Мы можем только скрежетать зубами, поскольку заставить приставов что-то делать практически нереально. Особенно с учетом смехотворной зарплаты и огромной текучести кадров.
Только вышла очередная клиентка, как в кабинет вихрем ворвалась Альбина. Сверкали платиновые волосы, стекла очков и бриллианты, искрился свежий аромат духов… А из уст разлюбезного начальства разве только пламя не извергалось.
– Ты представляешь… как девочку отчитывала! При всех! – Альбина хлопнула дверью и швырнула на стол сумку.
Летиция понятливо исчезла. В чем ей не откажешь, так это в чувстве такта.
– Успокойся, – посоветовала я. – Пойдем на улицу? Покуришь и расскажешь.
Дымить в офисе не только строжайше запрещено, но и чревато срабатыванием пожарной сигнализации.
Сама я не курила, но охотно постояла бы за компанию.
– Да что там рассказывать! – махнула рукой она и стащила пальто. – Просто судья сорвала на адвокате дурное настроение.
– Первый раз, что ли? – вздохнула я.
Что тут можно сказать? Разве что какую-нибудь успокоительную чушь, после чего перевести разговор на что-нибудь другое.
Впрочем, она справилась и сама.
– Рассказывай! – велела Альбина и щелкнула кнопкой чайника. – Как он?
– Что как? – не поняла я. – Кто?
Не могла же она узнать об Артеме, верно? Откуда бы?
Она закатила глаза.
– Не придуривайся! Виноградов. Вся коллегия гудит о вашем романе.
Вот это скорость! Мы только на одно свидание сходили – не считать же таковым ту встречу в кафе, – а нас уже почти поженили.
– Ничего такого, – пожала плечами я.
– Ну конечно, – прищурилось дорогое начальство. – Вас в кафе видели и на выставке вы вдвоем были!
Я только хмыкнула.
Правду ведь не скажешь. Придется признаться и в нарушении адвокатской тайны, и в недостойном желании поквитаться с драконом. Альбина же, при всех своих достоинствах, держать язык за зубами не умела.
Виноградов, кажется, не прочь встретиться снова. Звонит почти каждый день, приглашает куда-нибудь… Я отнекиваюсь. Он симпатичный, умный, внимательный, но… не мой.
Альбина на мое молчание обиделась. Плеснула себе в кофе коньяка из неприкосновенного запаса и засела строчить ответы на жалобы.
Поздней осенью даже вполне вменяемые клиенты дуреют и пишут их пачками: на следователя, судью и даже защитника. Не знаю, всерьез ли они рассчитывают на удовлетворение всех своих требований, но в итоге дела распухают, как на дрожжах.
На наше счастье, граждане редко додумываются отправлять письма заказным с уведомлением, так что иногда можно проигнорировать.
А что делать? К примеру, что – цензурного! – можно ответить на жалобу, что некий наш коллега бессовестно отказался писать иск о выселении из жилого помещения призрака тещи? А другой, цитирую, «не удовлетворил» клиентку.
Осеннее обострение во всей красе!
Я едва успела выпить кофе, когда в дверь консультации снова постучали.
– Можно? – Девушка замялась на пороге.
Больше всего она напоминала мышку. Мелкие заурядные черты, волосы стянуты в скромный хвостик, наряд предельно благопристойный и консервативный.
– Конечно. – Я постаралась, чтобы улыбка вышла ободряющей, и сделала знак Летиции скрыться. При нашей блистательной призрачной даме эдакая скромница засмущается окончательно. – Проходите, присаживайтесь. Рассказывайте, в чем проблема.
Она глубоко вздохнула, комкая носовой платок, и заговорила неуверенно:
– Вообще-то, я считаю, что адвокат мне не нужен. Правда на моей стороне, понимаете?
– В некотором смысле, – согласилась я осторожно.
Ох уж эти клиенты, полагающие, что справедливость должна восторжествовать сама собой, неким волшебным образом! Только кошки сами собой родятся да сорняки растут. А торжество справедливости требует таких усилий, что куда там самому капризному тепличному цветку.
– Понимаете, он просто в меня влюбился, – призналась она, потупившись, и стиснула пальцы. – Вы не подумайте, я не кокетничала!
– Верю, – пробормотала я, исподтишка ее изучая.
И впрямь такая скромница или только притворяется? Свободная темная юбка, тускло-серый свитерок, волосы собраны в хвост, ни следа косметики на бледном лице. Вот глаза были хороши. Немного бы ресницы подкрасить – и взгляда не отведешь!
– Я знаю, что вы думаете, – сказала она вдруг спокойно. – Чем такая, как я, могла привлечь такого, как он? Но я правда не знаю! И я бы не стала его, ну, соблазнять. Даже если бы могла. Ведь у него жена, понимаете?
– Понимаю. – Я и впрямь понимала. Простушка и принц – эта сказка стара как мир.
– Он… Он такой! А я…
Она опустила глаза, но я успела заметить в них робкую надежду, как у выброшенного из дому щенка, которого погладил случайный прохожий. Если она – коварная соблазнительница, то я совершенно не разбираюсь в людях.
