Преобразование парфюмерии случилось в краткий период между парижскими Мировыми выставками 1889 года, 1900 года и Первой мировой войной. Выставки в Париже, которые посетили миллионы людей, становились витриной достижений многих отраслей промышленности и мощным импульсом развития. Парфюмерия не была исключением: предчувствуя невиданное ускорение грядущего века, она начала стремительно меняться, впитывая и синтезируя новые идеи химии, маркетинга, моды, пластических и изобразительных видов искусства. Даже названия духов отражали это стремление к современности. Эрнест Дальтрофф, владелец основанной им в начале XX века фирмы Caron, выпустил в 1904 духи Radiant; это была отсылка к открытию, совершенному Пьером и Мари Кюри, изменившему мир, – радию. А фирма Piver, имеющая в то время столетнюю историю, выпустила духи Volt, посвященные электричеству; флакон напоминал электролампу или, как тогда называли, – «электрическую капсулу».
Уже в 1900 году Поль Парке к открытию Всемирной выставки в Париже представил духи Coeur de Jeannette, Houbigant, состоящие из нескольких новых синтетических ингредиентов, в том числе в них была нота фиалки из метилионона. В своих знаменитых духах L’Origan (1905) Франсуа Коти использовал синтетические вещества еще более смело. Перед Первой мировой появилось трио знаменитых ароматов, выпускаемых до сих пор. Это L’Heure Bleue Guerlain; Narcisse Noir Caron и Quelques Fleurs Houbigant, и в них также были использованы синтетические молекулы в обрамлении натуральных ингредиентов. Гидрооксицитроннелал, паракрезол… в общем, множество веществ с витиеватыми названиями, которые полезно знать специалистам, с тех пор появлялись постоянно и появляются до сих пор. Coty, Guerlain, Caron – фирмы «продвинутые», готовые использовать открытия ученых-химиков, расширить «палитру» композиций, – в начале прошлого века стали расти и стремительно богатеть, а также закупать синтетические ингредиенты в промышленных масштабах. Возврат к старым технологиям в отрасли стал невозможным.
Разумеется, и тогда были люди, которым категорически не нравилась «вся эта химия», вторжение науки в таинство изготовления душистых вод. Старинная французская фирма Lubin в каталоге своей продукции 1919 года написала, что «парфюмеры, чтящие традиции и собственную репутацию, ни за что не станут использовать поделки фабрик, которые являются несчастьем времени, синонимом плохого качества и компрометируют нормальную парфюмерию». Критики нового возмущенно утверждали, что мало того, что синтетические молекулы опасны для здоровья женщин, – но использование «немецкой химии» не патриотично и подрывает национальный (французский) рынок натуральных эссенций.
Однако тенденция была необратимой, в первую очередь из-за значительного удешевления сырья и расширения палитры веществ для создания духов. Продукция лабораторий и фабрик стала выгодной деятельностью, научные исследования окупались.
Сегодня фабрики, вернее, транснациональные корпорации, производящие отдушки для парфюмерии, пищевой промышленности, бытовой химии, – истинный двигатель отрасли, они создают моду на «ольфакторный дизайн». Им принадлежат исследовательские центры, лаборатории, представительства, заводы по всему миру. Они владеют плантациями душистых растений. Корпорации не только производят парфюмерные композиции, но закупают и продают ингредиенты, сырье, в том числе натуральное. Работа этих предприятий – сочетание науки и творчества. Большинство парфюмеров исполняет заказы этих корпораций на основе так называемых «брифов» – заданий, полученных от фирм, крупных и средних. Парфюмеры-творцы часто говорят о брифах с отвращением, но ничего не поделаешь, так развивается история отрасли.
Много сил, научно-творческих, отдается созданию эксклюзивных «каптивных» (от англ. captive – «пленный», «пойманный») ингредиентов. Такие материалы патентуются и используются только мастерами-парфюмерами компании. Секретность важна и соблюдается строго. Когда рынок насыщается композициями с секретными «каптивами», компании могут запустить их в продажу, пленникам даруется относительная свобода. Причем каптивы это не обязательно соединения синтетические: современные биотехнологии позволяют обрабатывать натуральные эфирные масла и эссенции, сообщая им новые уникальные качества.
В парфюмерии престижно иметь породистую генеалогию: многие из концернов, помня о «материнских» фирмах, с гордостью называют временем своего рождения кто XIX, а кто даже XVIII век.
В швейцарском кантоне Женева, который еще называют «Силиконовой долиной ароматов», располагается более 400 компаний, производящих парфюмы и эссенции, с этой отраслью связано более 10 000 рабочих мест. Две самые крупные компании Givaudan и Firmenich контролируют около трети мирового рынка парфюмерных и ароматических веществ, уже более ста лет они являются конкурентами. Есть легенда, что по неписаному правилу их сотрудники никогда не заключают между собой брачных союзов, нельзя жить даже гражданским браком. Звучит неправдоподобно, но романтично!
