— Ты права, конфетка. Нам нужно кое с чем разобраться, — подтвердил Эрик то, что я итак знала.
— Нам нужно встретиться с Бишопом. Всем нам, — добавил Эзра с нотами гнева.
— Эзра? — я шагнула к нему, гадая, почему он сердился на Бишопа.
Ведь я не рассказала им ничего из того, что узнала о нем. Найдя меня накануне, они с тех пор едва позволяли мне сказать хоть слово. Сейчас вряд ли мне было дело до Бишопа, но, возможно, близнецы как-то пробрались в мои мысли и узнали, что я подумала о нем теперь, когда наша связь окрепла. Хотя после того как они привезли меня сюда и уложили в постель, я вообще мало о чем думала.
— Из-за него тебя похитили, — Эзра позволил себе проявить гнев. Обернувшись к Эрику, я увидела, что он тоже был взбешен, просто лучше сдерживался.
— В тот день я не впервые встретила своего похитителя, — я перевела взгляд с одного близнеца на другого. — На самом деле, он предостерегал меня. Сказал… — я затихла, не желая повторять его слова. В душе я знала, что Гордон мне врал. Ни за что на свете я бы не поверила, что Эзра и Эрик могли своими руками сотворить такое. Эти самые руки, боготворившие мое тело, не были способны сотворить то, в чем обвинял Гордон.
— Конфетка, ты можешь рассказать нам что угодно, — подцепив пальцем мой подбородок, Эра заставил меня поднять голову. — Мы не рассердимся. Конечно, ты испугалась, узнав о существовании вампиров. Было очень просто использовать твой страх против тебя.
— Я не испугалась, — призналась я, встретившись с ним взглядом. Хотя я должна была бояться. Я уверяла себя, что лишь хотела убедиться в отсутствии жертв, но на самом деле просто не могла держаться подальше. Близнецы манили меня, и теперь я знала, что нам было предначертано стать семьей. — Я приехала, чтобы увидеть вас двоих даже после того, как он рассказал мне…
— Обо всех мертвых женщинах, — закончил за меня Эзра, стиснув челюсти. От него исходил гнев. — Если мы не поедем, Бишоп явится сюда сам. Лучше переговорить всей семьей, ибо у меня нет никакого желания без крайней необходимости снова возвращаться к этой теме. Кроме того, я не хочу, чтобы жизнь нашей пары отравляло прошлое.
Я чувствовала, что в его словах крылась не только злость, но и боль. Эзра пошел к двери, но я потянулась и схватила его за руку. Мне нужно было к нему прикоснуться, и я знала, что могу принести ему облегчение. Он тут же остановился, и было удивительно чувствовать, как мое прикосновение успокоило его.
— Меня не отравит ничего, имеющее отношение к вам двоим. Вы должны это понять. Вместе мы проживем долгую жизнь, — я улыбнулась, и Эзра расслабился еще больше. Эрик встал позади меня и, обняв за талию, потерся подбородком о мою макушку. — Неважно, что будет потом, пока мы вместе. Я люблю вас обоих, и вместе нам все по силам.
— Мы тоже тебя любим, — Эзра подошел ближе, зажав меня между ними. — И всегда будем с тобой, — склонившись, он поцеловал меня, доказывая свои слова. Мог и не утруждаться, ведь мы думали одинаково, но раз Эзра хотел проворачивать свои трюки альфа-самца, я позволила ему наслаждаться каждой секундой.
— Давай сделаем это, — оторвался он от моего рта и взял меня за руку. Эрик подмигнул мне, безмолвно поблагодарив за то, что успокоила его брата. Впервые я не чувствовала, что они вели безмолвный диалог. Теперь я была включена в него.
Когда Эзра вывел нас из спальни, я поймала его за руку и остановила.
— Если я когда-нибудь захочу уехать…
— Ты никогда нас не бросишь, — отрезали оба, крепче схватив меня за руки.
— Дайте мне закончить, — рассмеялась я, но затем посерьезнела. Мне нужны были ответы. — Если я когда-нибудь захочу уехать и поселиться в другом месте, где будем только мы втроем, вы согласитесь?
— Конечно, мы расспросим тебя о причинах, ведь когда несчастлива ты, несчастливы и мы. Но если ради тебя нам придется переехать, тогда мы переедем, — легко заявил Эрик без малейших колебаний. Эзра закивал в знак согласия.
— Но здесь ваша семья, — напомнила я им. Даже не будучи кровными родственниками, члены ковена считали себя семьей.
— Они наша семья, но мы убедились на собственном опыте, что сами можем выбирать родных. И не обязательно тех, в чьем доме мы родились, — в тот же миг я поняла, что их детство не было счастливым.
Пускай я была странным ребенком, выросшим в морге со своим дедушкой, обо мне заботились и меня любили. Было печально думать о том, что я мечтала о родителях, в то время как близнецы, похоже, хотели бы никогда не знать своих. Возможно, иногда лучше самому создавать семью. Прежде у меня ее не было, за исключением дедушки.
Дойдя до нижней ступени, мы остановились возле кучи коробок на площадке. Только я собралась сказать, что мне нужна одежда, как Эзра с Эриком начали открывать коробки и вручать мне ее. Покачав головой, я скинула халат и заменила его штанами для йоги и свитером, спадавшим с одного плеча. Эзра и Эрик неотрывно наблюдали, как я переодевалась. Благодаря нашей связи они открывали для меня свой разум, и места для стеснительности не оставалось. Нет, учитывая, какие грязные и трогательные мысли приходили им в голову при виде моего голого тела. Вся моя неуверенность развеялась, и я чувствовала себя самой прекрасной женщиной в мире.
