т свой ресурс.
А еще я ждала демона. Знала, что больше в моей жизни Люцифер не появится, но все равно с надеждой смотрела на дверь его квартиры, прислушивалась к шагам в приемной. Иногда путала их с шагами помощницы. И даже Дип с Бельфегором ничего не рассказывали про Владыку. Бельфегор врал, что не видел Люцифера, а Дипинпиг отмалчивалась или переводила тему разговора на свежие новости. Справедливости ради надо сказать, что новости были достойны того, чтобы потратить на их обсуждение пару часов свободного времени.
Самой горячей темой был суд над ангелом, который отдал Лилит Благодать. Почему он это сделал доподлинно было неизвестно. Все ждали возвращения Самаэля с небесного Суда. Но предположения ходили разные. Кто-то говорил, что крылатый не смог устоять перед красотой Лилит, кто-то предполагал, что королева одарила его артефактом, чтобы захватить власть на Небесах, а кто-то утверждал, что тайна такого безрассудного поступка крылась в банальном шантаже, который так любили демоны всех мастей.
- Мне один бес сказал, что эти деревья сам Люцифер создал. Теперь он свободен. Доктор, как вы думаете, я ему могу понравиться? Все восхищались Лилит. Я ее видела лет триста назад. Не понимаю, что они в ней нашли. Я объективно лучше.
Банши посмотрела на меня глазами ребенка, который ждал одобрения. А я пыталась справиться с приступом ревности и сохранить профессионализм.
- Чтобы понравится Владыке, тебе придется поселиться в Вечном Городе.
- Зачем? Он же демон! Он может жить здесь!
- Не может.
- Почему?
- Баланс Ада держится на силе Владыки. Как и Небеса на силе Бога. Они не могут надолго покидать свои владения, без риска все уничтожить.
- Как скучно. – Скривила губы Ульри.
А я порадовалась, что больше не пришлось обсуждать планы банши на совместную жизнь с демоном.
Домой я возвращалась поздно. С пакетами из магазина, поход в который не планировала и жгучей тоской в груди, которая никуда не хотела уходить. Квартира, которую совсем недавно приобрел Люцифер, была закрыта. Каждый раз, проходя мимо, я с надеждой смотрела на закрытую дверь. И каждый раз понимала, что это глупо. А пару недель назад у меня даже возникло желание продать свою квартиру и переехать в другой район, чтобы успокоить воспоминания.
В этот раз дверь тоже была закрыта, и я медленно пошла наверх, прислушиваясь к тишине подъезда. Поднялась на свой этаж, подошла к двери, и поняла, что она открыта.
Я не испугалась, когда поняла, что в квартире кто-то есть. Наоборот, в груди проснулась совершенно глупая надежда на то, что где-то в недрах маленькой квартирки меня поджидает Люцифер. Мне понадобилась всего одна секунда, чтобы в это поверить и ворваться внутрь.
Ключи с грохотом упали на полку, каблуки застучали по паркету, но никого не было. Ни-ко-го. Я заглянула на кухню, в спальню, в ванную. И только в гостиной стоял букет. Букет из сладостей. Под кружевной бумагой прятались рафаэло, какой-то неизвестный мне шоколад, клубника в дешевой кондитерской глазури. А рядом лежала записка:
«Давай начнем все сначала…»
Только записка была написана не демоном, а Вадимом. Взгляд сам по себе переместился на полку, где хранилась хрустальная роза Люцифера, а из глаз сами собой покатились слезы.
Я несколько раз шмыгнула носом. А потом еще несколько раз. Вытерла глаза ладонями, на руках остались черные следы от туши и несколько выпавших ресниц.
- Кажется, мне пора в терапию. – Сказала дремлющему на кресле Графу. – И сменить замки.
Сахарная бомба отправилась в мусоропровод, дверь, на всякий случай, закрыла на внутренние засовы, которыми ни разу в жизни не пользовалась и написала знакомому психотерапевту. Как бы я не старалась справиться с этими чувствами сама, ничего не получалось.
Смирившись с тем, что придется отбросить в сторону героизм и попросить помощи, я приняла душ, забросила в рот пару капсул мелатонина и спряталась под одеялом, в надежде забыться сном. Несмотря на летнюю жару, спать под покрывалом у меня не получалось. Впрочем, сегодня мне не помогало ни тяжелое одеяло, ни мелатонин, ни ворчание Графа. Я лежала с закрытыми глазами и чтобы не провалиться в следующий омут воспоминаний и самокопания, начала перебирать детали лекции, которую должна была читать на следующей неделе. Короткие воспоминания так и норовили прорваться яркими вспышками между терминов и формулировок, а я их старательно прятала.
Сейчас я тонула в одной из самых сложных своих жизней. Пока Касикандриэлла помнила свою личность, все складывалось более или менее хорошо. Но, как только я прошла через воды забвения, личность Хранителя спряталась глубоко в подсознании. Воды Стикса не смогли полностью уничтожить мою память. Я не помнила себя, но помнила демонов, чертей и ангелов. Эти воспоминания прорывались в самое неподходящее время, в самых неподходящих местах. Ситуацию усугубляло и то, что мне посчастливилось родиться в семье священника. В деревне, где был приход моего отца народ отличался богобоязненностью и суеверным страхом перед красивыми женщинами. Их называли ведьмами, обвиняли во всех стихийных бедствиях и старались уничтожить всеми правдами и неправдами.
Инквизиция к тому времени уже стихла, но гонения, хоть и перестали носить массовый характер, не прекратились. Мои родители. Когда впервые услышали историю про прекрасного Архангела Михаила, который помог их дочери родиться на земле, долго умилялись и благодарили Господа за этот дар. Но, счастья длилось не долго. Воспоминания о Вечном Городе прорывались все чаще, и были ярче.
Чтобы не загубить карьеру себе и будущее еще пяти детям, отец принял решение отправить меня в закрытый монастырь на севере страны. И там начался мой персональный ад длинною в целую жизнь.
Слова лекции пропали, зато появились суровые лица монахинь, которые не знали другой радости кроме молитв с сладких корнеплодов. В меня с пяти лет вбивались эти молитвы, чувство вины и мысль о том, что я должна вымолить прощение у Несес за свое существование. Время от времени всплывали воспоминания о розгах, о слезах других девочек, и бесконечной тоске по солнцу. Обычному теплому солнцу.
- Мне тоже больно это видеть. – Голос Люцифера раздался где-то совсем рядом.
Настолько близко, что я даже не открыла глаза, подумала, что это плод моего воображения. И только когда теплая рука вытерла слезу с моей щеки, я открыла глаза. И увидела его лицо. Такое родное и такое забытое одновременно.
- Как ты здесь оказался?
- В розе спрятана моя персональная арка.
Я шмыгнула носом и с трудом сдержала улыбку. Я так была рада его видеть.
- Тебе нельзя здесь быть.
- Я Демон, который держит в своих руках весь Нижний Мир, и от чьей силы питаются все его жители. Мне можно все.
- Договор….
- Михаил прикроет.
- С чего это ему прикрывать тебя?
- Услуга за услугу. Ты разрешишь сегодня остаться у тебя?
- Только сегодня.
- Только сегодня.
В воздухе вспыхнула яркая печать обещания. Я не сдержалась, уткнулась лбом в его рога и просила сон не приходить сегодня вообще. Но как всегда случается в таких ситуациях, почти сразу уснула.
Люцифер
Каси спала. Люцифер прислушивался к ровному дыханию женщины и тихонько улыбался. Сначала он думал, что справиться. Что такое пятьдесят лет для демона? Капля в океане бесконечности. Но он ошибался. Каждый день без нее превращался в невыносимую боль. Эта боль была даже сильнее чем в день его падения в огненную бездну. Огненными вечерами он смотрел на процветающий Вечный Город и думал о ней. Понимал, что остаться здесь и оставить ее без присмотра он просто не сможет. Люцифер всегда был достойным правителем и делал все, чтобы его народ процветал. Долг требовал оставаться в Вечном Городе. А вот то, что у людей называлось сердцем, требовало другое.
Чтобы не нарушить баланс и не уничтожить свое творение, Люцифер начал возводить хрустальные деревья и заполнять их своей энергией, для поддержания жизни в городе. А на троне Эрцгерцоги и демоны теперь видели его аватара. Такого же сильного, могущественного но не настоящего. Этим трюком Люцифер часто пользовался, когда нужно было незаметно покинуть Ад, для секретных переговоров в нейтральных землях. И сейчас свежий аватар был как нельзя кстати.
Люцифер улыбался, гладил по голове любимую женщину, и какой-то частью своего подсознания разговаривал с Азелаилом о новых поправках в закон о посещении Вечного Города нежитью из мира людей. Демон предлагал увеличить срок пропускных виз для некоторых представителей нежити. Например, для личи, которые приносили в Вечный Город на хранение в банки свои души. Но процедура помещения на хранение сосудов была такой долгой, что личи просто не успевали ее проконтролировать и оставались недовольными.
Люцифер внимательно слушал доводы своего подчиненного, что-то ему отвечал, задавал вопросы и наслаждался запахом любимой женщины.
Ася
Я проснулась ближе к одиннадцати, выспавшаяся и в отличном настроении. Под боком ворочался Граф, на стойке дремал попугай, а простыни пахли любимым демоном. В постели было пусто. Я несколько минут лежала с закрытыми глазами и вдыхала любимый аромат. Он укутывал мягким одеялом, и дарил спокойствие. Помнит, не забыл, любит. Наверно любит. Наверняка любит. Этих мыслей хватило, чтобы улыбнуться. А потом я услышала грохот и переливистый мат у себя в квартире. Вскочила с кровати, порадовалась, что легла спать в пижаме. Вскочила с кровати, схватила с тумбочки железную фигурку кота, выбежала в коридор и обомлела. В прихожей стояли два огромных мужика в зеленых рабочих комбинезонах и что-то делали с моей дверью.
- Вы кто?! – Только и смогла произнести я.
- Это рабочие. – Из кухни вышел Люцифер.
Точнее, Алексей. В шелковой синей пижаме, кожаных тапках и черном переднике. Острый подбородок указал в сторону рабочих и они молча продолжили возиться с дверью.
- Что они делают?