– Ты серьезно?
– Вполне. Иного объяснения смерти Снегиря просто не существует. По-другому эту смерть никак нельзя объяснить. Хорошо, оружие в цирке. Допустим. Но кто его прячет?
– Человек Никифоровой, это понятно. И это может быть только фокусник.
– Да, хорошо, фокусник. Это подойдет. А что мы знаем об этом фокуснике? Кроме того, что он идеально устроился в цирке?
– Почему идеально?
– Потому, что циркачей никто не будет проверять. Ни таможенники, ни милиция. Ни эти самые их хваленые народные дружины. Даже бандиты не станут их грабить. Цирковая жизнь – идеальный вариант для перевозки чего угодно и для того, чтобы спрятаться. И мы ничего не узнали бы об этом, если бы не убийство Снегиря. Хорошо, оружие. Но что с этим делать дальше? – Таня размышляла вслух, задавая вопросы сама себе, а получалось – Володе.
– В каком смысле? – не понял он.
– Имена. Ты помнишь странное содержание записки Драгаева? Теперь уже понятно, что убили его именно за эту записку. А пропавшие девушки? Как они связаны с этим?
– Пропавшие девушки никак не связаны со всем этим. Это уже другая история. – Володя был непреклонен.
– Неужели? – воскликнула Таня. – А афиша фокусника? Я ведь тебе рассказывала об этом?
– Да просто совпадение, ничего больше, – стоял он на своем. – Сейчас весь город валом валит в цирк. Вот девчонки и пошли. Взяли автограф у фокусника. Все так делают.
– Нет. Девушки с Дерибасовской так не делают. И фокусник этот не совсем обычный. И поэтому есть только один вариант. Ты должен договориться об интервью с хозяином цирковой труппы. А на встречу мы пойдем вместе. И постараемся как следует его припугнуть.
– Зачем это? Что за дурацкая идея?
– Совсем не дурацкая! Какой хозяин цирковой труппы удержится от встречи с известным газетным репортером? Тем более что о цирке сейчас говорит весь город, ты сам сказал! Так что возвращайся в редакцию, пиши письмо и договаривайся о встрече на завтра. Не сомневайся, пиши. А курьер его отнесет, – поставила Таня точку в разговоре.
Глава 20Интервью с хозяином цирковой труппы и бегство фокусника. Разговор с доктором Петровским. Случайная встреча. Откровения бывшего охранника тюрьмы
Пальмы в кадках в вестибюле гостиницы «Франция» были покрыты пылью и выглядели довольно убого. Да и весь холл нес на себе следы дешевого шика, привлекающего лишь навязчивых коммивояжеров и провинциальных купцов. И при этом «Франция» считалась дорогой, уличные девушки никогда не водили в нее своих клиентов. Однако цены не соответствовали тому, что находилось внутри. Тане казалось, что все здесь подернуто вековой пылью. И легче разрушить гостиницу, чем вывести эту самую пыль.
Но если артисты цирка жили в фургончиках во дворе, то хозяин цирковой труппы жил именно здесь, в гостинице, занимая не просто номер, а люкс. И очень трудно было понять – то ли у гастролирующего цирка дела действительно шли блестяще, то ли он просто пускал пыль в глаза.
– Ну почему он захотел встретиться именно здесь? – поморщился Сосновский, брезгливо рассматривая старые кресла холла с вытертой плюшевой обивкой.
– А в цирке ты уже засветился, – усмехнулась Таня. – Хочешь к адской машине?
Ответить Володя не успел – на лестнице показался хозяин цирковой труппы. Широко, театрально взмахнув руками, наигранным жестом он пытался выразить радушие и гостеприимство.
– Господин Трацом, как я рад вас видеть! Это такая честь для нас, такая честь! Мы уже посылали вам пригласительный, но, к сожалению, вы им не воспользовались. А барышня с вами? Бонжур, мадемуазель! – рассыпался мелким бисером директор и хозяин цирковой труппы.
– Барышня фотограф, – сказал Володя, ответным жестом указывая на пыльные кресла, – прошу.
Не обращая никакого внимания на то, что у барышни-фотографа не было с собой фотоаппарата, директор цирковой труппы заговорил. Как и все самовлюбленные люди, он был целиком и полностью увлечен своей собственной персоной и, кроме себя, не видел никого вокруг. Поэтому он все говорил и говорил, не обращая никакого внимания на то, что и Володя, и Таня не сводят с него глаз и молчат. За все время этого длинного и самодовольного монолога они не задали ни одного вопроса, не прервали ни единым словом. Но директор труппы не видел этого в упор.
Тане вдруг стало жутко смешно: этот самовлюбленный толстячок словно олицетворял собой все самые низменные и отрицательные качества, которые только могут быть в людях, начиная от болезненного самолюбования и заканчивая шкурной алчностью, которая буквально лезла изо всех его пор.
Выдохся он минут через тридцать, и тут только до него дошло, что это не совсем обычное интервью. А когда наконец дошло, Таня уставилась на него в упор и тихо произнесла:
– А в Америке в курсе, что вы ездите по миру под именем чужого цирка?
– Простите? – От страха директор даже часто заморгал.
– Никакого отношения к цирку Барнума вы не имеете, – сказал Володя, – мы проверяли. Вы просто присвоили это громкое имя. Но дело совсем не в этом.
