"Как?" — спросила я.
"Я пытался и…"
Михаил велел жестом следовать за ним.
"Пойдем, я объясню.
У нас мало времени.
Я не собиралась терять этот шанс и последовала за ним.
"Что-то случилось?" — спросила я, когда догнала его.
"Случилось".
"Он спрашивал обо мне?" — это было самое большее на что я могла надеяться.
Использование Михаила словами подхалима действительно не поддерживало ту идею так или иначе.
"Они уменьшили его охрану," — объяснил Михаил.
"Правда? Сколько?" — Там было около десяти, когда там была Лисса, включая ее сопровождение.
Если они пришли в себя и поняли, что для охраны Дмитрия им нужно всего один-два парня, то это было хорошим предзнаменование того, что они уже признают, что он не стригой.
Он под наблюдением пяти.
"Оу."
Не великолепно.
Но и не ужасно.
Но я думаю, что они верят в то, что теперь он безопасен?
Михаил пожал плечами, смотря себе под ноги.
Во время Поминальной службы прошел дождь, и воздух, все еще влажный, немного остыл.
"Некоторые из стражей верят."
"Но требуется королевский указ от Совета, который бы официально подтвердил какой он на самом деле."
Я остановилась.
"Подтвердить какой он?" — воскликнула я.
"Он не какой! Он человек!"
Дампир, как и мы.
"Я знаю, но это вне наших возможностей.
"Ты прав.
"Извини" — пробормотала я.
Нет смысла в расстреле посланника.
"Хорошо, я надеюсь, что они расшевелят свои задницы и примут решение как можно скорее."
Тишина, которая последовала после моих слов, говорила что это не всё.
Я послала ему красноречивый взгляд.
"Что? Что вы что — то не договорили?" — потребовала я.
Он пожал плечами.
Говорят, что есть другой вопрос, который обсуждают прямо сейчас на Совете, кое-что, что имеет большее значение.
Это также привело меня в ярость.
Что в мире могло быть важнее Дмитрия? Споконее, Роуз. успокойся
Сконцентрируйся.
Не позволяй темным чувствам сделать все только хуже.
Я всегда старалась не позволять эмоциям вырываться наружу, но иногда это не срабатывало и я выходила из себя.
Сейчас? Да, именно это сейчас и произошло: я была в ярости.
Я перешла на более безопасную тему.
Мы достигли здания, где держали Дмитрия и я предприняла два шага одновременно.
Если они и облегчили стражу Дмитрия, они всё равно не впустят меня.
Особенно те, которые знали бы, что мне было приказано деражться от него подальше.
Один мой знакомый, охраняет передовой фланг прямо сейчас
Мы не будем находиться там долго, но он сказал стражам в зоне ожидания, что я получила право спуститься вниз.
Михаил собирался открыть дверь, но я остановила его, накрыв его руку своей.
"Почему вы делаете это для меня? Совет Мороев, возможно, не считает Дмитрия большим делом, но стражи считают.
У тебя могут быть большие проблемы.
Он снова посмотрел на меня, той маленькой, горькой усмешкой
Тебе обязательно спрашивать об этом?
Я думал об этом.
"Нет" — сказала я мягко.
Когда я потерял Соню.
Михаил закрыл глаза, а когда открыл их, они казалось смотрели в прошлое.
"Когда я потерял ее, я не хотел жить дальше.
Она была хорошим человеком, правда.
Она стала стригоем из-за отчаяния.
Она не видела никакой другой способ спасти себя от последствий управления духом.
Я бы сделал что угодно для того, чтобы вернуть её.
Я не знаю, будет ли это возможно когда — нибудь для нас, но ты можешь сделать это для вас прямо сейчас.
Я не могу позволить вам потерять эту возможность.
С этими словами он впустил нас, и действительно, там были другие стражи на дежурстве.
Как Михаил и сказал, парень сразу повёл нас вниз, для того, чтобы предупредить страдей Дмитрия о посетителе.
Друг Михаила, казалось, был очень озабоченным происходящим, что было вполне объяснимо.
Все же, он хотел помочь.
Это было удивительно, думала я, что друзья только не сделают друг для друга.
Последние несколько недель были неопровержимым доказательством этого.
Точно так же, как и во время посещения Лиссы, да стража проводили нас вниз.
Я узнала их, так как во время прихода Лиссы, была в её голове, они удивились, увидев здесь меня.
Если бы они слышали как Дмитрий непреклонно повторяет, что не хочет, чтобы я приходила к нему, то моё присутствие было бы ужасным.
Но насколько они знали кто-то помогает мне в этом, и поэтому не задавали никаких вопросов.
Михаил вел нас, и когда мы дошли, я почувствовала, что мое сердцебиение и дыхание стремительно ускорилось.
Дмитрий.
Я собиралась увидеться с Дмитрием.
"Что мне сказать? Что сделать?" — думала я.
Я должна была продолжать мысленно успокаивать себя, чтобы соспедоточиться, иначе я упала бы в обморок.
Когда мы достигли коридора, которая соединяла все комнаты, я увидела двоих стражей, стоящих перед комнатой Дмитрия в самом дальнем конце коридора и двух других стражей, стоящих там, откуда мы только что зашли.
