- Расскажи все, что знаешь.
- Я не знаю ничего, кроме того, что он сбежал, сэр. Я знаю только, что он говорил, что женится на знатной женщине…
- Что?! - воскликнул сэр Джон.
- Да, сэр, он говорил, что сбежит в Шотландию. Сказал, что там они поженятся и он станет джентльменом.
- Нельзя терять ни минуты! - воскликнул сэр Джон. - Я должен догнать их. Я должен вернуть ее назад, пока не будет слишком поздно.
Я вернулась в школу, так как у меня не было причин оставаться. Я догадывалась, что и Мария, и Сибилла были склонны думать, что я сыграла какую-то роль в падении Марго, ибо они были убеждены, что та откровенничала со мной. Мне бы следовало опровергнуть эти предположения, но это сделает сама Марго, когда ее вернут.
Я сидела в гостиной и думала о Марго, попавшей в такую глупую историю. А что если она действительно выйдет замуж за конюха? Какова будет реакция графа? Он ни за что не простит нам то, что мы допустили такое. Он вне всякого сомнения отречется от Марго, ибо как гордый граф может признать зятем конюха? Как Марго смогла допустить такое? Ей только шестнадцать лет, и она увлеклась конюхом! Как это на нее похоже! Несомненно, вначале она лишь развлекалась. Она ведь еще ребенок. Но чем может окончиться эта связь?
Миссис Мансер пришла проведать меня. Она принесла корзину яиц, но истинной целью ее прихода было желание поболтать. С округленными от возбуждения глазами она села за стол.
- Ну и дела! Эта маленькая мадам… удрала с Джеймсом Уэддером. Храни меня Господи! В Мэноре этого не переживут.
- Сэр Джон вернет Марго.
- Если успеет. Джеймс Уэддер всегда был бабником. И он большого о себе мнения, да. Вспомните, какой он видный мужчина. Говорят, в нем есть кровь Деррингемов. Дед сэра Джона, насколько мне известно, был большим распутником. Знатные дамы или служанки… для него это не имело значения, а стало быть, в округе течет много крови Деррингемов… хотя и под другими фамилиями. Говорят, одна из дочерей Уэддера родила от старого сэра двух детей, от них-то и ведет свой род Джеймс. Всегда задирал нос - да, Джеймс такой. А теперь вот удрал.
- Далеко они не уйдут, - сказала я.
- Вы же знаете, у них большой отрыв. Их вернут… возможно… а дальше что? - Она пристально посмотрела на меня. - Говорят, она предназначалась в супруги мистеру Джоэлу. Именно поэтому ее привезли сюда… по крайней мере, так я слышала. А что будет теперь… кто скажет?
- Она еще очень молода, - заметила я. - Я хорошо ее знаю… по школе. По-моему, это в ее духе - действовать необдуманно, а затем сожалеть об этом. Я очень надеюсь, что сэр Джон поспеет вовремя.
- Говорят, мистер Джоэл полон решимости помешать этому браку. Он уехал вместе с отцом. Вдвоем они положат конец этому безобразию, можете быть уверены. Но какой позор для Мэнора!
Как ни была я рада почерпнуть информацию, однако испытала облегчение, когда миссис Мансер ушла. Пожалуй, она пыталась осторожно предостеречь меня, так как уже было замечено, что я иногда катаюсь верхом вместе с Джоэлом Деррингемом. Хотя между нами была меньшая пропасть, чем между Марго и конюхом, она все же была.
Миссис Мансер считала, что с моей стороны было бы разумным принять ухаживания ее сына Джима и приготовиться к тому, чтобы стать женой фермера.
День, а затем и ночь прошли в тревожных раздумьях; затем, наконец, вернулись сэр Джон и Джоэл, приведя с собой Марго. Она была утомлена и не в себе, и ее тотчас же уложили в постель. Никто из обитателей Мэнора не удосужился известить меня об этом, и все сведения я опять получила от миссис Мансер.
- Их нашли вовремя. Выследили, вот так. Они успели проехать больше семидесяти миль. Я слышала это от Тома Харриса, конюха, сопровождавшего сэра Джона. Он любит пропустить стаканчик домашнего. Так вот, он сказал, что оба были до смерти перепуганы и молодой Джеймс растерял всю храбрость, оказавшись лицом к лицу с сэром Джоном. Его немедля прогнали с места. Больше мы никогда не услышим о Джеймсе Уэддере, в этом можно не сомневаться. Не в обычаях сэра Джона прогонять человека, когда тому некуда податься, но тут, думаю, случай особый. Это послужит ему уроком.
- А что насчет мадемуазель?
- Том Харрис сказал, она плакала, точно ей разбили сердце, но ее привезли назад… и это конец ее отношениям с Джеймсом Уэддером.
- Как она могла поступить так глупо! - воскликнула я. - Ей следовало бы знать.
- О, Джеймс смазливый парень, а влюбленные молодые девушки не очень-то склонны думать о последствиях.
И снова у меня возникло ощущение, что миссис Мансер предостерегает меня.
Жизнь менялась быстро: мама навсегда покинула меня, со всех сторон подступали новые заботы. Школа стала другой, она потеряла основательность, которую ей придавала моя мать. У меня было хорошее образование, я могла учить, но я выглядела такой молодой, что не могла рассчитывать на доверие, которое вызывала к себе мама. Мне было всего девятнадцать. Это понимали все. Я почувствовала, что проводить занятия становится все труднее, начало нарастать какое-то неподчинение. Марго не вернулась в школу, хотя Мария и Сибилла вновь приступили к занятиям. Мария поведала мне, что в начале лета они отправятся заканчивать обучение в пансионе в Швейцарии.