– Продолжайте, – предложила я мягко. – Дело в разводе?
– Нет-нет! – Она помотала головой. – Я бы не стала…
– Мансег, – заключила я со вздохом.
– Откуда вы?.. – поразилась она.
Опыт, жизненный опыт. Что еще могла подумать богатая и ухоженная дама, когда муж вдруг предпочел ей какуюто бесцветную моль? Приворожила, мерзавка!..
История вышла романтичной донельзя.
В скромную библиотекаршу влюбился богатый мужчина. Где они умудрились встретиться, для меня осталось тайной. Неужели богатые господа ходят в библиотеку? Так или иначе, парочка познакомилась и, как это говорится в романах, «воспылала взаимными чувствами». Они оказались настолько сильны, что господин Водный подал на развод, хотя обычно сильный пол предпочитает не рушить семьи, а подпитывать связью на стороне угасший в браке пыл.
Ничего удивительного. Мужчины за сорок склонны к фокусам. Как говорится, седина в бороду…
Однако жена сочла новую любовь благоверного следствием приворота и обратилась в суд.
Как известно, любые магические воздействия на человека, совершенные без его согласия, являются преступлением. Однако если дела о проклятиях возбуждаются просто по факту, то дела о приворотах – по жалобе частного обвинения. Проще говоря, наличие мансега (приворота) приходится доказывать самому потерпевшему или иному заинтересованному в этом лицу.
На самом деле, по статистике, менее одного процента убийств совершается с помощью волшебства, и только четыре-пять процентов влюбленностей имеют магический характер.
По большей части пылкая страсть возникает совершенно естественным путем, да и врагов легче извести чем-нибудь тяжелым или ядовитым. Нет смысла обучаться магии ради столь банальной цели, а мало-мальски сильный маг не захочет марать руки. Зачем? Он и честным трудом заработает на хлеб с маслом и даже икрой.
Встречаются, конечно, недалекие люди, которые накладывают заклятия, руководствуясь бульварной книжицей типа «Как стать магом за десять дней». Получается прямо как у Ната – пшик на постном масле.
– Суд завтра, – закончила госпожа Градова, комкая юбку на коленях. – Толик сказал, что я должна сама нанять адвоката. Чтобы он был только моим. Понимаете?
– Понимаю. – Я вытащила из стола бланк ордера и принялась заполнять.
Пожалуй, господин Анатолий Водный мне уже импонировал.
Забавно, сколько суеверий и легенд придумали о магии.
Мы пользуемся вещами гномьего изготовления, в которые вплетены руны (к примеру, для большей прочности или влагостойкости), покупаем целительские эликсиры эльфов, обращаемся к гадалкам и тому подобное. Но как же мало мы знаем, как это все работает!
Вообще, с магией в юридической практике такие чудеса случаются – закачаешься.
Помню, был у меня однажды случай, когда на зимние праздники изрядно выпившие подружки решили погадать. Никаких гадательных принадлежностей у них при себе не нашлось. Однако красавицы не растерялись – решили прибегнуть к простому и безотказному методу.
По народному поверью, нужно выйти на улицу, снять с ноги валенок и бросить в сторону. В кого он попадет, тот и суженый. В крайнем случае упавшая обувка укажет верное направление поисков.
Подружки последовали старинным инструкциям, вот только совсем упустили из виду, что валенки давно вышли из моды. Бросать пришлось женские сапожки, и одна из красавиц изловчилась угодить шпилькой прямо в глаз проходившему мимо мужчине.
Как нетрезвая девушка умудрилась так снайперски точно попасть в цель, до сих пор остается загадкой. Однако результат налицо, точнее, на лице.
По счастью, пострадавший орган удалось спасти, так что дело обошлось обвинением в нанесении средней тяжести телесных повреждений. А ведь могли и хулиганство вменить! И попробуй докажи потом полиции и суду, что ты всего лишь гадала…
Самое смешное, что в процессе расследования потерпевший успел получше узнать «злодейку» и влюбиться в нее без памяти. Видимо, если смотреть на объект одним глазом, он кажется намного привлекательнее.
На суде потерпевший слезно просил судью подсудимую строго не наказывать и ссылался на полное возмещение причиненного вреда путем заключения брака.
Не соврало гадание, да!
Дело было назначено судье Ярешину.
Когда-то рассмотрение дел с применением магии пытались поручить специальным судам, но потом махнули рукой. Амулета бога Тюра, покровителя правосудия, вполне достаточно для защиты от воздействия на разум и чувства судей. Жаль только, что помешать банальному обману никакие амулеты не в силах. В суд я приехала заранее, чтобы успеть ознакомиться с делом госпожи Градовой.
Никаких доказательств, кроме ходатайства о вызове свидетелей, в нем ожидаемо не нашлось. Якобы моя клиентка наложила приворот собственноручно, без помощи мага. Логично, поскольку едва ли бедная библиотекарша наскребла бы нужную сумму.
Когда я закончила, у кабинета судьи уже собрались две группки людей.
В центре одной находилась холеная дама лет сорока, одетая дорого и со вкусом. Рядом с нею переминались с ноги на ногу молодой адвокат Полевой, со