– Ваш муж пытался найти убийцу, нанял частного детектива.
– Максим? Я об этом не знала. Вы уверены? Максим… как бы это сказать… он считает частных детективов шарлатанами. У каждого свои предубеждения. Он всегда полагался только на полицию.
– И все-таки нанял частного детектива.
– Это он вам сказал?
– Да.
– Тогда конечно. Но для меня это неожиданность. Почему он мне не сообщил?
– Наверное, потому, что всегда считал их шарлатанами, – пожала я плечами. – Зачастую мужчины не любят признавать, что изменили свое мнение.
– Тут вы, скорее всего, правы. Значит, тот человек, с которым я его видела, возможно, детектив?
– Об этом лучше спросить Максима Ивановича, – сказала я.
– Ну уж нет. Скажет, что я сую нос в его дела. Он ужасно этого не любит.
– А когда вы видели мужа с этим человеком?
– Где-то в конце декабря, – ответила Ирина Викторовна.
– То есть несколько месяцев назад? Тогда это вряд ли детектив, учитывая, что Лиды нет уже восемь лет.
– Да, конечно, что-то я напутала.
– А почему мужчина вызвал ваш интерес?
– Ну… Я не могла понять, кто это может быть. Мы поехали ужинать, в ресторан, и вдруг мужу позвонили. А вскоре приехал тот человек. Они разговаривали в холле, столик оказался как раз напротив дверей, и я их хорошо видела.
– Возможно, коллега по работе?
– Не смешите меня, – отмахнулась Ирина Викторовна. – Он не был ни коллегой, ни подчиненным… уж можете мне поверить. И разговор шел серьезный. Муж очень внимательно его слушал.
– И вы не спросили, кто это?
– Конечно, спросила. Он ответил в своем духе: «Это по делу». По какому делу, скажите на милость? А сейчас, когда вы заговорили про частного детектива, я вдруг подумала о нем. Вот на кого он похож, на частного детектива в американских фильмах.
– Сильно пьющий красавец с огнем в очах?
– Нет, – засмеялась она. – Тут другое. Знаете, с мужем мало кто умеет говорить на равных, а этот как раз так и говорил.
– Но симпатичным не был? – не отставала я, желая выведать подробности.
– Почему же… Он вполне привлекательный мужчина. Ростом с Максима, спортивный. Блондин, с аккуратной бородкой.
– Возможно, ваш муж обратился к нему по какому-то другому делу?
– Вы ведь не Яну имеете в виду? С ней весь этот ужас случился гораздо позже.
– Ах, да, – согласилась я. – Кстати, какие у вашего мужа с ней отношения?
– С Яной? Разумеется, хорошие.
– Ну… учитывая, что первой женой Галактионова была его родная сестра…
– Глупости. Мы все были рады, когда в жизни Сергея появилась Яночка. Он три года жил один, оплакивая жену. Места себе не находил. Одно время даже пил… и все это легло на плечи Максима, и мои, конечно, тоже. Нет, нет, мы очень благодарны Яне, она вытащила его из затяжной депрессии.
– У Яны есть близкие подруги? – спросила я.
– Честно говоря, я не в курсе. На днях рождения никого из посторонних не было, только свои. Сергей всегда повторяет, для нее главное – семья. Мне кажется, она больше, чем с другими, общалась с Аней Долгополовой. Это дочь их соседей, очень приятная девушка. Ее отец – председатель законодательного собрания.
– Вы не могли бы устроить нашу встречу? – перешла я на просительный тон.
– Конечно. Только сейчас она на Мальдивах, насколько я знаю. Но я ей напишу. Уверена, она с вами свяжется.
– Спасибо. Давайте поговорим о Лидии.
– О Лидии? – вроде бы удивилась Ирина Викторовна.
– Да. Если честно, тот факт, что обе супруги Галактионова были похищены, не кажется мне случайным.
Москаленко немного похлопала глазами.
– Вы думаете? Но… я не совсем понимаю.
– Я пока тоже.
– Лида была прекрасным человеком, – помолчав немного, решительно начала Ирина Викторовна. – Они с Сергеем очень любили друг друга. Она, конечно, переживала, что не могла забеременеть, это единственное, что омрачало их семейную жизнь. Но Сергей вел себя безупречно, всегда ее поддерживал, и несколько раз заявлял, что дети для него не так важны. Как любая женщина, она, наверное, опасалась… ну, вы понимаете. Но он действительно ее любил, это было видно. А когда узнал, что она в положении… Господи, это было такое счастье для всех…
– И никто их счастью не завидовал?
– Что вы имеете в виду? – нахмурилась Ирина.
– У всех нас есть недоброжелатели.
– Не знаю… Возможно, у Сергея и возникали какие-то конфликты по бизнесу, но Лида… Она была сама доброта, всем старалась помочь. Даже тем, кто этого не заслуживал.
– Вы сейчас кого-то конкретно имеете в виду?
– Был у нее друг детства. Беспардонно пользовался ее добротой.
– Как его имя?
– Виктор. Фамилию не помню. Она его как-то смешно называла. Тяпа? Как-то так… Хотя столько лет прошло, могу напутать.
– И что этот Тяпа? – спросила я.