У меня оборвалось сердце. Без дочерей Деррингема школа потеряет учеников, поставляемых Мэнором, - по словам моей матери, варенье, которое можно мазать на наш хлеб. Но я уже начинала беспокоиться не о варенье, а о самом хлебе.
- Ходят слухи, что брат отправляется посмотреть свет, - злорадно сообщила мне Мария. - Папа считает, что это позволит ему получить всесторонние знания, так поступают все молодые люди нашего круга. Брат уезжает в самое ближайшее время.
Казалось, похождения Марго с конюхом привели в движение что-то такое, в результате чего должно было измениться все вокруг.
Я неожиданно начала тосковать по обществу Джоэла - он был всегда таким спокойным, таким надежным. А если он отправляется посмотреть мир, это значит, его не будет года два. Сколько всего может произойти за два года! Небольшая, некогда процветающая школа разорится без Деррингемов… Что мне делать? Я чувствовала, что мне вменяют в вину безрассудный поступок Марго. Ведь считалось, что мы с Марго крепко дружим. Возможно, появились слухи, что я подтолкнула Джоэла Деррингема к слишком близкой дружбе с собой, а эта дружба не могла иметь пристойного окончания и оказала дурное влияние на Марго.
Когда две девочки из одной зажиточной семьи объявили, что покидают мою школу и будут заканчивать образование в пансионе, я словно увидела красный свет, тревожно замерцавший в конце туннеля.
Верхом на Приданом я выехала на долгую прогулку, надеясь встретить Джоэла и из его собственных уст услышать, что он уезжает. Но не встретила его, что само по себе уже было примечательным.
В воскресенье утром Джоэл пришел повидаться со мной. Когда я увидела, как он привязывает лошадь, у меня учащенно забилось сердце. Я провела его в гостиную. Выглядел он очень мрачным.
- Я скоро уезжаю, - сказал мне Джоэл.
Наступила тишина, нарушаемая только тиканьем старинных часов.
- Мария упоминала об этом, - словно со стороны услышала я свой голос.
- Что ж, считается, что это неотъемлемая часть образования.
- Куда вы поедете?
- В Европу… Италия, Франция, Испания… Большое турне.
- Это будет очень интересно.
- Я предпочел бы не ехать.
- Так что же?
- Отец настаивает.
- Понятно, и вы должны подчиниться ему.
- Я всегда так поступал.
- И, естественно, должны поступать так и впредь. Да и зачем вам перечить ему?
- Потому что… есть причина, по которой я не хочу уезжать, - он пристально посмотрел на меня. - Я очень ценил нашу дружбу.
- Мы были хорошими друзьями.
- И остаемся. Я вернусь, Минелла.
- Это произойдет не скоро.
- Но я вернусь. И тогда поговорю с вами… очень серьезно.
- Если вы вернетесь, а я буду здесь, я с интересом выслушаю все, что вы мне скажете.
Он улыбнулся, а я тихо спросила:
- Когда вы уезжаете?
- Через две недели.
Я кивнула.
- Позвольте предложить вам бокал вина? Особое, приготовленное моей мамой. Она очень гордилась своими винами. Есть еще настойка из терна. Очень вкусная.
- Не сомневаюсь, но сейчас мне ничего не хочется. Я просто пришел поговорить с вами.
- Вы увидите выдающиеся творения живописи… архитектуры. Вы сможете изучать ночное небо Италии. Познакомитесь с государственным устройством тех стран, которые будете проезжать. Это неоценимо для образования.
Джоэл едва ли не с жалостью взирал на меня. Я почувствовала, что, если сделаю неосторожное движение, он бросится ко мне, обнимет и заставит совершить тот же глупый и необдуманный поступок, который совершили Марго с конюхом. Я решила: «Нет. Не мне проявлять инициативу. Если его желание достаточно сильно, он сделает первый шаг». Интересно, что сказали бы Деррингемы, если бы Джоэл объявил им, что хочет жениться на мне? Вторая катастрофа, и столь похожая на предыдущую. Это называется мезальянсом.
О милая мамочка, как ты заблуждалась!
- Я повидаюсь с вами перед отъездом, - сказал Джоэл. - Я хочу еще раз покататься с вами. Многое надо бы обсудить.
Он ушел, а я села за стол и начала думать о нем. Я поняла, что он имел в виду. Его родители, почувствовав интерес сына ко мне, отсылали его прочь. Случай с Марго заставил их быть настороже и остерегаться опасности.
Над каминной полкой висел мамин портрет, выполненный по заказу отца в первый год их брака. Сходство было поразительным. Я вгляделась в эти уверенные глаза и решительный рот.
- Ты слишком много мечтала, - сказала я. - Из этого не могло выйти ничего путного.
Но я не была уверена, хотелось ли мне, чтобы что-либо вышло. Я лишь чувствовала, что мир вокруг меня рушится. Я видела, как ученицы разбегаются, мне становилось одиноко и страшно.
Джоэл уехал, и дни, казалось, стали длиннее. Я с нетерпением ждала окончания занятий, хотя и боялась долгих вечеров, когда я зажигала свет и старалась занять себя подготовкой к новым урокам. Я была признательна Мансерам за то, что они часто приглашали меня к себе, но постоянно чувствовала присутствие Джима и понимала ожидания его родителей относительно его и меня. Я представляла себе, как миссис Мансер рассказывает мужу, что я одумалась и перестала грезить о Джоэле Деррингеме.