Я сомнением взглянула на бывшего преподавателя. Без единого седого волоска темные волосы, собранные в тугой пучок, лицо с россыпью тончайших нитей морщинок, глубокие карие глаза — я бы никогда не дала преподавателю больше сорока. Однако разум мне подсказывал, что тому куда больше — ведь только в академии Кноу работал около тридцати лет.
— Во-первых, — глубоко выдохнула, — мне пришлось применить те чары, которые мы изучали.
— Прекрасно, — тихо пробормотал профессор.
— И специфика этих чар вылезла наружу, — вжала голову в плечи. Когда-то Далларой Кноу взял с меня обещание сохранить это знание в секрете. Увидев явно недовольное выражение лица преподавателя, добавила: — Нет, нет, никаких формул направления векторов… только в общих чертах! Мне правда пришлось.
— Так не пойдет, Кира, — профессор покачал головой. — Рассказывай все с самого начала. Все, что сможешь.
И я рассказала.
Рассказала про то, как повстречалась с лордом Арне впервые, про Бирана, про ограбление в банке, про бал. Действительно все, что могла. Профессору Кноу я доверяла, как самой себе. И даже не сомневалась, что тот не предаст моего доверия. Рассказала даже о том, о чем лорд Арне просил молчать. Но многое оставила в тайне.
Все это время Далларой сидел молча, ни разу не перебил, лишь задумчиво теребил пушистое перо, лежащее у него не столе. А когда закончила, произнес:
— Даа, вот дела. Кира, как я могу помочь? — взгляд напряженный, словно он заранее знал ответ.
— Вы говорили, что были знакомы с Огюстом Борном, — выдала я, внимательно наблюдая за реакцией. — Говорили, что он множество раз приходил к вам за консультацией по боевым чарам. Так?
— Так, — хрипло выдал он, отводя взгляд в сторону.
— Также я знаю, что… он жив. Всего лишь инсценировал свою смерть.
— Жив, — эхом повторил бывший наставник.
— И… вы, скорее всего, знаете, где он мог бы скрываться.
— Я знаю, где он гипотетически мог бы скрываться, — поправил Кноу. — Огюсту было хорошо известно, что я не вмешиваюсь в чужие тайны, не задаю лишних вопросов и, тем более, не лезу в королевские дела. Видимо, поэтому он не раз посылал мне письмо с просьбами о помощи.
— А вы? — на мгновение мне стало страшно. А что, если Далларой в сговоре с Борном, а тут пришла я, и раскрыла большую часть всех карт.
— А я не ответил ни на одно его письмо. Мое доверие к этому человеку иссякло сразу, как он начал творить по-настоящему черную магию.
— Черную магию? — переспросила.
— Ты помнишь, сколько дней в умершем человеке синтезируется магическая энергетика?
— Конечно, — я была немного обескуражена вопросом. — Три дня. На четвертый она становится обезличенной и теряет все свои магические свойства. Становится лишь отпечатком.
— И знаешь, что должен сделать следователь, обнаруживший труп? — еще один странный вопрос.
— Ну да, — растерянно. — Собрать эти чары из тела и рассеять. Это обязательный процесс. Если этого не сделать…
— Да, да, отшельники-некроманты, фантомные проявления… Я понял, что ты хорошо усвоила программу магической биологии. Но не знаешь одного. Как я понял, Огюст Борн умудрялся извлечь из мертвого тела все соки, а после — поместить в неживой предмет. Таким образом он создавал по-настоящему бессмертных големов. И ограбление в банке тому подтверждение. Я не думаю, что он убивал. Скорее всего, подкупал кого-нибудь из твоих наименее принципиальных коллег, чтобы получить доступ к телам.
— Дладж! — вырвалось у меня. Извилины заработали с удвоенной силой, вкладывая новый паззл информации в картинку. Там все еще оставалось множество незакрытых пятен, но…
Огюст Борн жив. Огюст Борн приложил руку к ограблению. И, скорее всего, Огюст Борн замешан в узурпировании власти. Осталось только его найти.
— Вы смогли восстановить место, откуда были посланы письма? — спросила я.
— Разумеется, — кивнул бывший наставник. Взял перо в руки, замер, о чем-то задумавшись.
— Я обещаю, что в этом деле вы останетесь инкогнито, — хорошо понимая опасения Даллароя, уверила я. — Ни одна живая душа не узнает.
— Очень на это рассчитываю, — хрипло ответил профессор Кноу и начал что-то писать на бумажке.
Я с любопытством выбралась — какие-то цифры переплетаются с буквами, черточки, кривые.
Профессор протянул бумагу мне.
— Этот шифр был в одном из его посланий. Я его так и не разгадал, но, быть может, у тебя получится.
Я чуть ли не застонала от разочарования. Если сам Кноу не смог разгадать этот код, то что делать мне?!
— И Кира, я правда очень прошу, никто не должен узнать, что я был как-то связан с Огюстом Борном.
— Да, конечно, — поспешно ответила. Я еще с первого курса заметила, что профессору крайне претит любое королевское внимание. И ведь звали же, звали! И на должность главного боевого мага королевства, и на место главы королевской канцелярии. Хм, место главы королевской канцелярии?
— Профессор? — поинтересовалась я. — А лорд Арне был вашим учеником? Ну, я имею в виду… как я. Вы занимались с ним лично?