Я беспокоилась о том, что другие могут подслушать наш разговор с Дмитрием.
Я не хотела иметь слушателей как Лисса, но из-за принятых мер предосторожностей у меня не было выбора.
"Могу я попросить об уединённости?" — спросила я.
Один из моих сопровождающих покачал головой.
"Официальный приказ.
Два стража всегда должны быть около камеры.
" Она страж," — мягко подметил Михаил.
"Я тоже.
Позвольте на пройти.
Остальные могут подождать за дверью.
Я послала Михаилу благодарный взгляд.
Я могла общаться при нём.
Другие, решая достаточно ли мы безопасны, медленно отошли в другой конец коридора.
Это было не совсем то, что я хотела, но по крайней мере они не будут слышать всё.
Моё сердце готово было выскочить из моей груди, когда я и Михаил оказались перед комнатой Дмитрия.
Он был в позе, в которой застала его Лисса: подогнув ноги под себя он сидел на кровати спиной к нам.
Слова застряли у меня в горле.
Мысли разбежались.
Я напрочь забыла причину своего прихода.
"Дмитрий", сказала я.
По крайней мере, попыталась сказать.
Ком в горле превратил мои слова в еле слышный шепот.
Несмотря на это спина Дмитрия напряглась.
Он не обернулся.
"Дмитрий", повторила я, на этот раз более четко.
Это я.
Мне больше не нужно было ничего говорить.
С первого упоминания его имени он знал кто я.
Думаю, он узнал бы мой голос в любой ситуации.
Вероятно, он знал звук моего сердцебиения и дыхания
Мне кажется, я перестала дышать, я ждала его ответа.
Когда он пришел (ответ), он был немного разочаровывающим.
Нет.
"Что нет?" спросила я
"Раз нет, то это не я?"
Он разочарованно выдохнул, звук был почти — но не совсем— похожим на тот, какой он использовал, когда я на наших тренировках делала что-то смешное.
"Я не хочу тебя видеть".
Его голос прозвучал с волнением.
"Они не должны были пропускать тебя."
"Да.
Хорошо, но я нашла способ обойти это."
"Ну конечно же ты смогла".
Он до сих пор не посмотрел на меня и это было мучительно.
Я взглянула на Михаила, который кивнул мне, что означало согласие.
Я бы была рада, если бы Дмитрий заговорил сейчас со мной при всех.
"Я должна была тебя увидеть.
Я должна была знать, что с тобой всё в порядке."
я уверен лиса уже сказала тебе, что со мной всё в порядке я должна была убедиться в этом лично ну сейчас ты видишь
Все, что я вижу — это твоя спина. это было невыносимо но всё же каждое слово которое он говорил было подарком.
Казалось, прошли годы с тех пор, как я слышала его голос.
Как прежде я задавалась вопросом, как я могла путать Дмитрия в Сибири с этим.
У обоих Дмитриев голос был похож: с тем же звучанием и акцентом, разве только, что у Дмитрия стригоя от его слов веяло холодом.
Этот был тёплым.
Мёд и бархат окутывали меня несмотря на ужасные слова, которые он произносил.
"Я не хочу, чтобы ты была здесь."произнес Дмитрий категорично
Я не хочу тебя видеть.
Я раздумывала одну минуту, чтобы разработать план(стратегию).
Дмитрия всё ещё винил себя.
Лисса использовала доброту и сострадание для того, чтобы помочь ему хоть немного.(мой творческий подход)
Она получила его защиту, хотя много чего было, потому что он считал ее своим спасителем.
Я попыталась использовать похожую тактику.
Я могла быть нежной, благосклонной и полной любви — и всё это было правильным.
Я любила его.
Я так сильно хотела ему помочь.
Но я не уверена, что конкретный метод будет работать для меня.
Роуз Хазевэй не всегда была известна мягким подходом.
Я, однако, сыграла на его чувстве долга. ты не можешь игнорировать меня— сказала я так чтобы было не слышно другим стражам
"Ты должен мне.
Я спасла тебя.
Наступила минута молчания.
"Лисса спасла меня " — сказал он осторожно.
Во мне загорался гнев, который был и тогда когда Лисса посетила его.
Как он мог так восхвалять её, а не меня?
"Как ты думаешь, как она смогла спасти тебя?"
Как ты думаешь, откуда она узнала, как спасти тебя? Ты хоть представляешь, сколько мне пришлось пройти, чтобы достать эту информацию? Ты думаешь поездка в Сибирь была сумасшествием? Поверь мне по сравнению с остальным это и близко к сумасшествию не стоит.
Ты знаешь меня. ты знаешь на что я способна и на этот раз я побила свои собственные рекорды ты должен мне это было резко. но я нуждалась в реакции от него
Проблеск эмоции. и я получила это
Он подорвался, его глаза сверкали, и сила трещала в его теле как всегда его движения были жесткими и изящными в его голосе было соединено много эмоций: гнев, расстройство, и беспокойство тогда лучшее, что я смогу сделать… он замер карие глаза которые были сужены, внезапно стали широкими