В этой квартире оставалась вся его жизнь, жизнь его родителей, а он даже не мог обещать, что когда-нибудь сюда вернется, но почему-то понимал, что никто не стал бы винить его за это.
Мама бы, конечно, плакала, вцепившись в руку отца, а тот, спрятав руки в карманы домашних спортивных штанов, кивнул бы на дверь без укора или осуждения, мол, иди.
Он просто не любил прощаний, но всегда говорил, что жизнь и свобода ценнее денег, статуса и квадратных метров.
«Хорошо, что они не видят этот ад», – подумал Артур и быстро вышел из квартиры.
Он тоже не любил прощания и сантименты, но мысль о родителях помогала ему собраться, спокойно закрыть дверь и пойти за велосипедом, оставленным в квартале отсюда.
Глава 21
Воскресенье. 12:04
В голове у Сергея была только одна мысль: телефон.
Он молился, чтобы ему удалось найти момент и заглянуть в него. Чистить телеграм не было времени, удалять его – тоже, да и Сергей вдруг подумал, что совершенно не уверен, что у него не завалялось какой-нибудь фотки районного флага, цепи солидарности или гаража с трафаретами.
Китаец сотни раз напоминал ему про меры безопасности, но Сергей всегда чувствовал себя самым удачливым засранцем на свете.
– Я же царский салат, что с меня взять? – шутил он часто, а когда его вытаскивали из буса и, мешая поднять голову, тащили куда-то еще, ничего, кроме мата в собственный адрес, в голове Сереги не было.
«Допрыгался, – думал он, – и ладно сам огребешь по самые уши, но если хоть кого-то подставишь, будешь мразотой».
– Шагай, – рявкнули на него и ударили в спину, толкая в автозак.
Сергей даже оступился, шагая между двумя лавками, дернулся, поднял голову и встретился взглядом с перепуганной девушкой, стоявшей у противоположной стены. Она вся дрожала, в глазах у нее блестели слезы.
«А эту-то девочку зачем?» – подумал Сергей, не замечая еще пятерых парней, что вместе с девчонкой приехали в другом бусе.
Ее взгляд настолько поразил Сергея, что он едва не забыл, где он и кто, остался только ее немой призыв о помощи, на который хотелось ответить, но за ним следом толкнули Пылесоса, да так, что тот врезался в Серегу, заставляя сделать еще один неловкий шаг, настолько резко, что боль в ноге снова напомнила о себе. Он мысленно выругался и отступил дальше, осматривая единственную девушку в их компании. Из кармана у нее торчал флаг, который она, видимо, рано достала, а потом плохо спрятала и, кажется, до сих пор этого не поняла, испуганно глядя по сторонам.
– Встали так, чтобы я вас всех видел! – рявкнул один из двух мужчин в балаклаве. – И руки чтобы на виду!
Он орал и дергался вперед, размахивая дубинкой, и Сергей тут же поднял руки, давая понять, что спорить не собирается, а вот другие парни, которых запихивали в автозак следом за ним, были не столь благоразумны, огрызались и сразу получали дубинкой по спине.
Сергей бросил взгляд на Пылесоса, убедился, что тот решил не валять дурака, а выполнять все требования, мол, как скажете, так и буду стоять, нельзя сидеть – ну и ладно.
«Ты с телефоном или нет?» – мысленно спрашивал Сергей у Пылесоса и жалел, что не может, как в фантастическом фильме, передавать свои мысли телепатически.
Его пристальный взгляд Пылесос трактовал по-своему. Хмурился и неожиданно обращался к орущему омоновцу, что остался с ними в автозаке.
– Ну мы-то постоим, а девушке-то можно сесть? – спросил он настолько спокойным и высокомерным тоном, что Сергею стало не по себе от таких слов бородатого товарища.
– Нельзя! – ответил омоновец.
«Собака», – подумал Сергей и покосился на девушку, которая, казалось, не дышала. Она была маленькая, худенькая и бледная от страха – такая, что ее хотелось закрыть собой, но их было пока не так уж много, чтобы это осталось незамеченным.
«Ничего, потом разберемся», – решил Сергей и тут же вспомнил про телефон. Но дергаться сейчас было явно небезопасно – слишком пристально за ними наблюдали, потому он держал эту мысль в голове и почти не дышал, стараясь даже голову не поворачивать и не отсвечивать, по крайней мере, сейчас.
Он просто постепенно отступал все ближе к дальней стене, пока автозак быстро наполнялся. Он не разбирал криков, не вслушивался в разговоры. Он пропустил пару шуток, которые непременно оценил бы в иных обстоятельствах. Не заметил, как в автозаке появились другие женщины. Некоторые из них шли с цветами, но те вырвали у них из рук при задержании, а затем бросили на асфальт и растоптали ногами.
– Совести у вас нет, – говорила одна из женщин и уверенно обещала, что омоновцы за все ответят, но Серега не обратил на это внимание.
Он даже не заметил, когда людей стало так много, что некоторые вынужденно садились на лавки и никто их уже не сгонял, а вот Пылесос уловил момент и буквально толкнул Серегу в самый угол.
Сергей сначала не понял, что происходит, очнулся, осмотрелся и спросил очень тихо, почти без звука:
– Ты с телефоном?