— Леннарт был по-настоящему талантливым студентом, — Далларой хмыкнул, — и являться чьим-то протеже для него слишком унизительно.
Я вскинула брови — раньше я и не задумывалась о том, что протеже одного из величайших магов из всех, о ком я знаю.
— Но иногда он приходил ко мне, — продолжил профессор, — как ты сейчас, за советом. До сих пор иногда приходит. Я удовлетворил твое любопытство?
— Да, — я улыбнулась. — Профессор, спасибо вам. Не знаю, как я буду разгадывать это, — помахала полученным шифром, — но очень постараюсь.
— Да уж, Кира, не оплошай, — Кноу ответил на улыбку, — у Его Величества много недостатков, но он мудрый правитель.
Над этой фразой я думала, когда покинула кабинет. Пока шла по коридорам и выходила на улицу. Она не давала мне покоя.
А что я знаю о нашем короле?
Знала, что он издал указ о жестком налоге на любое лицензионное пользование, заставил систематизировать все виды чар и выстроил целую иерархию из наказаний для тех, кто нарушает закон. Помнится, еще до начала его правления в королевстве то и дело вспыхивали бунты, а маги безнаказанно сражались с другими магами. Выходить на улицы было опасно, а если уж перейдешь дорогу кому-то из аристократов?.. Пиши пропало.
За двадцать лет Его Величество изменил всю систему правления, усовершенствовал исполнительную власть и постарался наделить каждого работой. Апеллируя тем, что «свободные руки опасны для общества, каждый должен быть при своем деле». И я была с ним согласна. А те, кто не был — сбежали в леса и носили гордое звание отшельников. Отказников от системы.
Нет, разумеется, в королевстве все еще царили нищета и разнузданность, все еще процветало воровство. Но… если сравнить с тем, что было, то невооруженным чарромером глазом видно, король по-настоящему вложился в развитие. И, пожалуй, за такого правителя стоило бороться.
Когда я добралась до дома, над городом уже сгущались сумерки. Я потратила немало времени на дорогу. Без рабочего экипажа было сложно передвигаться, особенно, за пределы города — приходилось ждать общественные кареты, вдыхать пары дыхания нетрезвых попутчиков, отнекиваться от предложений «Девушка, давайте с нами».
В квартиру пробиралась тем же способом, что и уходила. Если меня и правда никто не заметил, то посчитают, что весь день я просидела дома. Действительно, чем же мне еще заниматься после того, как меня отстранили от работы?
Жорж с Леоном явно соскучились. Едва я вошла, оба встрепенулись и принялись активно жестикулировать.
— Пррр, по очереди, — пробормотала я, приподнимая руки. — Я не понимаю.
Жорж искоса посмотрел на Леона, тот ответил таким же взглядом. Они словно спорили, кто именно из них сообщит мне какие-то вести.
Начал Леон, он поднял один из отростков, и постучал по окну.
— Кто-то приходил? — тихо переспросила я.
Жорж закивал, указывая отростком на стекло.
— Заглядывал? — уточнила.
Зелень активно закивала, в этот раз дуэтом.
— Дладж! — в последнее время я много ругалась. — Кто, сможете описать? Мужчина? Женщина?
Растения растерянно переглянулись.
— Давайте по новой. Мужчина?
Отрицательный ответ.
— Женщина?
Еще одно «нет».
— Вы не смогли понять? Лицо было скрыто под маской?
Кивки.
— Отлично, — задумчиво произнесла я. Значит, это явно не люди Ваола, те бы не стали скрывать лица и, скорее всего, вломились бы, не заморачиваясь путешествием по узкому карнизу. Но вот другой вопрос — кто еще мог заинтересоваться моей персоной?
Оглушительный грохот, и я, словно под чарами замедления, увидела, как моя дверь слетает с петель.
— Эээ, — только и успела выдать я. — Какого…
Королевская стража, стража района Ландивечево — в моей и без того тесной квартире стало нечем дышать. Пока я с полным непониманием происходящего смотрела на пришедших, внутрь вошел Ваол. Он был зол, как дладж. Казалось, придай нужный вектор его чарам, и из глаз сами собой посыпятся молнии.
— Где он?!
— Кто? — я сглотнула.
— Обыскать квартиру! — рявкнул Ваол. — Он наверняка где-то тут!
— Да кто? — я сорвалась на крик и подалась вперед, видя, как с кровати сдирают любимое постельное белье.
— Стоять, я сказал, не смей шевелиться! — Ваол тоже шагнул вперед, прижимая меня к стене рукой. В нос ударило кислое дыхание.
— Тут вряд ли кто-то бы поместился, шеф, — заявил один из королевской стражи.
— Искать, я сказал. Потайные ходы, комнаты, сейфы! Его шаги ведут сюда!
— Да что происходит?!
— А что, не понимаешь? — поинтересовался едко лорд Новш, вдавливая меня сильнее в стену. Он наклонился ниже, к самому моему лицу. — Как думаешь, может Леннарт появится, если я…
Его рука вольготно улеглась на моей талии. Я замерла, чувствуя, как тело наливается свинцовой тяжестью. Испуганно смотрела в обозленные глаза Ваола.
— Или так? — выплюнул лорд Новш, перебираясь выше.