Раскатала губу! – подколол внутренний голос. – Ага, так и приняли, так и поняли, так и приголубили… Тьфу! Не то словечко, особенно в связи с последними событиями!
… Свальд еще слаб, позвольте его норму разделить на всех… - Прейд недоговорил: капитан Грум взвился на месте, гневно сверкнул глазами и проорал:
- Кадет Свальд!
От крика заложило уши. Казалось, что фамилия Криса отразилась от каждой стены академии, сея паутины панических трещин.
- Я! – встала по стойке смирно. К гадалке не ходи, сейчас что-то будет!
- Слушай мой приказ: после исправительных работ ты переходишь в первую группу. Майк Кровски из первой переходит в третью. Все ясно?! – рычал, словно зверь, капитан. Раздраконили Грума. Довели.
А, может, оно и к лучшему! И себя сберегу, и ребят. И сердце. А то екает оно последнее время, бьется бешено. Надо спасаться!
- Так точно, капитан! – известила, что приняла приказ.
- Но… - Этан запаниковал, замотал головой, и многое бы, наверное, сказал, если бы капитан Грум не отрубил:
- Кадет Кроф, хотите перехода во вторую группу? Расформировать вас всех?
Чакки застонал, Прейд задергал ногой, а Этан весь извелся оттого, что нужно сдержать все слова при себе, чтобы не сделать никому хуже.
- Я не слышу ответа, кадет! – Грум лютовал.
- Никак нет, капитан! – наконец, выдавил из себя Этан, смотря на меня так, словно меня продали на родину врагу, и никто не в силах это исправить.
- Так-то! Третья группа, перед исправительными работами приведите себя в порядок! От вас воняет так, что даже орки выгонят! – капитан смерил нашу четверку взглядом, из которой прилично выглядел только Чакки: мы с Ником, потому что еще не отошли от приключений, Этан – от плотного знакомства с полом и землей.
Чакки опустил уголки губ и жалобно посмотрел на меня:
- Крис, ну как так?
Как-как? Может, даже и хорошо. Правда, в первой группе Вер…
- Черта с два! – ругнулся Этан. – Черта с два! – ругался он по пути в душ, когда я его встретила, улепетывая оттуда. – Черта с два! – ругнулся, вместо приветствия орку, за что тут же получил дубинкой.
А я радовалась тому, что успела быстро помыться, пока все на эмоциях обсуждали произошедшее. И лишь шишка на лбу от пересчета ножки кровати омрачала мой вид.
ГЛАВА 35.
ГЛАВА 35.
Десятки пар глаз прожгли бы дыру в спине любого, кроме сыночка мэра. Стойкий оказался, а еще упрямый, как осел! После того, как орк горячо приветствовал Этана дубинкой, тот не растерялся, отобрал орудие у опешившей принимающей стороны и поздоровался как следует, по-орчьи.
- Брат! – признал тут же за своего зеленое исчадие ада. И да, я об орке, если вы об этом. Хотя, сейчас, пожалуй, Кроф близок, как никогда, к изумрудному оттенку пьянства.
Что так? – спросите вы. Приказ же! Исправительные работы!
Именно! Но у всех, кроме «братана»! Мы с Ником и Чакки то ли рожей не вышли, то ли не саданули дубинкой на ходу, в общем, отбор на побратимов не прошли.
А Кроф звездовал! Да-да! Пока мы латали крыши соломенных домов, этот негодник заливал как не в себя в компании двенадцати зеленых парнишек. Да таких, что кровь в жилах стыла. Ноздри – как колодца, кулаки как кувалды, глаза мелкие, бусинками. Волосы – три пера и одно зацепка. А еще кожа зеленая, как сочная листва по весне. Плечи созданы для коромысел, по метру вширь, а вот ростом не повезло – метр с кепкой. Поэтому внешне орки напоминали собой гвозди с короткой ножкой. Тут, правда, две ноги, но такие кривые, что, казалось, петляли между собой.
Когда я впервые увидела поселение орков, эти круглые милые домики среди деревьев с соломиной крышей, то подумала, что здесь может быть неплохо. Но когда рассмотрела обитателей сказочных жилищ, замерла на месте от шока. К их запоминающейся внешности выходцев из ада шло затхлое дыхание и сногсшибательный аромат пота.
Так вот кто на себя взял роль главных потняшек мира!
Пальцы орков были такими толстыми и короткими, что с трудом сгибались. Перетащить валун – да запросто. Только что перед носом один из зеленых спокойно протащил на горбу камень, будто сворованный из английского Стоун Хэнджа. А вот с мелкой моторикой у них беда, тут-то и идут вход нашкодившие кадеты академии!
Интересно, что за это Грум получает? Ведь точно не просто так! Не верю я в бескорыстность!
Я, Ник и Чакки несколько часов подряд ремонтировали крыши, а Этан заливал, как не в себя. Орки, бесспорно, зауважали крепкого товарища и стремились перепить. Обе стороны так вошли в азарт, что к ним присоединился и сам вождь.
Рог опрокидывался за рогом, вызывая завистливые присвистывания наблюдающих орков и наше глухое раздражение. А ведь даже не обсудить со своими: у каждого из нас была своя крыша. Оставалось только гневно сверкать глазами в сторону Крофа, не понимая, зачем ему это надо.
Если хотел откосить, то просчитался. Этан столько здоровья угробит за столом с орками, что потом неделю приходить в себя будет.