Пылесос отрицательно покачал головой, и Серега быстро скользнул на лавку, утягивая за собой ту первую перепуганную девчонку, чтобы усадить ее на колени и при этом спрятаться.
– У тебя флаг из кармана торчит, – сказал он ей на ухо, когда она попыталась дернуться.
Он думал, что она спрячет флаг, но вместо этого девушка вытянула его из кармана и бросила на пол, а затем кончиком ботинка стала запихивать его под лавку, словно так его можно было спрятать.
Сергей даже рот открыл, потому что из него рвались возмущения, но тут же закрыл его, не издав ни звука. Порой за флаги били, по крайней мере, Сергей об этом это слышал. Если бы его взяли с флагом, он никогда бы его не выбросил, но не ему судить хрупкую девчонку вроде той, что сидела сейчас на его коленях.
Главное, что ее теперь точно не задавят, прижав к стене, а он сможет заняться телефоном.
Он вытащил его из кармана правой рукой и перекинул в левую, чтобы тот оказался между стеной и девчонкой, где его никто не увидит, разве что сама девчонка. Она и правда заметила движение, все правильно поняла и чуть повернулась, чтобы наверняка закрыть спиной Сергея. Это позволило тому упереться лбом в ее плечо и, косясь на телефон, написать короткое СМС Кириллу:
«Меня взяли».
Больше ему и некого было предупреждать, потому он быстро заходил в настройки телефона и как истинный «радикал» запускал сброс до заводских настроек. В тот же миг автозак дергался и начинал свое движение, а Сергей выдыхал и прятал телефон в карман.
Ему хотелось вздохнуть с облегчением, но внезапно оказывалось, что воздуха здесь на всех не хватает, а нога снова болит, будто он опять ее подвернул.
«А ведь меня и правда взяли, и выйду я не раньше, чем через пятнадцать суток. Это же целых пятнадцать суток без акций на районе», – подумал он с горечью и просто закрыл глаза, не пытаясь высмотреть что-то в окне.
Рано или поздно это должно было случиться. Ему и так слишком часто везло. Главное, что он теперь чист и может смело показать пустой телефон ментам в РУВД. Никто не найдет у него ни чатов, ни переписок, ни контактов, а значит, не будет задавать неудобных вопросов.
Флага у него нет, наклеек тоже. Разве что пачка сигарет и пятно от разлитого при задержании кофе. Можно расслабиться и «получать удовольствие».
В дороге на них всем было плевать, и только когда автозак где-то притормозил, на них снова начали орать. Для Сереги это было чем-то вроде сигнала. Он вытянулся и постарался заглянуть в решетчатое окно, но смог увидеть лишь кусок желтой стены с какой-то трубой и белый забор с колючей проволокой. Они въезжали во двор незнакомого Сереге РУВД, по крайней мере, по кусочку стены он его не распознал.
«Что ж, узнаю что-то новое», – подумал он, пытаясь не впадать в апатию. Сил у него совсем не было, и он никак не мог понять, виновна ли нехватка воздуха или усталость. Он просто старался об этом не думать, особенно когда под крики всем велели выходить.
Он просто встал, как только это стало возможно, и придержал Пылесоса, надеясь, что им удастся не разделиться, потому что если уж и сидеть сутки, то вместе. Да и Сереге органически надо было перед кем-то держать лицо. Пылесос для этого подходил как никто иной. С таким нюни не распустишь.
– Эй, – окликнул их омоновец, и Серега на миг напрягся, опасаясь, что тот заметил их короткую заминку, но дело было в другом.
– А тряпка вам не нужна? – спросил тот, махнув рукой в сторону флага.
Флаг лежал на полу в углу и, конечно же, был заметен. Его угол и вовсе торчал так, словно кто-то тянул за ними руку, потому Сереге очень хотелось его забрать: поднять и вынести отсюда, даже если за это придется огребать. Вот только сегодня у него был шанс прикинуться случайным человеком, попавшим под раздачу, потому он не решился на подобный шаг.
Девчонка же, поняв, о чем речь, отшатнулась, словно ее били за флаг и снова будут бить, если она к нему прикоснется.
– Да, флаг нам нужен, – неожиданно вмешался Пылесос, поднял флаг и, аккуратно его сложив, с невозмутимым видом пошел на выход, заставляя Серегу улыбаться, потому что лицо у омоновской псины перекосило так, что это было видно через балаклаву.
«Выкуси», – подумал Сергей и, делая вдох, понимал, что ему совсем не страшно, только смешно от того, что все это действительно происходит с ними.
Глава 22
Воскресенье. 12:47
Кириллу всегда казалось, что самое страшное на всех маршах – это находиться там в толпе, особенно если ты в начале или хвосте колоны. Они с Серегой всегда старались идти в середине, но, если вдруг силовики начинали разбивать колону, легко можно было оказаться там, где не собирался. И тогда ты внезапно мог превратиться в того первого, что станет щитом и заглянет в глаза ближайшей роже в балаклаве.
Сегодня Кирилл понял, что весь его протестный опыт прекрасен и прост по сравнению с беспомощным наблюдением из дома.
Артур дал очень простое, по его мнению, задание. Следить за чатом «Контроль автозаков Минск