— Извините, — посмотрела на него я. Но также я извинялась перед Эзрой, хоть он и стоял позади меня, успокаивающе поглаживая по спине. Затем я положила руки Эрику на грудь, успокаивая его так же, как ранее Эзру. — Ты прав, все это для меня в новинку, но гораздо сильнее, чем я представляла себе любовь. Если я думаю о том, чтобы ее лишиться… — я покачала головой. — Вот почему тем утром я пошла к своей машине. Я хотела забрать книгу, которую дал мне Гордон. Хотела больше узнать о вампирах и гадала, способны ли вы стереть мне память, — Эрик не отрицал, что обладал этим даром, и я не стала давить. В будущем у нас будет много времени для всех вопросов. — Я не хотела забыть ночь с вами двумя. Не могла вынести мысль о том, чтобы больше никогда не получу вас после проведенных вместе часов. Мне казалось, что тогда я умру, — призналась я. Возможно, я выглядела жалкой, но вряд ли могла жить дальше без Эзры и Эрика.
— Мы не способны забыть пару, связаны с ней или нет. После того как ты нашла нас, мы бы уже не смогли тебя забыть. Мы не смогли бы стереть воспоминания ни из нашего вампирского разума, ни из твоего человеческого, — ответил Эрик, поглаживая меня по щеке, и я потянулась к его прикосновению.
— Мы бы никогда этого не сделали и не собирались когда-либо отпускать тебя, — добавил Эзра, и вместе они повели меня в дом.
Глава 11
Доув
Мы вошли в дом, снаружи выглядевший темным и внушительным, но внутри оказавшийся красивым и светлым. Почему-то я всегда считала, что жилища вампиров темные, увешанные паутиной, но виной тому, наверное, были старые книги и фильмы.
Эзра взял меня за руку, и мы вошли в гостиную с большим комфортабельным диваном, стоявшим перед гостеприимно растопленным камином. Обстановка была такой уютной, что на секунду я забыла, зачем мы сюда приехали. Я не знала, доверяла ли Бишопу, зато верила близнецам, заверившим меня, что все будет хорошо.
Мы сели на диван у огня, и минуту спустя вошел Бишоп. При каждой нашей встрече на нем был костюм, и я предположила, что ему просто нравилось хорошо выглядеть. Мы же втроем носили повседневную одежду, и я оценила, что близнецы были расслаблены.
— Спасибо, что приехали, — поблагодарил Бишоп, прежде чем посмотреть на меня. — Знаю, ты опасаешься меня и моих намерений, но сегодня вечером я как раз хочу поговорить с тобой о том, что тебе рассказали.
Тогда я заметила, что он что-то с собой принес. Книгу, которую положил на журнальный столик передо мной. Я потянулась к ней, и близнецы по обе стороны от меня напряглись.
— Не смотри ее, Доув, — остановил меня Эзра. — Там нет ничего, что тебе стоит видеть, — добавил он.
— Где вы ее взяли? Разве она не осталась у Гордона? — с подозрением спросила я.
— Вален вернулся и забрал ее. По нашему мнению, один из нас должен был пойти туда и подстраховаться, чтобы Гордон больше не пришел за тобой. Вален сам вызвался, пробрался в дом и нашел книгу на столе.
— Стоило догадаться, что он пойдет, — закатил глаза Эзра. — Как охотник, он любит выслеживать.
— Вален хотел помочь нам и защитить Доув, — сказал Бишоп, откинувшись на спинку стула. — Точно так же, как и я, — я ничего не сказала, и он, должно быть, уловил мои сомнения. — Насколько я понимаю, Эзра с Эриком не рассказали, как их обратили, не так ли?
— Нет, гм, мы еще не говорили об этом, — призналась я, покраснев от смущения.
— Вы соединились, в этом нет ничего постыдного. Мне жаль, что у меня нет ничего настолько драгоценного, — выражение его лица стало печальным, но он быстро оправился и продолжил. — Доув, я тебе не враг. Все двести лет я хотел лишь защитить свою семью, и теперь ты стала ее частью.
Бишоп смотрел на близнецов с явной заботой, и больше я не сомневалась в его словах. Чувствуя любовь Эзры и Эрика, я знала, что они сейчас испытывали ее не только ко мне.
— Бишоп спас нас, конфетка, — Эрик сжал мою руку. — Не хочу вдаваться в излишние детали, да и тебе не стоит знать, какими темными были наши жизни до тебя, но воспитал нас монстр.
— Мужчина, которого ты вчера встретила, — начал Бишоп, наклонившись вперед, — был обращен так же давно, как и я. Но он считает, что пришел в этот мир завоевать его и подчинить людей своей воле. Он без раскаяния убивает всех, кто встает у него на пути, и нам невероятно повезло, что тебе посчастливилось сбежать, — близнецы придвинулись ближе, и их напряжение возросло. — Я все еще пытаюсь соединить все части головоломки, и мы уже выяснили, что отец Эрика и Эзры сотрудничал с Гордоном, покрывая его убийства. Неизвестно, участвовал ли он сам, но по требованию Гордона зарыл на своей земле несколько тел и убил своих сыновей.
Я вскинула руку ко рту, и Бишоп продолжил. Я не хотела слышать продолжение истории, однако должна была знать правду.
— Кейн услышал о пожаре и направил меня туда. Когда я добрался до места, дом уже горел вместе с их отцом. Я бросился искать близнецов и вскоре почуял запах их крови в ближайшей реке. Отец сбросил их в воду и, если говорить в общих чертах, оставил умирать, — он сглотнул и снова помрачнел. — Я успел вовремя добраться до них и прямо там обратить.
