– Нет! Сначала влезьте на табуретку и расскажите стишок!
Очередная сумасшедшая?
– Простите, что? – уточнила я. – Какой стишок?
– Да любой! Хоть про елочку, хоть про медведя с оторванной лапой.
– Зачем?! – поразилась я.
Клиентка всплеснула руками:
– Надо же проверить, годитесь ли вы в адвокаты!
К такому меня ни жизнь, ни квалификационный экзамен не готовили.
Воображение услужливо подсунуло картинку: зал заседаний, суровый судья, подсудимые, свидетели… А я влезаю на стол и декламирую какую-то рифмованную чушь о детишках и елочке. Санитаров вызвали бы сразу.
– Вот, тут написано! – Гномка помахала какой-то книжицей, открыла на заложенной странице и с выражением прочитала: – Пункт первый. Удостоверьтесь, что адвокат физически пригоден к работе и умеет внятно разговаривать. Для этого попросите его влезть на табуретку и рассказать любой детский стишок…
– Кхм. И многих вы уже проверили на профпригодность?
Хотелось разыскать автора, написавшего эту чушь, и хорошенько стукнуть его по маковке. К примеру, тем самым комментированным Уголовным кодексом, который себя уже отлично зарекомендовал.
– Вы первая, – бесхитростно объявила она.
– Тогда считайте, что я ваш экзамен не прошла, – хмыкнула я. – Если вы желаете получить консультацию, то присаживайтесь. Услуги у нас платные. А бесплатно могу дать совет: не читайте глупых книг.
– Вот еще! – вздернула курносый нос она. – Пойду искать правильного юриста!
– Удачи! – искренне пожелала я.
Несостоявшаяся клиентка выскочила из кабинета, напоследок громко хлопнув дверью, а я отправилась доедать печенье…
Увы, в тот день звезды сошлись в слово «диета».
Дверь распахнулась, и в консультацию стремительно вошел дракон.
Шемитт не появлялся уже… сколько? Две недели? Три? Каюсь, я не зачеркивала дни в календаре. Скучала, не без того. Себе-то я могу в этом признаться? Но сидеть у окошка… Ну-ну.
– Скажи, что ты просто соскучился! – потребовала я, не дав ему и слова сказать. – Ну!
Он медленно, словно нехотя, улыбнулся. Но хмурая морщинка между бровей не исчезла.
– Соскучился. Хотя, вообще-то, я по делу.
Я подняла руку, отгораживаясь.
– Нет-нет-нет! И слышать не хочу. У меня завтра отпуск, знаешь ли.
Дракона это не смутило. Впрочем, вряд ли его вообще хоть что-то смущало.
– Но сегодня же ты работаешь? Заседание через час, успеешь.
Да вы издеваетесь!
Большинство клиентов считают, что работа адвоката – это всего лишь полчаса-час, которые длится заседание. И, разумеется, плата за такую простейшую работу явно несоразмерна вложенному труду! Мало кто задумывается, что прежде чем стать адвокатом, нужно пять лет учиться, два года стажироваться, а потом еще сдать экзамены!
А «небольшая прогулка» в суд подразумевает немалую подготовку: ознакомиться с материалами дела, написать возражение или встречный иск, подготовиться к заседанию самой, подготовить клиента (что немало напоминает дрессировку, особенно когда обучаешь клиента вставать, отвечая на вопросы суда), а также подготовить ходатайства, вопросы свидетелям и так далее.
Вдобавок я должна еще хорошенько обдумать дело, найти все неточности и зацепки…
При этом адвокату норовят вымотать нервы все, начиная от клиентов и заканчивая прокуратурой, и все полагают его бездельником.
В общем, хорошая у меня работа!
– Успею – что? Взмахнуть волшебной палочкой и разрешить проблему? Шемитт, это, вообще-то, так не делается!
– Неужели? – вспыхнул он. – И что ты мне предлагаешь? Бросить в беде малолетних идиотов только потому, что тебе нужна неделя, чтобы настроиться?!
Мы смотрели на друга, тяжело дыша.
Потом дракон шагнул вперед – и властно притянул меня к себе…
– Молодой человек! – Недовольный голос Летиции заставил блаженный туман в моей голове рассеяться. Что я творю?! – Между прочим, вы в общественном месте! Ведите себя прилично.
– Между прочим, я не человек, – заметил он, весьма неохотно меня отпуская.
– Нашли, чем гордиться, – фыркнула призрачная дама, смерив его фирменным ледяным взглядом сквозь лорнет. – Это заслуга случая… И в некотором роде ваших родителей, но никак не ваша личная.
Шемитт сверкнул глазами.
Пришлось кашлянуть, пока дело не дошло до серьезной стычки.
– Ты говорил, у нас мало времени?
Дракон очнулся.
– Ты права… – Он опустился в кресло для посетителей. – Мы хорошо заплатим, только помоги.
Я неопределенно хмыкнула.
Есть такое понятие «кривая благодарности клиента». Когда клиент обращается к адвокату, за решение проблемы он сулит золотые горы; после благополучного завершения дела благодарит и обещает вечную признательность; по истечении нескольких дней клиент уже уверен, что справился бы и сам, ведь правда была на его стороне; спустя еще месяц оказывается, что адвокат содрал большие деньжищи за плевую работу.