Все больше чувствовала глухое раздражение. Я, значит, последний день в их группе, а этот негодник даже не смотрит в мою сторону, только и знает, что опрокидывать рог.
Значит, как страсти-мордасти устраивать перед носом у всей академии – так пожалуйста, а как последние минуты бок о бок былым составом группы провести – так он с орками засел!
И вот настала стадия, которая приходит всегда, словно по щелчку пальцев.
Откровения.
Оказывается, что люди из нашего мира, что из другого, что орки – пьют одинаково. И стадии – один в один.
- Расформировывают нас! – поделился Кроф слезно. – Друганов моих, товарищей по бою! А мы знаешь сколько прошли?
Этан незаметно для меня подсел к вождю и даже приобнял его за зеленое плечо:
- Мы даже черед болтунов прошли! Птица крекет товарищей уносила! А они! – Этан впервые за вечер повернулся и тоскливо посмотрел на меня, Ника и Чакки. Мы все еще ремонтировали крыши, стараясь успеть до темноты.
Смеркалось, однако! Когда уже сознание Этана смеркнется! Сейчас еще про голубков разболтает, и нам крышка!
- И знаешь за что нас так? – Кроф, похоже, чувствовал себя бессмертным, потому что разговаривал с вождем орков, словно вырос с ним в одной песочнице.
- За что? – это было первое слово вождя за все время, и все зеленые, как один, замерли, внимая.
- За радость встречи! – Этан показала на меня пальцем, и я чуть не упала с крыши: — А вот этого задохлика видел?
- Чахлого? – орк поправил свой шлем, усеянный зубами животных, и пристально посмотрел на меня.
- Его! Так вот этого малого вообще отдают в группу отбросов!
- Не дело это! – кивнул вождь, соглашаясь. И вся компания опять дружно опрокинула в себя содержимое рогов.
- Вот и я о том! Не дело! Вот я – сын мэра, но не могу повлиять на капитана Грума, — Кроф пододвинул к себе бочонок, любя обнял его и пожаловался: — Принципиальный у нас командир!
Вождь еще раз повернулся ко мне и осмотрел с головы до ног так, что у меня пальцы затряслись, которыми я скрепляла последний узелок.
- Другие выживут. Чахлый сдохнет!
- Вот и я о том! – Кроф нес какую-то пургу, и как только поймала его взгляд, сделала страшные глаза. Этан удивленно моргнул, потом попросил «секундочку», и, шатаясь подошел к домику, крышу которого я ремонтировала.
Расстояние позволяло спросить:
- Ты что творишь?!
- Я благобухаю за нас всех! – икнув, пояснил Кроф, и прокинул в себя еще один полный рог спиртного, предприимчиво захваченный с собой.
- Благобухаешь? – вот умеет Этан слово так виртуозно извратить, что не придерешься. А ведь этим, зараза, и занимается! Благобухает там за всех!
Кроф вернулся за стол и отчитался:
- Волнуется малый. Утешает меня, — Этан снова закинул руку на плечо вождю. – Говорит, что нет никого, способного переубедить нашего капитана.
- Отчего же! – вдруг возразил вождь. – Есть!
- Да не может быть! – тут же стал отнекиваться Кроф, и даже руку убрал, и чуть ли не отвернулся.
- Есть! – повторил вождь уверенно.
- И кто же это? – Этан словно сомневался в правдивости слов. – Я его знаю?!
- Он перед тобой! – вождь важно выпятил вперед грудную клетку, надулся от важности, даже перья на одежке дыбом встали.
- Не хочу обижать, но Грум откажет! – Кроф расстроено шмякнул голову об стол. Но все с расчетом, любя, с легким стуком кулака, а не черепушки. Продуманный, как сто китайцев!
А я-то думала, что это он за стол так лихо влетел к оркам! Значит, вот что у Крофа на уме было! Но выйдет ли?
- Своему тестю не откажет! – спокойно констатировал вождь орков, и Этан пободался с вождем кулаками.
Моя нога скользнула с соломы, и я еле удержалась на крыше. Фух! Вот это сюрприз!
- Уважуха, Узильмир! – Этан бросил в мою сторону настороженный взгляд, после чего склонил голову перед орком: — Век не забудем!
- Лучше крыши нам век чините! – нашелся вождь. – Муркир, тащи еще бочонок!
- А вот это обещать не могу, академия, сам понимаешь, — очень увилисто ушел от обязательств Этан.
- Понимаю, — кивнул вождь. – Тогда младшую дочь в жены возьми!
И тут все-таки тело подвело: нога дернулась, соскользнула с удобной ступени, и я полетела вниз. Зажмурилась, сгруппировалась, но отделалась, на удивление, легко.
- Поймал! – крикнул довольный орк, держа меня за ремень штанов и низ рубашки. Мой нос замер в нескольких сантиметрах от земли. Я видела зеленые плоские ступни с черными когтями и боролась с приступом тошноты.
- Чахлый мой, отдай! – голос Этана послышался совсем рядом. И тут раздался звук рвущейся ткани.
ГЛАВА 36.
ГЛАВА 36.
Впервые в жизни молилась, чтобы порвались именно штаны. Хоть пополам, хоть в самом неизящном, но жутко интересном месте, но я выкрутилась бы! Труселя у кадетов тоже были одинаковые: черные, шортами.
Но только не рубашка! Под ней же бинты!
Треск. Орчье: «упс!» И я распласталась по земле. Ветерок пробежал по пояснице, и зеленый сзади хмыкнул: