– Отпусти меня, – сказала Вероника. – Я уеду куда-нибудь. Ты больше обо мне не услышишь. Я обещаю.
Зельда рассмеялась, а Вероника поднялась на ноги. Сделав пару неуверенных шагов. Ее правое плечо было вывихнуто, а может быть, даже сломано. Предательство ранило почти так же, как боль. Почти. Понять, что даже W.O.R.S.E. были игрушкой в мужских руках. После этого все казалось бесполезным.
Прекрати, подумала она. Если не драться, Зельда убьет меня.
Она должна была использовать свою силу быстро, пока у нее еще оставался шанс. Она повернулась и сконцентрировала всю свою ярость, все отчаяние против Зельды, испепелила ее взглядом.
Свет мигнул, но Зельда ничего не почувствовала.
– Пытаешься напугать меня, Вероника? – Она вяло крутанулась, ударив ногой с полоборота. Вероника отпрыгнула назад, натолкнулась на стол администратора, и очевидная правда поразила ее: ее сила действовала только против мужчин.
– Тебе стоит попробовать что-нибудь другое, – сказала Зельда. – Взглядом нельзя убить.
Это имело смысл. Так работала дикая карта. Единственная власть, которой она когда-либо обладала, была власть над мужчинами. Возможно, все это имело какое-то отношение к гормонам. Как и все в этом мире.
Рука Вероники коснулась пластика. Телефон. Она качнулась вперед и ударила Зельду трубкой, попав по макушке. Зельда отпрыгнула на полшага и затрясла головой. Вероника размахнулась еще раз, но Зельда блокировала руку и опрокинула Веронику на пол ударом в солнечное сплетение.
– Это было больно, – сказала Зельда. Она выглядела озадаченной.
Вероника не могла вздохнуть. Она упала на колени, слыша, как воздух хрипит в горле.
– Ты знаешь, ты мне нравилась, – сказала Зельда. – Из всей этой шайки ты единственная знала, кто ты есть. Даже когда ты совсем себя запустила.
– Тогда… отпусти… меня.
– Прости, малыш. Это не в моих силах. Тебе не следовало связываться с серьезными людьми.
Пока Зельда шла к ней, Вероника рассматривала клетку, в которой очутилась: не важно, куда она бежала, не важно, как быстро, у нее никогда не было шансов улизнуть. Словно крыса в колесе. Никогда не прекращающаяся круговерть насилия, от смерти Ханны до собственных способностей Вероники, дарованных дикой картой, от убийства Роберта Леффлера до этого. Все это было так мелко и жалко, и когда она смотрела на это под таким углом, казалось, так просто выбрать другой путь.
Но теперь, конечно, было уже слишком поздно.
Она попыталась встать.
Зельда улыбнулась и прыгнула.
Потом наступила тьма.
Уолтон СимонсНикто не занимается этим в одиночку
Перевалило за полночь, и Джерри сказал бы, что ночь уже наступила. Он сидел в машине через дорогу от здания «Лэтхем и Стросс», когда оттуда вынесли тело. Через свой направленный микрофон Джерри слышал, как шаркали подошвы по мостовой. Он плотнее вдавил динамик в ухо и задержал дыхание.
– Как ты говоришь, ее звали? – голос женщины не был ему знаком.
– Вероника. Старая приятельница. Она не была таким героем, когда мы познакомились. – А этот голос Джерри узнал. Он знал большинство джамперов, и Зельда пугала его больше, чем все остальные, вместе взятые.
– И куда ты собираешься ее деть? – спросил голос.
– Заберем на Рокс и дадим Блоуту или Блезу развлечься, – ответила Зельда. – Мне она точно неинтересна.
Джерри потянулся на переднее сиденье и подобрал пистолет. Тот, у которого был тепловизор и резиновые пули. Рядом лежали мощная винтовка и газовый пистолет. Практически любое оружие можно достать, если ты миллионер, который может воплощаться в кого угодно.
Он глубоко вздохнул и прицелился в большую из двух фигур. Зельда держала Веронику под мышки и пятилась задом. Джерри навел прицел на ее горло, затем чуть опустил до груди. Нажал спусковой крючок. Выстрел был бесшумным.
Пуля отбросила Зельду назад и освободила Веронику. Прижав руки к груди, Зельда встала на колени. Джерри слышал, как она стонет и хватает ртом воздух. Вторая женщина посмотрела на Зельду и уже собралась было бежать, когда Джерри достал ее вторым выстрелом в спину. Вскрикнув, она упала на асфальт.
Джерри зарядил газовый пистолет и выстрелил. Секунды спустя заряд облачком разорвался рядом с Зельдой. Джерри натянул маску противогаза и понесся через улицу. Увидев машину, выезжающую из-за угла, он начал менять свою форму, придавая чертам угловатость, а волосы высветлив до чисто-белого. Он медленно вошел в облако и нащупал на тротуаре неподвижное женское тело, которое, очевидно, принадлежало Веронике.
Джерри склонился ближе, чтоб удостовериться в этом, и подхватил ее под мышки. Она была тяжелой, и он с трудом мог сдвинуть ее с места. Он начал оттягивать ее прочь из облака. Чья-то рука схватила его за лодыжку и крепко сжала. Джерри развернулся и наступил на запястье ногой, обутой в тяжелый ботинок. Раздался треск, и он услышал, как закричала Зельда, но она не могла прыгнуть в того, кого не видела. Джерри взвалил Веронику на плечи и поплелся дальше по улице.
Две машины остановились, и люди внутри смотрели, как он открывает дверцу заднего сиденья и укладывает Веронику внутрь. Она была плоха: одна сторона ее головы была разбита и опухла, глаза слезились от газа. Джерри запрыгнул за руль и завел машину, выскочил на проезжую часть и обогнул притормозившие авто. Кто-нибудь, конечно же, запомнит номера, но он сменит их, как уже делал раньше.
Вероника стонала на заднем сиденье. До ближайшего госпиталя было десять кварталов. Джерри надеялся, что она не так плоха, как могло показаться на первый взгляд. Джерри был влюблен в нее, когда она была одной из гейш Фортунато, ну или, по крайней мере, считал, что это была любовь. Сейчас он был весь сосредоточен на вождении и не мог позволить переживаниям отвлечь его. Все, что он мог, – отправить ее к врачам и надеяться на лучшее. Лэтхем все еще оставался его главной заботой. Если Вероника умрет, это станет лишним поводом желать ему смерти. Так или иначе.
В парке было тихо, если не считать пьяного храпа на соседней скамейке. Джерри прятался за рядом полумертвых кустов на пару с Джеем Экройдом. В прошлом Джей оказывал Джерри услуги частного детектива, и они сработались. Экройд был дорог, но он обладал выдающейся способностью к телепортации. Его способности породили прозвище Щелкунчик.
– Ты уверен, что она возвращается этой дорогой? – спросил Джей, перенося вес на другую ногу.
– Каждую ночь, уверяю, в течение последних трех недель, – ответил Джерри. – Последние три раза она была на Роксе, так что я сделал вывод, что она должна быть джампером.
– Она имеет какое-то отношение к тому, что случилось с Вероникой? – Глаза Джея блестели в лунном свете.
Джерри покачал головой и кивнул. К ним быстро приближалась девочка-подросток, ее кроссовки чуть шаркали при ходьбе. Она прятала обе руки в карманы своей потертой джинсовой куртки. Ее прямые русые волосы были забраны в хвост.
– Давай, – прошептал Джерри. – Не позволь ей увидеть нас.
Джей направил указательный палец на девушку, словно дуло пистолета. Девушка исчезла с громким хлопком. Пьянчужка сел на скамейке и оглянулся, затем осторожно лег обратно.
– Идем, – сказал Джей.
Джерри потратил два месяца и кучу денег, чтобы подготовить подвал. Он видел, как она мечется внутри, но она не могла увидеть его через противоударное, прозрачное лишь с одной стороны стекло. На стене виднелись отпечатки пальцев там, где она пыталась найти стык. Джей ждал наверху. Он, наверное, справился бы с допросом лучше, но Джерри хотел сохранить полученную информацию при себе.
Джерри щелкнул выключателем.
– У тебя проблемы, – сказал он. Его голос был искажен электроникой и звучал словно голоса чужих из НФ-фильмов пятидесятых.
Она отступила на шаг и оглянулась.
– Колонки в потолке, и отсюда нет выхода, – сказал Джерри. – Только если мы не выпустим тебя. А этого не случится, если ты не скажешь нам то, что мы хотим знать.
– Вы кто, черт возьми, такие? – Она уперлась носом в стекло.
– Те, у кого достаточно смелости, чтобы поймать джампера. – Джерри нравилось пугать ее. Но потом он вспомнил, что случилось, чтобы она стала одним из переключателей тел Лэтхема. – Мы не хотим причинять тебе боль.
Она все оглядывала зеркальную комнату. Взгляд ее был тверд.
– Я это слышала всю свою жизнь.
– Как тебя зовут? – спросил он.
– Валери. – Она села. – И что вы собираетесь со мной делать?
– Отпустить… – Джерри помолчал, – как только ты скажешь нам то, что мы хотим знать.
– А если нет? – Валери начала вычищать грязь из-под ногтей. Джерри громко вздохнул. Электроника сделала звук жутковатым.
– Тогда мы сдадим тебя властям. Они предлагают вознаграждение, конечно, неофициально, за живого джампера. Они проводят какие-то эксперименты, пытаются изолировать генетическую аномалию, создавшую вас. Они зашьют тебе веки, чтобы обезопасить себя. По крайней мере, ходят такие слухи.
Глаза Валери стали большими, она начала кусать губы.
– Чушь собачья. Вы мне лапшу на уши вешаете.
Джерри знал, единственный способ что-то вытянуть из нее – по-настоящему напугать.
– Ты просто не знаешь ребят из правительства, детка. Надеюсь, ты вырастешь достаточно взрослой, чтобы поумнеть. Но если это твое окончательное решение, то говорить нам не о чем.
Джерри замолчал.
Плечи Валери резко упали.
– Вы все еще тут?
Для пущего эффекта Джерри выдержал паузу.
– Да?
– Скажите, что вы хотите знать?
– Что ты знаешь о Лэтхеме? – спросил Джерри.
– О ком? – Валери выглядела искренне озадаченной.
Джерри покачал головой, сердясь на себя за ошибку.
– О Прайме.
Валери обняла себя за плечи.
– Он сделал меня членом банды. Я с ними всего лишь пару недель. Вам надо поговорить с Зельдой и Блезом.
– Ты должна что-то знать. Его вероятные планы. Что-нибудь.
Джерри потер ладони. Валери покачала головой, потом низко опустила ее.