидываю голову, чтобы получше рассмотреть его. — Ты сейчас стоишь передо мной, ведь так? Это ты?
— Да, это я, — повторяет он глухо. — Я вернулся домой, маленькая. К тебе.
Маленькая…
Я всхлипываю, услышав простое слово. Он всегда меня так называл, с лаской или поддразнивая, и знал, что мне нравится.
— Иди ближе, — Олег вдруг подсаживает меня, обхватывая ладонями задницу, и делает полуоборот.
Он наталкивает меня на комод, который стоит в прихожей, и нажимает тугим корпусом, заставляя развести ноги и позволить ему устроиться у меня между ног.
— Олег…
— Я так соскучился, — он ведет носом по моей шее вниз, а когда возвращается наверх, обводит ту же дорожку горячим языком. — Твой запах… не могу больше, сдохну без тебя.
Он жадными рывками задирает мою юбку и напирает сильнее. Я ловлю губами воздух и не в силах ему противиться, хотя чувствую, что происходит что-то неправильное. Скверное. Я только что была с другим. Я даже не приняла душ, ничего не успела… И в памяти стоят яркие отголоски того, что делал со мной Рома. Я слышу утробное рычащее дыхание Олега, а в голове стоят хриплые интонации другого мужчины, который довел меня до сумасшедшего оргазма полчаса назад.
Так нельзя. Нет же…
Глава 7
— Я не могу, — перехватываю его жадные ладони и сжимаю со всей силой.
Он рычит и выдыхает смачными плевками, а потом встряхивает головой, словно отгоняет густой дурман.
— Олег, — зову его спокойным голосом. — Нам нужно нормально поговорить.
— Да, — он кивает и дает мне воздуха, отступая на шаг.
Помогает спуститься с комода и следом замечает, что в наших ногах валяется пиджак Ромы. Он свалился с моих плеч, когда Олег выкручивал меня в руках, и теперь закрывает мои стопы. Я буквально утонула в мягкой ткани, когда Олег поставил меня на ноги. Муж наклоняется и забирает чужой пиджак, я послушно переступаю с ноги на ногу, чтобы ему было удобнее и смотрю, как он брезгливо отбрасывает его в угол.
— У нас есть кофе?
— Конечно, — я первой иду на кухню и проверяю воду в кофемашине.
Беру короткую передышку и отвлекаюсь на рутину — достать чашки, капсулы, выбрать нужный напиток. Я по привычке нажимаю латте во второй раз, который всегда пью, и вспоминаю, что Олег терпеть не может сливки.
— Пойдет, — отзывается он, заметив мой промах. — Я все равно сейчас не чувствую вкуса.
— Хорошо.
Я смотрю, как машина с шипением выдавливает последние капли, и ставлю чашки на стол. Сажусь на стул, но тут же поднимаюсь. Я слишком напряжена, чтобы усидеть на одном месте.
— Где ты был, Олег? — произношу главный вопрос и поднимаю на мужа глаза.
Он недолго молчит, словно действительно ждал, что мы сперва попьем кофе, обсудим погоду или вернемся к разговору о Романе, а уж потом начнем выяснять, где его носило два года. Олег отставляет стул в сторону и тоже остается на ногах, только присаживается на стол и поворачивает голову в мою сторону.
— Лесь, мне пришлось уехать. Другого выхода не было, меня бы убили. Или посадили бы лет на десять.
— Почему?
— Я не говорил тебе, но я влез в один проект, который не потянул. Вернее, меня подставили, я знал, что рискую, но думал выгорит дело. Та стройка на Дмитрова, помнишь?
Я качаю головой и отворачиваюсь, я сейчас не в состоянии вникать в детали его дел, меня бьет изнутри от одной мысли, что он просто уехал. Не оставил ни весточки, ничего. Я же прекрасно помню тот день, когда Олег собрался утром, завел обычный пустой разговор за завтраком и вышел за дверь. Он должен был поехать в свой офис в центре, но не добрался до него. И всё, телефон отключен, машина брошена на платной парковке, тело не найдено.
— А теперь опасность миновала? — режу его злым взглядом и часто моргаю, чтобы не сорвались слезы. — И ты решил, что пора возвращаться? Так, да?
— Так.
Я усмехаюсь и отступаю на шаг назад, чтобы не дышать его запахом. Я улавливаю любимый аромат туалетной воды, который не изменился за прошедшее время, и мне больно от этого. Мой муж никогда бы не поступил со мной так, он был совсем другим, заботливым, надежным и я покупала стильные упаковки Armani другому Олегу.
Не ему. Нет.
— Я хочу, чтобы ты уехал.
— Что? — он аж присвистывает от удивления. — Лесь, успокойся…
— Ты не уедешь? Хорошо, тогда я сама.
Я разворачиваюсь и иду к двери, но муж нагоняет меня и обхватывает за плечи. Как он не понимает, что только делает хуже? Он вернулся, как хозяин, и ведет себя так, словно имеет полное право командовать и злиться. А мне нужен воздух и хоть немного тишины, чтобы разобраться в себе и понять, что делать дальше.
— Послушай меня, — произносит он поспешно. — Я не мог рисковать, не мог сообщить… Я тоже сходил с ума без тебя и считал дни. Блять, Леся! Я не на увеселительной прогулке был! Я едва выкарабкался!
— Олег, я прекрасно помню, что ты сильнее меня. Может, хватит таскать меня?!
Вскидываю руки, и муж все-таки отпускает меня на втором рывке. Но идет следом, не отпуская ни на шаг.
— Куда ты собралась?
— А ты говорил мне, куда собрался?
— К нему, да? Ты хоть неделю скорбела?
— Отлично, Олежа. Хорошо… Тогда значит твоя очередь принимать соболезнования! Ты женился на шлюхе, мне очень жаль, но с бедой придется смириться!
Глава 8
Олег вспыхивает чистой злостью от моих слов. У него по лицу идет яркая судорога от слова “шлюха”, которое я произношу, глядя ему в глаза, и он отшатывается в сторону. Ищет безопасную дистанцию, словно боится применить силу на эмоциях. Или еще что-то, но я вдруг перестают ощущать его душное присутствие и хватаюсь за это, как за последний шанс. Кидаюсь к двери, стаскиваю сумочку с комода и рывком оказываюсь на лестничной площадке.
Здесь уже легче.
Между нами появляется спасительная стенка и я чуть выдыхаю, будто отодвигаю нежданную проблему на достаточное расстояние.
— Черт, черт, черт, — тараторю себе под нос и истеричной морзянкой пытаю кнопку лифта.
То и дело перевожу взгляд на входную дверь квартиры и молюсь, чтобы она не распахнулась. Я уверена, что это вот-вот случится, и готовлюсь вновь останавливать Олега. Просить дать мне уйти и перестать делать вид, что он уезжал в обычную командировку или вовсе отлучился на выходные. Нет! Он исчез, оставив меня в черной неизвестности. А иногда это даже хуже, чем самая плохая весть.
И он даже не смог выдавить из себя слов извинений. Ни одного ласкового или доброго слова, он только начал объяснять свое отсутствие и тут же сорвался на резкий тон и начал меня обвинять!
Створки лифта открываются и я ныряю в кабинку, достаю сотовый, чтобы вызвать такси, и вижу новые сообщения от Романа.
Их два.
“Позвони мне.”
“В любом случае. Прошу.”
Он беспокоится. Оставил меня с разозленным мужем, потому что был вынужден уйти и теперь переживает. Отличное свидание я ему устроила, шикарное и запоминающееся. Сперва отдалась в машине, а потом познакомила с вдруг явившимся мужем. У меня самой голова идет кругом, и, когда лифт приезжает на первый этаж, я первые мгновения потерянно смотрю на лестничную площадку и не могу понять, что хотела делать дальше.