– Он ровесник Лидочки. Они жили в одном доме, ходили сначала в один детсад, потом в одну школу. Друзья детства, одним словом. Ну, а потом… В общем, парень пошел по кривой дорожке и угодил в тюрьму. Представляете, Лидочка ему посылки отправляла, помогала его матери. Отец у него, как оказалось, тоже из этих… из уголовников. Лидиным родителям и Максиму эта дружба совсем не нравилась, как вы понимаете. Но Лидочка была довольно упряма. Когда он вышел из тюрьмы, помогла ему устроиться на работу.
– Они любили друг друга?
– Нет, что вы. Ее здравого смысла хватало, чтобы понять: этот человек совсем из другой жизни. Она его жалела. Помогала и ему, и его матери. До самой своей смерти. Только все ее заботы были напрасны, он опять угодил в тюрьму. С кем-то подрался, кажется. Такие люди неисправимы.
– Сергей Сергеевич знал о его существовании?
– Разумеется. Виктор бывал у них в доме на правах друга детства. Разумеется, нечасто. Он понимал, что своим присутствием ставит Лиду в неловкое положение. Я видела его всего один раз, в Лидочкин день рождения. Он заехал ее поздравить.
Примерно в этом месте меня озарило, и я задала вопрос:
– У вас есть фотографии Лиды?
– Да, конечно. Максим все бережно хранит…
– А можно на них взглянуть?
Ирина Викторовна чуть поморщилась, однако поднялась и, не говоря ни слова, покинула комнату.
Не было ее довольно долго. Я слышала, как она с кем-то разговаривает по телефону, и начала беспокоиться, как бы она не забыла о моей просьбе.
Наконец Ирина появилась с толстенным альбомом в руках.
– Подруга позвонила, – сказала она виновато. – Напомнила, что мы сегодня встречаемся…
– Я много времени не займу, – заныла я.
Она села рядом со мной и открыла альбом.
Максим Иванович в младенчестве умилял, но особого интереса не вызвал. Так же, как крошка Лида. Половина альбома сплошь детские фотографии, их я пролистала быстро. Далее пошли юношеские фото Лиды, а потом и свадебные. Жених и невеста абсолютно счастливы, как им и положено. Лида красавица, да и Сергей Сергеевич в те времена выглядел симпатягой, девушки таких любят. Мое внимание привлекла фотография, на которой Лида стояла в компании мужчины, которому она делала «рожки».
– Это не тот самый друг детства? – спросила я, Ирина Викторовна к тому моменту к фотографиям уже охладела и тоскливо поглядывала по сторонам.
– Дайте-ка взглянуть, – сказала она и придвинула альбом. – Да, это он.
Я торопливо пролистала альбом до конца и обнаружила еще одно фото с Виктором. На фотографии он был с Лидией и пожилой женщиной в цветастом платье.
– Это кто? – спросила я.
– Наверное, его мать. Они во дворе дома, где когда-то жил Максим. Начав заниматься бизнесом, он купил родителям квартиру в более подобающем месте.
– Адрес вы знаете?
– Сосновая, дом десять. Когда он знакомил меня с родителями, они еще жили там. И этот Виктор наверняка оттуда не уехал. Если, конечно, не продал квартиру, а деньги не спустил.
– Ваш муж наверняка помнит его фамилию, они ведь долгое время были соседями.
Лицо Ирины Викторовны приняло страдальческое выражение.
– Танечка, – заговорила она. – Ничего, что я вас так называю?
– Конечно, мне очень приятно.
– Не говорите Максиму о том, что я вам здесь наболтала.
– Но… вы ведь не сказали ничего такого…
– Я думала, мы будем говорить о Яне, а меня куда-то занесло… Я беспокоюсь… муж будет недоволен.
– Хорошо, я ничего ему не скажу. Фамилию я могу узнать у соседей.
– Правда? Вот и хорошо. Извините, у меня совсем нет времени.
– Да-да, – вскочила я, возвращая альбом, не забыв переснять фотографии с другом детства.
Похоже, внимания на это Ирина Викторовна не обратила, по крайней мере, промолчала. Ясно было: ей не терпится от меня отделаться.
– Пожалуйста, не забудьте сообщить Анне Долгополовой… – начала я.
– Я ей сегодня же напишу, – заверила Москаленко, и через минуту я уже была на лестничной клетке.
Появление друга детства очень обнадеживало. Был он влюблен в Ирину или нет, особой роли не играет.
Как известно, добрые дела наказуемы. Вернувшись из тюрьмы, парень мог решить, что денег, которые он получал от Лиды (если получал), явно недостаточно. И надумал сорвать большой куш. Но Лида его узнала, и ему пришлось ее убить.
Чем не версия? Убийство сошло ему с рук, и через восемь лет он повторил свой «подвиг», вновь похитив жену Галактионова.
Почему именно Галактионова, а не какого-то другого бизнесмена? Может, верил в счастливый случай? Если все удалось в первый раз, удастся и во второй.
Одно вызывало большое сомнение: неужто следователи не заинтересовались другом детства? В случае с Лидией они были просто обязаны его проверить.
В общем, я хоть и порадовалась внезапному следу, но особо в удачу не верила. Однако отправилась на Сосновую.
Двор обычной пятиэтажки был полностью заставлен машинами. Ближе к трансформаторной будке – детская площадка. Девочка с красным бантом играла в песочнице, на скамейке по соседству ее бабушка читала газету. Я направилась к ним.
– Здравствуйте, – сказала я еще издали. – Простите, вы в этом доме живете?