– А в чем дело?… – Перепугавшись по-настоящему, директор даже начал заикаться, не понимая, что следует говорить.
– В оружии, – сказала как отрезала Таня. – И только от вас зависит, идем ли мы с вами в цирк, или вы уходите отсюда под арестом Временного правительства, прямиком в уже работающую и восстановленную тюрьму.
– В каком оружии? Вы с ума сошли? – шепотом заговорил хозяин труппы: у него от волнения не хватало голоса.
– В том, которое обнаружил Снегирь, – зло усмехнувшись, сказала Таня.
– Какой Снегирь? Что вам от меня нужно? Кто вы такие? – В глазах хозяина труппы был настоящий ужас.
– Репортеры из газеты. Я же послал вам письмо, – ответил Володя, – а она фотограф. Я репортер, – повторил он, видя, в каком состоянии находится циркач. – И мы пришли писать историю о вашем цирке. А вот какая она будет, зависит только от вас.
– Я… я не понимаю. Что вам нужно?… Что еще за Снегирь? Это какой-то дурацкий розыгрыш?… – взмолился директор.
– Снегирь – это вор, которого вы заживо раздавили в адской машине. В той самой, с которой фокусник выступает каждый вечер, – жестко сказала Таня. – И то, что именно в вашем цирке это сделали, мы можем доказать.
Конечно, она блефовала: они ничего не могли доказать. Но Таня решила, что сейчас это не имеет большого значения.
– Я никого не убивал. Вы о чем? – Глаза хозяина труппы округлились от ужаса. Все знали: новые власти многие преступления пропускают сквозь пальцы. Но за убийство они могут серьезно зацепиться.
– Снегирь нашел тайник с оружием и был убит, – сказала Таня, – и теперь все зависит только от вас. Или вы нам рассказываете сейчас все, как было, всю правду, или отправляетесь в тюрьму, потому что мы сдадим вас властям. А вот репортер наш, – повернулась она к Володе, – он так ославит вас лично и ваш цирк, что больше никогда и нигде вы гастролировать не будете. Если вам наплевать на себя, подумайте хотя бы от артистах. Каково им будет сейчас остаться без работы в чужом городе? Да еще под страхом ареста?
– Убирайтесь! Убирайтесь вы оба! – закричал хозяин труппы. – Я ни слова не понимаю из того, что вы говорите! Ни слова!
– Так уж и ни слова? – усмехнулся Володя. – У нас есть свидетель, который видел, как Снегирь пробрался внутрь цирка и полез к адской машине!
Опять блеф – свидетеля не было. Но хозяин труппы не мог это знать.
– Это был несчастный случай, – закричал он. – Просто несчастный случай! Дурак сам полез в эту машину! Я не успел доглядеть!
– Мы можем в это поверить, а можем и не поверить, – сказала спокойно Таня. – Это ведь фокусник убил Снегиря? Зачем же вам брать на себя его вину?
Хозяин труппы сник. Как и все самовлюбленные люди, он не отличался сильным характером, был труслив и сдался при первых попытках давления. Хотя до этой встречи Таня думала, что не сдастся, что сломить его будет гораздо трудней.
– Это был несчастный случай… – Губы хозяина труппы дрожали. – Я не видел… я не знал… я узнал только потом… но сделать что-то было уже поздно. Включенная машина разорвала его на части.
– Тогда вы позвали рабочего и велели спрятать части тела в кадках с кормом? – спросила Таня.
– Да, так всё и было. Это было ужасно… – Циркач попытался изобразить скорбь.
– Этот фокусник – кто он такой? Откуда вы его взяли? – вступил в разговор Володя.
– Он сам пришел! Видит Бог, я не хотел его брать! С самого начала он мне не понравился. Он производил какое-то дьявольское впечатление. Страшный человек… Но я был в безвыходном положении. Уже объявили о начале шоу, билеты раскупили… А фокусника нет…
– Он раньше ездил с вами на гастроли?
– Какое ездил? Да я его здесь первый раз в жизни увидел! Знал бы, близко к нему не подошел! До него был другой фокусник. С ним-то я как раз и работал много лет. А потом…
И хозяин труппы во всех подробностях рассказал о том, что произошло со старым фокусником, не упустив ни одной детали. Таня была поражена, и она не верила своим ушам! Самоубийство старого фокусника как две капли воды напоминало самоубийство Кати, до мельчайших деталей!
– Говорите, все вещи были разбросаны? Страшный беспорядок? – настойчиво уточняла она.
– Страшнейший! – округлил глаза хозяин. – Такого я в жизни не видел! Как будто фокусник сошел с ума и вдруг все сам раскидал.
– И лицо его… было белым? – допытывалась Таня, воскрешая в памяти рассказ о самоубийстве Кати.
– Ни кровинки! – махнул он рукой. – Как снег! Никогда не видел таких лиц! И глаза искажены ужасом… Жуткое зрелище. – Тут он перекрестился.
– А полоса на шее была видна? – спросил Володя.
– Была, но не отчетливо. Синеватая. Больше похожа на синяки. Как будто под веревку он пытался засовывать пальцы, ну, вроде, передумал в последний момент.
– А вы уверены, что он сам повесился? – уточнил Володя.
– А как иначе? – удивился искренне циркач. – Он один был. К нему и не заходил-то никто…