Впрочем, до сих пор драконы не жадничали.
– Что там за дело? – вздохнула я, смиряясь с судьбой. – Только учти, если одним заседанием не закончился, то дальше вы найдете другого адвоката. Я хочу на море!
Дракон склонил голову к плечу, прищурился.
– На море? Хорошая мысль… Думаю, все закончится сегодня. История выеденного яйца не стоит. Три малолетних идиота напились и решили размять крылья. Не знаю уж, чем им с пьяных глаз не понравилось поле, над которым они пролетали, но… Короче говоря, они его подожгли.
На стол передо мной легло обвинительное заключение. Хулиганство с отягчающими, а именно совершенное группой лиц и к тому же общеопасным способом, повлекшее умышленное уничтожение имущества. Сгорело не только поле, но и какие-то хозяйственные постройки.
– Ты говорил, что драконы малолетние? – уточнила я рассеянно. В обвинительном заключении о законных представителях и участии защитников не было ни слова. Не могла же прокуратура так подставиться? – Кстати, почему вы надумали вмешаться только на стадии суда? На следствии было бы проще.
Шемитт поморщился:
– Формально они уже взрослые, только мозги еще не выросли. Они молчали, потому что боялись признаться родителям. Надеялись, что само как-то утрясется.
Я лишь головой покачала. В шутке про страуса, который прячет голову и оставляет беззащитным филей, есть только доля шутки.
– Чего драконы ожидают от меня? Сразу говорю, оправдательный приговор исключается.
– Не надо оправдательный, – Шемитт поднял руку, – наоборот, нас устроят общественные работы или что-то в этом роде. Может, хоть немного мозгов в головах появится?.. Короче говоря, мы готовы полностью возместить ущерб, причиненный этому несчастному конопляному полю. И, конечно, они признают вину, но… Что-то не так?
– Конопляному? – переспросила я быстро. – Где, говоришь, это было?
Все дела, в которых фигурируют драконы, рассматривают суды Альвхейма и окрестностей. Провинциальные правоохранители попросту боятся связываться с этими опасными огненными гражданами.
– В местечке под названием Кюрлавик. – Шемитт пожал плечами. – А что?
Я побарабанила пальцем по столу и покосилась на Летицию, которая зажала рот рукой и исчезла в сейфе, откуда немедленно послышалось странное похрюкивание.
– Появилась у меня одна идейка…
Я едва успела переброситься с клиентами несколькими фразами. Впрочем, этого вполне хватило, чтобы составить о них представление. Избалованные мальчишки, которые привыкли, что им все сходит с рук. Они и теперь привычно рассчитывали на всемогущих родителей.
– Госпожа Орлова, – тронул меня за руку Шемитт, видимо, оценив выражение моего лица, – давайте отойдем на минуту.
Я лишь кивком указала в дальний конец коридора, за архивом. Там можно было разговаривать без опаски, архивная защита гасила лишнее.
Разумеется, от защиты я не откажусь. И сделаю свою работу должным образом. Но кто бы знал, как меня бесили такие «золотые» мальчики!
– Я обещаю, – начал Шемиттт тихо и серьезно, – что лично настучу по головам идиотов. И рога пообломаю. Веришь?
Несколько мгновений я колебалась, но все-таки разум – и профессионализм – победил.
– Верю, – согласилась я мрачно. – Но зачем?..
Шемитт оглянулся через плечо на секретаршу, которая выглянула из кабинета судьи.
– Помнишь эльфа, которому я тогда звонил? – Имен он предусмотрительно не называл. Защита защитой, а язык распускать не стоит.
Я кивнула. Еще бы не помнить!
– Он может устроить ответную… пакость, – вздохнул Шемитт. – И теперь уже мы будем оправдываться за своих детей.
Понятно теперь, почему он так заметался! Тем более дракончики почти не оставили места для маневра.
– Ты мог бы не объяснять. – Я прямо встретила его взгляд. – Это моя работа.
– Знаю, ты сделаешь ее как следует, – согласился он, усмехнувшись. – Но теперь ты знаешь, что стоит на кону.
Я покосилась на секретаршу, которая призывно махала рукой, и хмыкнула.
– Выпори их как следует, ладно?
Заседание началось стандартно, с выяснения анкетных данных подсудимых и установления участников процесса.
Далее прокурор Виноградов, новенький в нашем районе, хорошо поставленным голосом начал оглашать обвинительное заключение. Секретарша нет-нет да и косилась на него. И неудивительно. У прокурора были ясные синие глаза, приятное лицо и крепкая подтянутая фигура. Чуть заостренные уши, линия скул и собранные в низкий хвост золотистые волосы выдавали в нем полукровку.
Так вот почему Шемитт опасался, что эта история дойдет до эльфов!..
Кажется, прокурор Виноградов как-то неправильно воспринял мой заинтересованный взгляд – и чуть заметно улыбнулся мне в ответ.
Я поспешно отвела глаза и принялась разглядывать зал, хотя особо смотреть было не на что. Мышиная форма конвоиров, землистые лица подсудимых в клетке, грязнооливковые стены, пепельно-седые волосы судьи… Единственное колоритное пятно – ало-голубой флаг за спиной председательствующего.