— Ты нас спас, — просто сказал Эзра, и Эрик кивнул.
— Когда мы с Кейном спрятали Эзру и Эрика, их дом уже обыскали и нашли закопанные тела. Люди предположили, что близнецы тем или иным образом принимали участие, поэтому нам пришлось скрыться. Гордон тоже исчез, и до недавнего времени мы о нем не слышали, — тяжело вздохнул Бишоп.
— Почему он решил вернуться сейчас? — спросила я, чувствуя всю тяжесть ситуации.
— Потому что Гордон пытается меня выманить, — сказал Бишоп. — Мы с Валеном много говорили о нем. По словам его осведомителей в полицейском управлении, все убийства в городе случайны и никак не связаны между собой. Вален уверен, что убивает вампир, и я виню Гордона. Он в курсе, что это наш город, и всем здесь заправляю я. Гордон хочет начать со мной войну, чтобы заполучить мою территорию. И, возможно, избавиться от меня раз и навсегда. Хотя мне осталось не так много времени, поэтому желание Гордона все равно исполнится.
— Вы с ним уже воевали прежде? — с каждым ответом у меня по обыкновению появлялось все больше вопросов. Мне всегда было мало информации.
— О случившемся между мной и Гордоном мы поговорим в другой раз. Я пригласил тебя сегодня, чтобы рассказать о близнецах и попросить любой ценой избегать Гордона, если увидишь его снова. Он опасен, и от него можно ждать чего угодно. У тебя теперь две пары, и они будут за тобой присматривать, но будь умна.
— Я никуда не пойду, — я сжала ноги Эзры и Эрика. Связь между нами крепла, и я знала, что мне предназначено быть с ними.
— Мы рады приветствовать тебя в нашей растущей семье, — Бишоп улыбнулся, и я поняла, как сильно он заботился о моих парах… теперь еще и обо мне.
У меня потеплело на сердце, и когда мы встали, Бишоп обнял меня, дав почувствовать себя членом семьи.
— Думаю, нам нужно отвезти тебя домой, чтобы ты могла позвонить своему дедушке, — сказал Эрик, и я кивнула в знак согласия.
Вернувшись в реальность, я подумала о длинном списке всего, о чем нужно было позаботиться. По крайней мере, теперь у меня было двое мужчин, готовых помочь мне понять, в каком направлении двигаться.
— Можно мне перед уходом сходить в туалет? — спросила я.
— Один есть в прихожей, но там Равана затеяла ремонт, — кивнул Бишоп. — Она считает, что мне нужно обновить обстановку, — закатил он глаза. — Почему бы тебе не воспользоваться уборной в моей спальне? Она чуть дальше по коридору, — Бишоп указал направление, и Эзра взял меня за руку.
— Я покажу, куда идти, — он вывел меня из комнаты.
Позади меня Бишоп что-то сказал. Я не разобрала слов, но Эзра рассмеялся, поведя меня в дальний конец дома.
Там была темная дверь, которую он небрежно открыл.
— Прямо там, — указал Эзра, после чего шлепнул меня по заду.
Я пискнула, но улыбнулась ему перед тем, как пойти, куда указали. Осмотревшись по сторонам, я увидела в углу мольберт с кучей холстов и бумаг вокруг.
— Бишоп рисует? — удивилась я. Казалось, он не любил пачкаться, хотя, наверное, практически у всех есть хобби.
— Не знаю, — Эзра заинтересованно прошел следом за мной. — Не припоминаю, чтобы когда-нибудь видел его рисующим.
Я проследовала за ним, потому что все картины стояли лицом к стене. Обойдя мольберт, я посмотрела на портрет и окончательно запуталась.
— Кто это? — спросил Эзра.
— В чем дело? — спросил с порога Эрик, едва я открыла рот, чтобы ответить. Бишоп был с ним. — Я чувствую, что-то не так.
— Почему ты ее рисуешь? — я в замешательстве сдвинула брови.
— Не знаю, — пожал плечами Бишоп, засунув руки в карманы.
— Ничего не понимаю, — Эзра переводил взгляд с него на меня.
— Я рисую ее с самого своего обращения. Я никогда не встречал ее, но думаю, что она может быть моей парой. Я так и не нашел ее, но когда сплю, снится мне только она, — Бишоп склонил голову и, как ни странно, показался мне смущенным. — Я не очень хорошо рисую, просто никак не могу выбросить ее из головы.
— Бессмыслица какая-то, — сказала я, и все посмотрели на меня. — Зачем тебе все время рисовать дочь Гордона?
— Что? — спросил Бишоп, и повисла такая звенящая тишина, что было бы слышно, упади булавка.
— Я узнаю родинку у нее на плече, — указала я на картину. Что бы ни говорил Бишоп, у него был талант, поскольку я узнала девушку на портрете. — Это Лорен.
Эпилог
Доув
Шесть месяцев спустя…
Осмотревшись в своей гардеробной, я поняла, что все вещи в ней поменяли местами. Я не знала, как Эзра и Эрик умудрялись проворачивать свои трюки незаметно. Наверняка один отвлекал меня, пока другой воплощал коварные замыслы.
Все мои туфли были переставлены на верхнюю полку, и теперь я никак не могла их достать. Я поискала, на что привстать, даже зная, что табуретки не найду. Нет, все они были выброшены из дома двумя чрезмерно заботливыми мужчинами. Хотя я все равно могла придумать, на что привстать. Да, я бывала неуклюжей, но все-таки с мебелью они перестарались. Тем более, убрав обувь повыше.