— Уж мне ли этого не знать? Ты думаешь, легко было свистнуть кота у толстой кухарки?
Как же я сам не подумал о том, что кухня будет работать? Повара в таких домах обычно вообще не ложатся спать. Кто-то поддерживает огонь в очаге, кто-то решает, какой снедью потчевать Балистана Паргайда нынешним утром, кто-то готовит для гостей… Со всей беготней я напрочь забыл об этом.
— Так какой же тьмы ты меня сюда привел?
— Ты попросил, вот я и привел. Да не смотри ты на меня так, Танцующий в тенях! Будто я не знаю, что в сумке у тебя три флакона усыпляющей дряни! Или ты все жмотничаешь и экономишь? Смотри, протаскаешь пузыри и в Авендум увезешь!
Слабость Кли-кли — пошарить по чужим сумкам, пока хозяева отсутствуют. Так что не удивительно, что гоблин знает о содержимом моей сумки.
Пришлось позвенеть бутылками, выбирая нужную. Я резко распахнул дверь и швырнул пузырек, успевая заметить вытянутые лица поваров. Дверь я сразу же захлопнул. Раздалось неблагозвучное «пф-ф-ф!» и стук падающих тел. Боюсь, граф Балистан Паргайд сегодня останется без завтрака.
— И что теперь? — поинтересовался гоблин.
— Ждем.
— Согласись, Гаррет, если бы не моя помощь, не сносить тебе головы.
— Угу. А теперь заткнись!
— И все-то мы серьезные. И все-то мы злые, — буркнул себе под нос гоблин. — Слушай, Гаррет, — после недолгого молчания вякнул он. — Мы не можем больше ждать, правда!
— Почему?
— Потому, — хрюкнул Кли-кли и указал мне за спину.
В конце коридора стоял мой давнишний знакомый — имперский пес. Морда у него была покарябанная и не очень-то довольная. Во взгляде зверя, обращенного на нас, не было ни капли желания творить мир во всем мире.
— Похоже, кота он не поймал, — заключил Кли-кли.
Пес сорвался с места и огромными скачками устремился к нам. Кли-кли взвизгнул, как пятилетняя девчонка, нашедшая у себя в тарелке живую мышь.
— Задержи дыхание! — крикнул я.
Мы ввалились на кухню и захлопнули дверь прямо перед носом у псины. Зверь на такое подлое свинство ответил оглушительным лаем. Кли-кли задвинул щеколду и побежал вдоль столов и горящих печей, перепрыгивая через тела уснувшей челяди. По полу еще клубились остатки сонного дыма, и я старался не дышать. Кли-кли толкнул дверь на противоположном конце кухни, и мы оказались на улице.
— Ишь как надрывается! — с восхищением присвистнул Кли-кли. — Интересно, что с нами будет, если он все же выберется оттуда?
Даже отсюда был слышен собачий лай.
— Кто-нибудь обязательно придет проверить, почему пес графа устроил такой шум. Надо уходить, и как можно скорее. Пошевеливайся, Кли-кли!
До парка пришлось передвигаться короткими перебежками, прячась от стражников в тени и кустах. Один раз Кли-кли едва не вылетел прямо под ноги очередному стражу, я успел втянуть гоблина в кусты в самый последний момент.
Парк встретил нас ночными шорохами и спящими деревьями.
— Где наши? — прошептал Кли-кли, вертя головой.
— Давай к стене, там разберемся!
Когда граф обнаружит отсутствие ключа, он будет в ярости. «В ярости» — это еще мягко сказано, а уж про настроение Лафресы я вообще промолчу — она вновь не оправдала надежд Хозяина и ее ожидают большие неприятности.
На полпути к стене нас встретил Эграсса:
— Дело сделано?
— Да.
Эльф крикнул ночной птицей. Откуда-то из-за деревьев ему ответили.
— Отходим.
Когда мы подошли к стене, Арнх и Алистан уже перебрались через нее, Элл с луком наготове ждал нас.
— Вначале Кли-кли.
Эграсса запрыгнул на стену, я подкинул гоблина, эльф его поймал и переправил в руки тех, кто стоял с другой стороны. Настала моя очередь, я подпрыгнул, и Эграсса с Эллом втянули меня наверх. Последним на стене оказался Угорь.
— Пока все тихо. — Элл вслушивался в ночную тишину.
— Поверь, это ненадолго.
Лошади уже стояли у стены. Алистан и Арнх сидели в седлах, Кли-кли взбирался на спину огромного жеребца по кличке Перышко. Пчелка, увидев меня, приветливо фыркнула. Я достал ключ и перебросил его Алистану. Он поймал его в воздухе и кивнул:
— Молодец, вор.
Ого! Впервые в его голосе я услышал одобрение.
— Сегодняшней ночью мы должны убраться из Ранненга, — сказал граф и ударил лошадь пятками, отправляя ее вперед.
Я вознес благодарность Саготу. За те несколько дней, что мы здесь пробыли, я всей душой успел возненавидеть этот город.
Глава 11Черная река
По моим прикидкам, сейчас было не больше четырех утра, а «Ученая сова» уже кипела от приготовлений в дорогу. Мы въехали во двор трактира в тот момент, когда Халлас и Делер, ругаясь между собой, снаряжали в дорогу четырех вьючных лошадей. Нас увидели. На вопросительный взгляд Миралиссы Алистан Маркауз молча передал ей ключ.
— Гаррет, я знал, что ты справишься! — дружелюбно хлопнул меня по плечу Дядька.
Благодаря эльфийскому шаманству рука десятника, в которую угодил арбалетный болт, уже полностью зажила.
