арты, стопкой стояли грязные тарелки и несколько пустых винных бутылок.
Они сели.
— Ну! — поощрила Зою Тина, развалившись на кушетке.
— Я решила с тобой поговорить, так как однажды ты была на нашей стороне, — не очень уверенно начала Зоя.
Тина закатила глаза и развела руками.
— Слушай, может, не стоит и начинать? — спросила она. — Это было тысячу лет назад, все изменилось, и если ты решила воззвать к воспоминаниям о былом, то я хочу предупредить — в этом нет никакого смысла!
— Не совсем, — нахмурилась Зоя. — Я просто хочу с тобой кое-что обсудить.
— Мы выигрываем, — усмехнулась Тина. — Ты пришла просить форы? Не дам. Не дождешься.
— Тина! Ну ты же знаешь, что это такое — быть на вашей стороне и на нашей! — воскликнула Зоя.
— Давай определимся! — предупредила Тина. — Меня не перекупили. Я ушла по идейным соображениям.
— Хорошо. Я помню, — успокоила ее Зоя. — Но скажи мне, зачем вам все это нужно? Тебе? Не всем, только тебе?!
Тина вздохнула, откинулась на спинку кушетки и задумалась.
— А почему нет? — наконец произнесла она. — Вдруг это все изменит? Кому сдалась эта нелепая Земля? Люди — тупые животные, забыли об искре божьей: гадалка, которая раз в год предугадывает судьбу, для них — высшее чудо, многие не верят в Бога, другие не верят в Дьявола, все хотят в Рай, вредят друг другу, убивают, насилуют, цель их жизни — съесть как можно больше суши, купить самый красный автомобиль и выпить самого дорогого шампанского. Где духовность? Кто из них мечтает познать тайну мироздания? Кто верит в то, что может пройти по воде? Кто ощущает, что использует одну тысячную своих возможностей? Деградация, порок и ничтожество. Пора кончать с этим. А потом твой босс сотворит новую планету, нового человека — возможно, новое человечество станет более творческим, гуманным и просвещенным. Знаешь, Зоя, это как раз тот случай, когда проще родить новых, чем отмыть старых.
Зоя вскочила с места, всплеснула руками и воскликнула:
— Но Тина!..
— Подожди! — прикрикнула та. — Дай мне договорить. Не люди придумали этот мир. Ты помнишь, что было в Революцию?
— В какую? — буркнула Зоя.
— В местную, социалистическую! — не дождавшись ответа, Тина продолжала: — Крестьяне, солдаты, бандиты врывались в профессорские квартиры, топтали грязными сапогами английский паркет, сморкались в шторы, в ванной солили огурцы и жгли дорогую мебель. Так же и сейчас — люди топчут, жгут и уничтожают мир — они ненавидят эту совершенную планету, потому что ощущают собственное бессилие. Бессилие бездельников и невежд, решивших, что у них есть власть. Но у людей нет власти над прекрасным, потому что оно создано не ими. Это как Содом и Гоморра. Как Римская империя. Как Третий рейх. Их можно было только уничтожить.
— Знаешь, в чем твоя слабость? — Зоя подалась вперед.
Тина подняла брови, словно задавая вопрос.
— В том, что вы, как маленькие дети, сначала строите песчаный замок, а потом ломаете его! Просто потому, что вам это нравится! Потому что не цените усилий! Чужих, заметь, усилий! Знаешь, есть люди, которые всегда начинают новую жизнь — на свободу, понимаешь ли, с чистой совестью! Вы не верите в прошлое, вы не верите в историю — поэтому, мать твою, вы — Зло! Это вы ломаете старые дома, это вы строите функциональные города из стекла и бетона, это вы на месте театров воздвигаете казино!
— Ой-ой-ой… — Тина замахала руками. — Вам всегда не хватает аргументов — надо уже с этим смириться!
— А вам совести не хватает! — выкрикнула Зоя, но отчего-то успокоилась и упала в кресло.
— Ты думала меня уговорить? — поинтересовалась Тина.
— Какая теперь разница?!
— Знаешь… И вы правы, и мы правы — поэтому мы никогда не договоримся. Я была твоей подругой, поэтому единственный совет, который могу дать, — не сдавайся! Ты же борец!
— Ага…
— Если ты веришь, что добро побеждает зло, — сражайся. Или ты не уверена? А? — прищурилась Тина. Зоя молчала. Тина хлопнула себя по коленке и расхохоталась. — Так и знала! Вам просто не хватает веры! И чего же ты хочешь, моя дорогая?
— Что ты знаешь о вере… — с презрением произнесла Зоя и встала.
— Больше, чем ты! — усмехнулась Тина. — Я верила в Добро, я верю в Зло…
— А я верю в людей! — рявкнула Зоя. — Вы сначала должны все разрушить, чтобы потом мы на развалинах построили новый мир! Это глупо! Сколько лишних усилий! — она всплеснула руками, развернулась и вышла из комнаты.
— А я тебя поддела! — крикнула Тина ей вслед, но Зоя не ответила.
Она прошла через зал, по ходу заметив, что кое-кто из клубных завсегдатаев уже оскалил зубы, вышла на улицу, вдохнула воздух — до того влажный после дождя, что им тяжело было дышать, и с недовольством уставилась на красную, как солнце на закате, луну. Луна висела низко и была настолько неестественного цвета, что наблюдательные прохожие останавливались и с удивлением обменивались впечатлениями.
— Что-то будет… — пробормотала Зоя.