— Я заметила, что нет нижнего белья, — выгнула я бровь, надевая кроссовки. Эрик с Эзрой одинаково усмехнулись мне, прежде чем провести меня по дому и сопроводить вниз по лестнице. — Так я и знала! — закричала я, увидев подземный тоннель. — Вы передвигаетесь от дома к дому, не выходя наружу. Я знала, что вы живете по соседству, но у всех огромные владения, — я не могла перестать улыбаться, гордясь собой из-за подтвердившейся догадки. Я не считала ее вероятной, но все-таки оказалась права.
— Классно, да? — спросил Эрик, открыв для меня автомобильную дверь.
— Классно, — я осмотрелась. Вскоре я захотела попросить об экскурсии.
Заняв пассажирское сидение, Эзра устроил меня у себя на коленях, и Эрик пошел к месту водителя.
— Не уверена, что так ездить безопасно, — поддразнила я.
— Тут у нас нет никакого дорожного движения, — пошутил Эзра, укусив мою шею.
— Ты проголодался? — спросила я, отклонив голову и предоставив ему больший доступ.
— Если я тебя укушу, мы никогда не доберемся до Бишопа. И тогда он сам приедет, ища нас.
— Было бы прискорбно убить своего создателя за то, что он видел, как нашу пару наклонили и трахнули, — согласился Эрик, блеснув глазами. Я не понимала, шутил он или нет, но не собиралась спрашивать.
Я старательно всматривалась вперед, чтобы увидеть путь. Однако Эзра мешал мне, осыпая поцелуями мою шею.
— Значит, я могу ходить под солнцем? — спросила я, и в машине возросло напряжение.
— Доув, для тебя все осталось прежним. Иногда твое восприятие будет становиться острее, как ты, наверное, уже заметила. Но пока ты время от времени пьешь нашу кровь…
— Каждый день, — выдохнул Эзра мне в шею.
— …ты не постареешь, — процедил Эрик.
— Я интересуюсь только потому, что мы почти ничего не обсудили. Обещаю, я никуда не пойду без вас, не предупредив заранее, — я знала, что они нуждались в заверениях.
Стоило мне закончить фразу, как я практически услышала мысли у них в головах. Близнецы не хотели снова разлучаться со мной или отпускать туда, где не могли быстро до меня добраться. Я была согласна пожертвовать прогулками под солнцем, если такова была цена за спокойствие близнецов.
— Мы слышим твои мысли и знаем, что ты хочешь много чего узнать, — с улыбкой покосился на меня Эрик.
— Очаровательно, правда? — определение казалось не самым подходящим, но в устах Эзры оно звучало естественно. — Мне нравится просто слушать их.
— Тебе нравится каша у меня в голове? — рассмеялась я. — Ну хоть кому-то.
— Мне нравится, но также они пробуждают желание найти ответы, которые ты ищешь.
Я посмотрела на Эрика, зная, что он нашел бы ответ на любой мой вопрос.
— И отвезти ее во все места, о которых она лишь читала и мечтала увидеть, — добавил Эзра. — Нам придется добавить несколько достроек, если мы хотим воспроизвести кое-что из того, что ты мечтала с нами сделать.
Открыв рот, я судорожно вспоминала все свои грязные мечты об Эрике и Эзре. Слишком много идей за короткое время нашего знакомства. Хотя еще до нашей встречи, читая любовные романы, я всегда предпочитала истории про троих. Наверное, интуитивно я знала, чего жаждала. Мужчины всегда были безликими, но именно таких отношений я хотела.
Почувствовав прилив ревности, я не сразу сообразила, что она исходила от близнецов.
— Мне плевать, безликие они или нет, — прорычал Эзра, и я повернулась посмотреть на него. — Ты наша, — он сжал мою ягодицу. Я тут же подумала о том, чтобы наклониться и попросить меня отшлепать.
— Прекрати, — опустив руку, Эрик поправил в штанах выпирающий и очень твердый член.
— А ты попробуй сидеть с ней на коленях, когда она думает о таком, — тихо застонал Эзра.
— Прости, — извинилась я, но раскаивалась ли на самом деле? Я была так же возбуждена, как и они. — Сложно о чем-то не думать, если тебе запретили.
— Еще как сложно, — проворчал Эрик и когда распахнул автомобильную дверь, я поняла, что мы приехали. Открыв пассажирскую дверь, он помог мне выйти, и Эзра последовал за мной. Они практически не оставляли мне свободного места, но я не возражала.
— Ничего ведь не случится, да? Бишоп не сможет забрать меня у вас? — оказавшись здесь, я внезапно запаниковала. Мысль о разлуке с ними буквально рвала мне душу. Настолько, что на миг у меня перехватило дыхание. Вожделение, только что сводившее нас с ума, исчезло, уступив место вернувшемуся гневу. Мне нужно было некоторое время, чтобы привыкнуть испытывать эмоции близнецов как свои собственные. Они посмотрели на меня сверху вниз, словно на сумасшедшую.
— И вот второй раз за час ты сомневаешься в нашей связи. Конфетка, знаю, все это для тебя в новинку, но мужчина в паре сожжет мир дотла, чтобы вернуть свою женщину. Клянусь тебе, никто никогда не разлучит нас, — пообещал Эрик.