Завод Givaudan основали в 1895 году братья Леон и Ксавье Живодан. Несомненно, в бизнесе была эпоха братьев: в то же время в отрасли действовали братья Дальтрофф (Caron), братья Герлен, Вертхаймеры (Bourjois). После Первой мировой Леон Живодан перебрался в Париж и собрал впечатляющую коллекцию флаконов XVIII века, некоторые из них с духами; значит, он был одним из первых коллекционером винтажей. А Ксавье Живодан вел дела фирмы Givaudan на протяжении 68 лет, вплоть до продажи швейцарской компании Hoffmann-La Roche в 1963 году. Но название Givaudan после продажи не поменяли.
В 1991 году соединились компании Givaudan и Roure Bertrand Dupon, название снова оставили прежнее – группа Givaudan. Компания гордится своей историей и достижениями фирм, в разное время вошедших в нее, а это: Roure, Chiris, Esrolko, Fritzsche Dodge & Olcott, Fries & Fries, Quest, Soliance, Spicetec. Некоторые из этих «предков» знамениты. Фирма Chiris, например, зародилась в Грассе в 1768 году, и на протяжении четырех поколений семья Шириз владела плантациями, привозила редкое сырье со всего света, Chiris скупала парфюмерные заводы и фирмы (в том числе парфюмерное предприятие Rallet, работавшее в Москве), открыла филиал в Нью-Йорке, наконец, наследники Chiris занялись большой политикой, и их парфюмерная империя пришла в упадок. Это были 20-е годы XX века, во Франции стала главенствовать другая компания – Roure-Bertrand Fils & Justin Dupont.
Roure-Bertrand, основанная в 1820 году в Грассе, сначала специализировалась на получении масла нероли, в том числе для производства одеколона в Кёльне – знаменитой «кёльнской воды». Со временем компания Roure-Bertrand стала лидером парфюмерных технологий: на Всемирной выставке в Париже 1900 года фирма получила гран-при за научные инновации в этой области. С 1926 года компания стала называться Roure-Bertrand Fils et Justin Dupont. Любопытно, что семьи Рур и Брокар (Brocard – парфюмерная фирма в Москве, знаменитая во второй половине XIX и начале XX века) породнились: внучка Генриха Брокара, дочь Эужении Брокар-Ферран, вышла замуж за Жана Рура, правнука основателя компании Roure-Bertrand.
В 1946 году компания Roure-Bertrand Dupont открыла первую в истории Школу парфюмеров. Ее возглавил знаменитый «нос» Жан Карль, автор духов для модных домов Dana, Dior, Schiaparelli, Carven. Он разработал систему классификации и сочетаемости ароматов, методику подготовки парфюмеров, в общем, стремился «поверить алгеброй гармонию» и брался научить этому молодых. Школа парфюмеров – не просветительский проект, это было стремление расширить круг заказчиков и, следовательно, увеличить прибыль. После войны во Франции появились Дома моды, и каждый из них заказывал яркий, новаторский аромат для поддержания бизнеса. На фабрику Roure-Bertrand поступали престижные коммерческие заказы от фирм Rochas, Patou, Carven, Dior, Nina Ricci. Ради этих заказов стоило взять подготовку парфюмеров под свое крыло. В Roure-Bertrand Dupont, в том числе благодаря школе, появились талантливые парфюмеры: Жермен Селье, позже Жан Гишар, Бернар Эллена, Мишель Альмерак. Позже и эта компания стала частью швейцарского концерна.
Одна из самых известных среди парфюмеров, работающих на Givaudan, – Калис Беккер. Она создала ароматы для фирм Lancome, Donna Karan DKNY, Tom Ford, Estée Lauder, By Kilian. Калис Беккер родилась во Франции, бабушка и дедушка у нее из Петербурга. Сегодня она живет в Нью-Йорке и возглавляет парфюмерную школу Givaudan. Для фирмы By Kilian, например, Калис Беккер создала около тридцати ароматов, в том числе By Kilian Rose Oud (2011) – породистый, плотный, стойкий до назойливости. Самое известное, самое разрекламированное ее творение J’Adore Christian Dior (1999).
Фирма основана в 1895 году в Женеве: химик Филипп Шуит и финансист Мартин Наф объединили усилия, чтобы производить новые ингредиенты для парфюмерии. В 1900 году к ним присоединился и Фред Фирмениш, он со временем он стал главным акционером. Отец Фреда – Шарль Фирмениш смог синтезировать новые парфюмерные молекулы, они до сих пор используются в душистых композициях. В начале прошлого века постоянным клиентом фирмы был Франсуа Коти, основатель фирмы Coty. Компания уникальна тем, что в течение 125 лет, по сей день, является частной собственностью семьи Фирмениш.
Firmenich всегда вкладывала и продолжает вкладывать деньги в научные исследования в поисках новых соединений и синтетических молекул, в изыскания в области химии, биотехнологии, психологии, физиологии; сегодня это не меньше 10 % от годовой прибыли. Прорывом в истории компании стали открытия Леопольда Ружички, первого директора исследовательского центра фирмы. Ружичка, химик чешско-хорватского происхождения, в 1939 году получил Нобелевскую премию, в том числе за разработки, которыми занимался на заводе Firmenich. Его научные достижения привели к созданию синтетического мускуса – это открытие очень важно не только для парфюмерии, но и для сохранения жизни животных, из органов которых получали мускус до этого (олени, дикие кошки и другие симпатичные существа).