А вот Тоня и не уверена. Положа руку на сердце, Максимилиан ей понравился. Ну, это конечно, если отбросить эти его постоянные странные намёки и сам факт того, что он правитель страны параллельного мира. Если на секунду представить, что они бы встретились на Земле, и он бы оказался, к примеру, заведующим их лаборатории, вместо ушедшего на пенсию Тюлькина, то Тоня могла бы даже влюбиться. Артур, на которого она положила глаз, теперь казался ей бледненьким. Он сильно проигрывал по сравнению с Максимилианом. Чувствовалась в Лорде глубина. Такого мужчину хотелось узнать поближе. Что там, за дразнящим взглядом серых с зелёным ободком глаз? Была уверенность, что Максимилиану есть чем удивить. И это будоражило воображение.
А ещё этот вчерашний поцелуй… Тоня, конечно, запретила себе о нём вспоминать для собственной безопасности и спокойствия. Но поцелуй всё рано вспоминался. Такой короткий, что казалось, ничего и почувствовать нельзя было успеть. Но Антонина почувствовала. Это было как крепкий кофе — сладко, горячо, чуть горьковато, но одним глотком не напьёшься — хочется ещё…
Тёплый весенний вечер манил продолжать пикник до бесконечности, но когда сделалось совсем темно, Еремей всё же повёл своих дам в резиденцию. Хотя видно было, как ему хотелось и дальше сидеть на бережку в компании захмелевшей от его рассказов Шарлоты.
Тоня не спеша готовилась ко сну и ощущала, что в ней нарастает напряжение. Нет, ничего необычного не происходило. Просто вспомнились события вчерашней ночи. Посыльный Белинды, которого спугнул Максимилиан, так и не успел ничего рассказать о зелье. Может, явится сегодня снова? С одной стороны, хорошо бы узнать хоть что-то о препарате, который Антонине приходится беречь как зеницу ока — всегда носить с собой. Но, с другой стороны, как-то это жутковато постоянно находится начеку в ожидании появления незнакомца.
Она не стала ни раздеваться, ни выключать свет. Легла на кровать поверх покрывала, чтобы в случае чего быть готовой к визиту посыльного. Часов до двух ночи, Тоня всё равно не собиралась спать — продолжит читать учебник по зельеведению.
Она потянулась к прикроватной тумбочке за книгой и вдруг увидела на ней сверху листок, сложенный пополам. Записка? И как раньше не заметила? От радости Антонина вмиг подскочила с кровати. Наверно, посыльный уже побывал в апартаментах. Не застал хозяйку и написал ей послание. Теперь Тоня наконец-то узнает, что за зелье ей передала Белинда и главное — зачем.
Она с волнением пробежала глазами строчки:
«Встречаться в резиденции опасно. Жду в беседке возле озера в южной части парка в час ночи. Б. С.».
Эх, Тоня ожидала немного другое. Она надеялась, что сразу получит ответы на вопросы. Почему посыльный не написал всё, что нужно в записке? Зачем нужна личная встреча? Объяснение могло быть только одно — информация слишком секретна, чтобы доверять её бумаге.
Была в записке ещё одна загадка — инициалы «Б. С.». Кто скрывается за ними? Для чего их написали, если Тоне они ни о чём не говорят. Или говорят? Антонина знала единственного человека в Абсильвании, имя которого начиналось на «Б» — Белинда. А что такое «С»?.. Сальтани! Точно! Это название их рода, то же самое, что на Земле фамилия. Неужели записку действительно оставила Белинда?
Тоня стремительно начала связывать воедино имеющиеся у неё факты. Во-первых, вчерашний посыльный вполне мог быть и не мужчиной, а женщиной. По крайней мере, Лорд сказал, что видел в коридоре именно даму. А сама Тоня не очень-то успела разглядеть человека в плаще, чтобы с точностью определить его пол.
Во-вторых, Белинды дома нет. В этом Еремей убедился вчера лично. И хоть его заверили, что она отправилась с отцом на курорт, но ведь могли и слукавить. Вдруг она по какой-то причине сбежала и сейчас находится тут?
Волнение зашкаливало. Тоня чувствовала радость и тревогу одновременно. Очень хотелось увидеть, наконец, своего двойника и узнать, что за странные события происходят вокруг неё. Но интуиция подсказывала, что эта записка вполне может содержать в себе какой-то подвох.
Нужно было посоветоваться с Еремеем. Вот уж кому Антонина доверяла на все сто. Она выскользнула из своей комнаты и постучалась в соседнюю. Ответом была тишина. Наверно, моряк после пикника на свежем воздухе крепко уснул. Конечно, приличия такого не позволяли, но Тоня всё-таки вошла к нему в апартаменты без приглашения.
— Еремей, — прошептала в темноту.
Тишина.
— Еремей, — позвала чуть громче и, набравшись наглости, включила ночник.
Аккуратно заправленная кровать подтвердила догадку — моряка в комнате нет. Ну и что делать? Настенные часы оттикивали без пятнадцати час.
Тоня колебалась недолго. У Белинды явно есть для Антонины что-то крайне важное. Нужно идти на встречу. Она вернулась в свою комнату, накинула плащ и потихоньку выскользнула из резиденции.
