О’Брайен отключился и набрал справочную.
– Соедините меня с рестораном «Каменный краб Джо».
После трех гудков мужской голос ответил:
– «Каменный краб Джо».
– Вы предлагаете блюда навынос?
– Да, сэр. Что именно?
– Есть живые крабы?
– Они все живы, пока не попадут в горшок.
– Хорошо. Я хочу заказать самого большого, который у вас есть. Но не готовьте его.
– Не вопрос. Но большинство людей предпочитают в приготовленном виде.
– Не сегодня.
Мужчина помолчал.
– О’кей, вам повезло. Сегодня мы получили целую кучу от рыбаков, и я видел там одного размером с суповую тарелку.
– Отлично. Оставьте его для меня.
– На какое имя?
– Ральф Джонс.
О’Брайен проехал еще несколько кварталов и завернул в магазин «Уолгринс». Там он купил самую большую дамскую сумочку, вернулся в машину и поехал в сторону клуба «Парадиз».
Этот стрип-клуб обслуживал серьезных воротил, спортсменов и знаменитостей, находящихся в Саут-Бич проездом. О’Брайен присел за столик в углу и стал смотреть на обнаженную танцовщицу на сцене. Статная брюнетка с великолепным телом и высокими, будто вылепленными скулами.
На нижнем уровне работали с десяток женщин. Одна из них, официантка, подошла к столику.
– Привет, – сказала она. – Я Лиз. Что вам принести?
– Кофе, спасибо. Не могли бы вы попросить девушку на сцене спуститься сюда, когда она закончит?
– Конечно, симпатяга, – улыбнулась официантка и пошла к следующему столику.
О’Брайен оглядел зал. Десяток бизнесменов с ослабленными галстуками; алкоголь заставлял их терять приличия и деньги. Через два столика стройная блондинка забралась на колени к игроку НБА, которого О’Брайен знал по «Майами Хит»[14]. Она крутилась волчком, балансируя у него на ноге и не касаясь ступнями пола.
– Привет. Я слышала, ты просил меня подойти.
Женщина, которая несколько минут назад танцевала обнаженной на сцене, сейчас стояла рядом со столиком О’Брайена, одетая в коктейльное платье. У нее были длинные черные волосы, изумрудные глаза и безупречная кожа.
– Так и есть, – улыбнулся он. – Спасибо, что спустилась.
– Лиз права, ты симпатичный.
– Спасибо.
– Я Барби. А как тебя зовут?
– Кен.
– Правда? Тебя правда зовут Кен?
– А тебя – Барби?
– Мне нравится мое имя. Большинство людей думает, я его выдумала. Большинство думает, что мои сиськи тоже искусственные. Но они настоящие.
– Вижу.
– Хочешь увидеть еще что-нибудь?
– Нет, спасибо.
– А я думала, ты хочешь танец, – разочарованно сказала она.
– Я хочу посмотреть на тебя. Присядь, пожалуйста.
Она села, и О’Брайен сказал:
– Расскажи мне о себе.
– В смысле?
– Твои мечты. Что ты хочешь сделать со своей жизнью.
– Ты что, продюсер или кто-то такой?
– Нет, просто любопытствую.
– Я только поступила в колледж… Местный колледж в Майами-Дейд. Пошла сюда работать, чтобы проще было оплачивать расходы. А потом я хочу быть учительницей в начальной школе.
– Почему в начальной?
– Моя любимая учительница, мисс Стаффорд, работала там. Но главное – я очень люблю детей. Мне кажется, я смогу привнести в их жизнь хорошее. Может, и звучит как пустая болтовня – я ведь никто, стриптизерша, – но это чистая правда.
– Я верю тебе, – улыбнулся О’Брайен, – и верю, что у тебя получится, если ты постараешься как следует. Послушай, Барби, ты когда-нибудь бывала в клубе «Оз»?
– Нет, и я слышала, там только за вход берут тридцать долларов.
– Не хочешь туда съездить?
– Ты, типа, серьезно?
– Долгая история. Ты поможешь мне прорваться мимо очереди и попасть внутрь.
– Ну, я не знаю. А что, если…
– Когда ты отсюда выходишь?
– Моя смена заканчивается через час.
– А ты можешь уйти сейчас? Я не какой-нибудь придурок. Мне нужно повидаться с одним человеком в клубе «Оз».
– С кем, с волшебником?
Она рассмеялась собственной шутке. Отличная улыбка и безупречные зубки.
– Я заплачу тебе три сотни долларов, чтобы ты помогла мне попасть туда. А потом останешься, если захочешь, или вызовешь такси.
– Ну, ты же сам видел, я люблю танцевать. А что ты собираешься делать?
– Навестить одного старого знакомца.
– Мне нечего надеть.
– Поверь, твое платье отлично подойдет.
– О’кей, наверное. Но у меня еще час смены.
– Скажи, что приболела.
– Я скажу, у меня эти дни настали раньше времени. Тогда и платье смогу взять – вроде как постирать. Но я не хочу, чтобы видели, что я выхожу с тобой. Решат, я подрабатываю на стороне. Так что это мое условие.
– Встречу тебя снаружи. Я на джипе.
– Я сейчас выйду, но сначала позвоню подруге, опишу ей тебя и расскажу, куда я собираюсь. Я попрошу ее позвонить в полицию, если я не перезвоню до полуночи.
– Отличная мысль, – улыбнулся О’Брайен.