— Зато я вот не знал, — сказал я.
— Бывает…
Уж не знаю, что он имел в виду.
— Вор, на минутку! — подозвал меня Маркауз.
— Бери. — Миралисса протянула мне ключ. — Пусть лучше он будет у тебя.
В прошлый раз, когда она пыталась вручить мне на хранение ключ, я отказался, теперь же… Может, и вправду лучше носить его при себе, а то снова украдут?
Я молча повесил ключ себе на шею и убрал его под одежду.
— Лафреса попыталась разорвать узы, но у нее ничего не вышло, — сообщил я эльфийке.
— Этого стоило ожидать. Не так-то просто разорвать узы Танцующего с тенями. Хозяин просто еще не знает, что гоблинские пророчества начали исполняться.
— Вы тоже верите в чушь нашего шута? — кисло спросил я у нее.
— А почему бы и нет? — Эльфийка перекинула косу, через плечо. — Его пророчества нас пока еще ни разу не подводили.
К нам подошел Дядька:
— Милорд Алистан, леди Миралисса… У нас все готово, можем отправляться.
— Хорошо. Мастер Квилд!
— Да, леди Миралисса? — подскочил трактирщик.
— Вы все сделали?
— Да, в точности, как вы мне сказали. — Квилд принялся загибать пальцы, перечисляя поручения. — Слуг отправил на две недели по домам, родственников вывез из города, трактир закрываю, скоро уйду сам. Вас я не видел, точнее, видел, но что вы делали, не знаю, я человек маленький…
— Именно так, мастер Квилд. Не тяните, уходите быстрее, вы можете попасть под горячую руку. Вот вам за труды.
Трактирщик принял полный кошель монет и рассыпался в благодарностях.
— Позвольте посоветовать, леди Миралисса. Уходить лучше через Грязные ворота, они на ночь никогда не закрываются, а стражники за монетку о вас и не вспомнят.
— Так мы и сделаем, мастер Квилд, а теперь прощайте!
Квилд еще раз поклонился, пожелал доброй дороги и скрылся в трактире, чтобы закончить последние дела.
— За монетку они о нас и не вспомнят, а за две очень даже и вспомнят, — сказал я, в общем-то ни к кому не обращаясь.
— Верно мыслишь, вор. Пусть мастер Квилд думает, что мы поедем через Грязные. Вреда это ни ему, ни нам не принесет. Попробуем покинуть город через Праздничные.
Басс сидел на крылечке и с интересом и видимым облегчением наблюдал за нашими сборами. Басс! Тьма меня раздери, я совсем забыл о нем!
— Твоя лошадь. — Элл протянул Бассу уздечку.
— Спасибо, я больше доверяю своим ногам, доберусь до дома пешком. Гаррет, можно тебя на минутку? Надо поговорить.
Элл преградил ему дорогу:
— Наговоришься еще. Ты едешь с нами.
— С вами?!
— С нами?! — выдохнул я. — Какой тьмы ему надо ехать с нами?! Этого еще не хватало!
— Тут мы с тобой мыслим совершенно одинаково, Гаррет. Я тоже считаю, что твоего знакомого нужно оставить здесь, но треш Миралисса думает иначе.
— Я сейчас с ней поговорю, — решительно сказал я. Путешествовать в одной компании с Бассом мне не очень-то хотелось.
— Все очень просто, мастер Басс. — Эльфийка дома Черной луны уже была рядом. — Мы не можем оставить тебя здесь…
— Ты начнешь болтать, — продолжил Элл. — А нам этого не нужно.
— Обещаю, что буду нем как рыба.
— Вы, люди, очень много обещаете, но мало выполняете. Хотя ты прав, если ты решишь остаться здесь, то точно будешь нем как рыба…
Дальнейшие пояснения не требовались — или лошадь и совместное путешествие, или кривой эльфийский клинок в горло.
— Гаррет! Ты хоть им скажи! — обратился ко мне Басс.
— Прости, но я ничего не могу поделать, — с сожалением покачал я головой.
Миралисса права — даже если Басс не проболтается, его могут найти люди графа… Басса, по эльфийским понятиям, проще убить, но раз уж я замолвил за него словечко, то темные сделали для него исключение, предоставив Бассу лошадь и возможность отправиться в путь вместе с нами.
— Это безумие! Видно, сам Неназываемый дернул меня связаться с вашей компанией! — Басс зло сплюнул, понимая, что выхода у него нет и придется разделить с нами дорогу. — Куда вы хоть едете-то?
— Об этом тебе знать не стоит, человек, садись в седло и помалкивай. Да, если вздумаешь сбежать, помни — я буду рядом.
Элл с первой минуты знакомства воспылал к Бассу огромной «любовью».
— Вот и совершай после этого добрые дела! — Все еще злясь, Басс залез на лошадь. Надо сказать, что вышло у него это довольно неуклюже.
— Не переживай, могло быть и хуже, — утешил я его.
Пчелка потянулась ко мне, прося лакомства, но у меня в карманах ничего не было, и я лишь развел руками.
— На. — Сурок протянул мне яблоко.
— Спасибо.
Пчелка весело схрумкала угощение и благожелательно покосилась на меня, прося добавки.
— Гаррет! — Кли-кли, казавшийся маленьким холмиком на спине своего огромного черного коня, подъехал ко мне. — Ты не мог бы отдать мне мой медальон?
— Конечно. — Я и забыл о безделушке Кли-кли. — Вот, спасибо.
— Не за что. — Гоблин повесил его себе на шею. — Ну что, готов в дорогу?