Глава 18. Ночное приключение
Еремей поджидал своего давнего друга Митрофана в небольшой харчевне на окраине города. Местечко слыло неспокойным. Тут собирались компании выпивох и любители шумных посиделок. Но такой антураж показался подходящим для приватной беседы. Кто обратит внимание на двух бывалых моряков, решивших скоротать ночь за чаркой?
С Митрофаном Еремей был знаком уже тридцать лет. Это сейчас старый морской волк решил остепениться. Бросил якорь в тихой гавани — обзавёлся женой. А так-то они не один пуд соли съели в совместных плаваниях. Человек, проверенный испытаниями, и надёжный. Никому другому Еремей не доверил бы деликатное задание, о котором пойдёт речь.
— ЗдорОво, старина! — Митрофан подошёл к столу и хлопнул по плечу. Хохотнул басовито. Крепко пожал руку, показывая как рад встрече. — Жив-здоров, тысяча чертей тебе под килем? Гляжу, только молодеешь.
— Да и ты, на старый баркас непохож, — рассмеялся Еремей в ответ. — Боялся, зачахнешь ты без моря. Ан нет! Смотрю, твоя каравелла держит тебя в тонусе.
Они не виделись год — было о чём поболтать. Но перекинулись лишь несколькими фразами. Митрофан догадывался, что друг позвал его отнюдь не ради позднего ужина:
— Ну, выкладывай.
— Дело есть.
Еремей протянул другу письмо.
— Нужно передать племяннице, Белинде.
— Разве она не с тобой? — удивился Митрофан. — В газетах пишут, Лорд лично сопровождал её в резиденцию.
— Пишут, — многозначительно кивнул моряк.
Он подался немного вперёд и поведал другу, какая неудача случилась с племянницей, и какой выход был найден.
— Я теперь должен присматривать за другой девочкой. Не могу оставлять её надолго.
— Понимаю. Всё сделаю, — Митрофан сунул конверт во внутренний карман кителя.
— Письмо нужно передать лично в руки Белинды, — предупредил Еремей.
Он чувствовал, что сестра и зять чего-то недоговаривают. Жозефина и Джеймс очень любят дочь и намеренно вреда ей конечно не причинят. Но чрезмерное желание наилучшим образом устроить судьбу единственного чада могло сподвигнуть их на необдуманные поступки.
— Не переживай, старина. Встретимся здесь же через пару дней. К этому времени у меня будут для тебя новости.
Тоне казалось, она хорошо запомнила планировку парка. Они с Николь уже несколько раз гуляли по его аллеям, забредая в самые отдалённые уголки. Но то было днём. Ночью освещённая лишь фонарями территория резиденции выглядела неузнаваемо.
Антонина представляла, где примерно расположена беседка, в которой назначена встреча — на дальнем берегу живописного озерца. Дорогу до водоёма тоже вроде бы знала, но всё равно пару раз сворачивала не туда. Приходилось возвращаться. Окончательно не заблудиться помогло не зрение — слух. С озера раздавалось выразительное кваканье лягушек — вот на него и пришлось ориентироваться. Если бы не этот дружный хор земноводных, аккомпанементом которому звучали всплески воды, создаваемые игрой рыб, Тоню бы наверно охватил страх — всё-таки это жутковато гулять одной ночью в безлюдном месте. Но умиротворяющие звуки природы снимали тревогу.
Антонина передвигалась быстро — чувствовала, что уже опаздывает, и боялась, что Белинда может уйти, не дождавшись. Но всё равно, когда до беседки осталось метров двадцать, она замедлила шаг. Несмотря на весёлый лягушачий концерт, к Тоне всё же начал подкрадываться страх. Стопроцентной уверенности, что автор записки не желает Антонине зла, не было. Внутри безобидного деревянного домика с большими резными застеклёнными окнами мог поджидать грандиозный подвох.
Тоня пошла на хитрость. Сошла с аллейки и обогнула беседку — решила подойти к ней с торца и для начала, заглянув в окно, исследовать, что внутри. Есть ли там Белинда и одна ли она? Если одна — бояться нечего.
Свет внутри домика не горел. От кромешной темноты спасал только фонарь, расположенный справа от входа, лучи которого свободно проходили через стеклянную дверь. Антонина, сложившись пополам, подобралась к торцевому окну, стараясь не производить ни звука. И, затаив дыхание, глянула внутрь.
Сердце застучало в два раза быстрее, когда Тоня увидела, что кто-то уже дожидается её. Свет фонаря не доставал до фигуры, закутанной плащом. Лицо тоже оставалось в тени. Но даже с таким минимумом информации было понятно, что в беседке не Белинда. Это, вообще, скорее всего, мужчина. Причём достаточно высокий. Посыльный?
Пару минут Тоня размышляла, заходить ли ей внутрь. Чувство самосохранения подсказывало, что лучше будет убраться восвояси, также тихонько, как и пришла. Но любопытство советовало поступить совсем по-другому. Если она трусливо ретируется, то так и не узнает, для чего ей передали зелье.
Пока Антонина строила дальнейший план действий, она продолжала наблюдать за мужчиной. Его поза не выражала агрессии или напряжения. Он сидел на одном из диванчиков, закинув ногу на ногу. Вряд ли в его планах нападать на Тоню. А раз так, чего ей боятся? Она обогнула беседку и вошла внутрь.
Мужчина поднялся ей навстречу и прежде, чем она успела хоть что-то сообразить, заключил в объятия. За секунду до того, как оказалась прижатой к упругому телу, она поняла, кто перед ней.