На улице О’Брайен отпер джип и убедился, что «глок» на месте. Он завел мотор и подъехал к главному входу в клуб. Барби расчесала свои длинные черные волосы, добавила блеска для губ и чуть накрасилась. Она шла, как манекенщица. Потрясающая женщина. Изгибы фигуры затянуты в красное платье с разрезом, открывающим правую ногу до коричневого бедра. Глубокий вырез подчеркивал ложбинку между грудей. На ногах у девушки были туфли на шпильке, и при ходьбе груди подпрыгивали. Она прошла в добрых сорока ярдах за его машиной, повернула за угол и исчезла.
– Умная девочка, – пробормотал О’Брайен.
Он медленно поехал в ту сторону, повернул и увидел, что она стоит в тени толстой пальмы. Он остановил машину. Барби быстро огляделась, нырнула внутрь и сказала:
– Никогда еще не ездила в джипе. А можно опустить верх? Люблю без верха.
О’Брайен рассмеялся, и звук собственного смеха показался ему каким-то чужим. Он уже забыл, на что это похоже, когда сам смеешься.
– Конечно, можно.
Он отстегнул верх и закатал его.
Они ехали по Оушен-драйв, ветер развевал волосы Барби, а ее груди грозили выпрыгнуть из платья.
– Мне нравится! – воскликнула она. – Сумасшедшая свиданка, но мне нравится!
– А ведь ночь только начинается, – заметил О’Брайен и повел машину к «Каменному крабу Джо».
46
Даже поздним вечером во вторник парковка у «Каменного краба Джо» была почти полна. О’Брайен съехал с Вашингтон-авеню и остановился. Барби обеими руками убрала с лица волосы и заявила:
– Ничего так прокатились. Я обожаю каменных крабов! И чесноком пахнет. А я проголодалась.
– Я взял навынос, – сказал О’Брайен. – Подожди здесь. Я заберу заказ.
О’Брайен подошел к окошку.
– Я заказывал одного живого краба.
Потный кассир вытер руки полотенцем.
– На какое имя?
– Ральф Джонс.
– Сейчас принесу, мистер Джонс.
– А у вас есть какая-нибудь коробка, вроде пенопластового контейнера, чтобы положить его?
– Конечно.
Помощник менеджера вернулся с коробкой из пенопласта, сбоку на ней был изображен красный каменный краб. О’Брайен открыл крышку.
– Клешни связаны.
– Ага, обычно мы так делаем. Каменный краб может отхватить палец. Самые мощные клешни из всех крабов в нашей части света. Давление почти две тысячи фунтов на квадратный дюйм.
– Хорошо, а вы можете срезать ленту?
– Конечно.
Мужчина достал ножницы и разрезал эластичную ленту, стягивающую могучие клешни.
– Только не держите его в этой коробке слишком долго, он вырвется наружу.
– Спасибо.
О’Брайен расплатился и пошел обратно к «Джипу».
Барби видела, как он приближается, и поинтересовалась:
– А ты не захватил чего-нибудь выпить? «Колы» или еще чего?
– Барби, ты любишь суши?
Она наморщила нос.
– В жизни не стану есть сырую рыбу.
– Тогда тебе не понравится сырой краб, – заметил О’Брайен, пристраивая коробку между сиденьями.
– А насколько сырым они его приготовили? – спросила она, поднимая коробку.
– Если откроешь, я буду звать тебя Пандорой.
– Милое имя, – сказала она, открывая крышку. – О господи! Там живой краб! Здоровенный!
Она захлопнула крышку. О’Брайен завел мотор.
– А зачем тебе краб в коробке? – поинтересовалась Барби.
– Потом он переберется в сумочку.
Она взглянула на свою маленькую сумочку и замотала головой.
– Ни за что! Этой ужасной штуки в моей сумочке не будет!
– Не в твою, в ту, которая сзади. Не достанешь ее? Должна быть где-то на полу.
Барби повернулась и пошарила рукой.
– Тяжелая. А что в ней?
– Открой, – предложил О’Брайен.
– Я теперь боюсь. Там случаем не змея?
Барби медленно открыла сумку и заглянула внутрь.
– Ты что, какой-то псих? Зачем тебе наручники и диктофон?
– Склад, – пояснил О’Брайен.
Он забрал сумку у девушки, открыл ее, перевалил туда краба из коробки и застегнул сумку.
– Ради всего святого, что ты делаешь? Зачем ты засунул бедного краба в сумку?
– Когда летишь в страну Оз, соберись и держись покрепче.
О’Брайену удалось найти место для парковки на Вашингтон-авеню в двух кварталах от «Оз».
– О’кей, шоу начинается, – объявил он.
– Ты ничего не забыл? – спросила Барби.
– Что?
– Я понимаю, у нас очень странная свиданка, но ты сказал, что заплатишь мне. Ты не мог бы отдать мне деньги до того, как мы войдем? Дело не в том, что мне не хочется верить тебе. Ты, похоже, хороший человек.
– Ты права, – улыбнулся О’Брайен.
Он открыл бумажник и отсчитал деньги. Она сложила их и бросила в сумочку.
– Мне нужно, чтобы ты взяла и вторую сумку, – сказал О’Брайен.
– А если этот краб выскочит? И ты не думаешь, что девушка с двумя сумочками странно выглядит?
– Барби, никто не станет смотреть на твою сумочку или сумочки. А теперь слушай план. Очередь слишком большая, мы не можем ждать. Поэтому иди к дверям – а я пойду сразу за тобой – и скажи тому мускулистому парню в черном, что тебе срочно нужно в дамскую комнату. Слабый мочевой пузырь и все такое. Когда он согласится, скажи, твой дружок – старый друг Серхио Конти, и Серхио хочет показать ему клуб, но не может сделать это лично, поскольку сейчас крайне занят.