Словно очнувшись, оглядела свое платье — миленький наряд из розового шифона, фыркнула, завела машину и рванула на Лубянку. Остановилась у магазина «Дольче&Габбана», огляделась по сторонам и прошла сквозь стеклянную витрину.
— Ангелы Ада, черт побери! — бормотала она, перебирая одежду.
Выбрав белые брюки в обтяжку, белую рубашку с коротким рукавом и белые босоножки, Зоя сорвала бирки, положила их на кассу вместе с деньгами, написала записку: «Не надо никому ничего говорить. Проблем не оберетесь», вышла из магазина тем же путем, что и вошла, и позвонила знакомому парикмахеру. Выйдя через час от мастера с короткой стрижкой, посмотрелась в ближайшую витрину и осталась довольна — от позитивной обаяшки не осталось и следа. Из стекла на Зою смотрела решительная спортивная девушка со стальным взглядом.
— И она мне втирает про веру! — фыркнула она. — Проститутка…
Глава 9
На следующий вечер Тина взяла Машу и Сашу на закрытую вечеринку в честь нового обувного магазина — вечеринка проходила в «Четырех ангелах», небольшом двухэтажном ресторане на Покровке. Были только избранные звезды и любимые покупатели. Тина устроила презентацию одной левой — по дружбе, но гости, казалось, были счастливы.
— В таких вопросах главное — не жмотничать, — прошептала Тина Маше. — Смотри — здесь почти все знакомы, общаются, смеются, половина — знаменитости, выпивка — лучшая на свете, еда — пальчики оближешь, для мальчиков — модели… — Тина незаметно указала на молодых девушек с внушительным размером бюста. — Для девочек — танцоры… — Тина кивнула на мускулистых красавцев в джинсах на бедрах. — Скоро приедут «Ума Турман», Трахтенберг, а за ним Фриске. Потом будут щедрые подарки для гостей…
— Туфли? — ахнула Маша.
— Нет, но хорошие подарки, богатые — и журналистам, и гостям, — со значением произнесла Тина. — В общем, незабываемые ощущения. Все они будут чувствовать себя облизанными, а на следующий день поедут в магазин, как к себе домой, — с десятипроцентной скидочной картой.
— Красиво жить не запретишь, — хмыкнула Маша.
— О! Кого я вижу! Лика! — воскликнула Тина. — Пойдем познакомлю!..
Маша неохотно поплелась за начальницей, так как знакомиться с Ликой по второму кругу не очень-то и хотелось — может, и есть женщины, которые философски переживают поражения, но Маша к ним не относилась — вспомнив, как Лика украла у нее Васю, Маше тут же захотелось надеть ей на голову ведерко для шампанского. А если не налезет — постучать сверху молотком.
— Лика! Чмок-чмок-чмок… Это Маша, она у меня работает, а это Андрей — надежда нашей киноиндустрии!
— Вы актер? — спросила Маша.
— Да, — кивнул Андрей. — Я играл в «Ночном Дозоре», в «Девятой роте» и в сериале «Не родись красивой».
Маша нахмурилась. У этого парня явно проблемы с самооценкой.
— Очень… — начала было она, но ее перебили.
— Он так шутит! — воскликнула Тина, прежде чем Маша успела заявить о себе. — У Андрея своя кинокомпания, они производят фильмы, вот, следующий фильм у них Бондарчук снимать будет. Ну, а в свободное время он у нас упражняется в остроумии — правда, не очень успешно, так как за это пока никто не платит.
— Какая ты вредина! — упрекнул ее Андрей. — Я на этой неделе два раза удачно пошутил — меня пока на большее не хватает.
— А свидетели есть? — подбоченилась Тина.
— Вот, — Андрей кивнул на Лику.
— Ха-ха-ха! Эта проститутка? Да она за мороженое будет два часа подряд ржать над твоими так называемыми остротами!
Лика расхохоталась, но ушла, Тина скорчила ее спине рожицу, а Андрей довольно холодно оглядел Машу.
— Как дела? — спросила Тина серьезно.
— Собирался тебе звонить, — по-деловому сообщил Андрей. — Нужно организовать вечеринку. Мы один малобюджетный фильмец для молодежи представляем. Дешевый, но хороший. Нужно что-то в стиле МТВ.
Он говорил короткими, рублеными фразами, и Маша не могла понять — то ли он тупой, то ли просто у него такая манера общения. И самое странное — ей было очень важно это узнать. Маша твердила про себя, что мужчина, унизившийся до общения с Ликой, не представляет ни малейшего интереса, и что вообще этот Андрей ей совсем не симпатичен, что он противный, скучный, надменный…
— Андрей, принеси-ка нам выпить, а? — попросила Тина.
— Ты его давно знаешь? — полюбопытствовала Маша.
— Лет пять.
— А Лика что, его девушка?
— Так-так-так! — Тина расплылась в улыбке. — Я смотрю, ты запала на нашего Андрюшу?
— Ваш — это чей? — удивилась Маша.
— Насчет Лики можешь не беспокоиться! — заверила Тина.
— Да я и не…
— Она не в его вкусе!
— Слушай, я просто спросила! — воскликнула Маша, которую несколько напрягало все это сватовство.
Но тут вернулся Андрей с коктейлями, и они свернули дискуссию.
— Вечеринкой в стиле МТВ будет заниматься Маша, — заявила Тина.
Маша сердито посмотрела на нее, Андрей с сомнением оглядел Машу, но Тина была тверда: